Лишенные богов - Лиза Андерсон

И тут произошло странное: лезвие само, повинуясь ее безмолвному зову, скользнуло по камню прямо ей в ладонь. Вик мертвой хваткой вцепилась в скользкую рукоять. В этот же миг одна из массивных дверей Арены с грохотом распахнулась, впуская в зал холодный сквозняк, но Вик даже не обернулась.

– Тебе обязательно нужно было все усложнять, верно? – прошипел Натаниэль, не заметив перемены в ее движениях. – Посмотрим, как тебе теперь пригодится твоя хваленая воинственность. Сомневаюсь, что они будут долго терпеть твои выходки.

Вик с трудом поднялась, пошатываясь и крепче сжимая кинжал. Она в упор смотрела на человека, который приговорил ее к смерти. В его грязно-карих глазах, налитых ненавистью, произошло нечто пугающее и прекрасное: радужка вспыхнула изнутри, словно рой потревоженных светлячков. Старейшина Томпсон называл это «Люменом» – истинным клеймом ведьм, отделявшим их от мира смертных. Вик мельком подумала: как сейчас, в этом безумном пламени ярости, выглядят ее собственные глаза?

– Ты нарушил клятву, Натаниэль.

Этот голос заставил ее сердце пропустить удар. На противоположной стороне Арены, в тени дверного проема, стоял Ксан. Вик захлестнула волна такого острого облегчения, что подкосились колени. Там, в ледяном лесу, умирая в снегу, она была уверена, что больше никогда его не увидит.

Но он был здесь. И вид у него был убийственный.

Ксан говорил пугающе спокойно. Его низкий, зловещий тон выдавал предельную концентрацию: он тратил ровно столько сил, сколько нужно для слов, приберегая остальное, чтобы в клочья разорвать предателя.

На лице Натаниэля на мгновение проступил чистый, незамутненный шок, но он тут же нацепил маску бравады.

– Не ожидал тебя увидеть. Но чем больше, тем веселее, – бросил он, хотя голос его слегка дрогнул. – Жаль только, что Шепарда здесь нет.

– Как давно ты работаешь с Ареном Манном? – спросил Ксан, сокращая дистанцию. В его движениях не было и тени страха – только пугающая, ледяная сосредоточенность. Он выглядел именно так, как ожидала Вик: спокойным хищником, готовым к прыжку.

Натаниэль промолчал, и Ксан продолжил, словно рассуждая вслух:

– Очевидно, Манн выманил нас из замка, чтобы оставить его без защиты. Но какова его истинная цель здесь…

– Он собирается открыть клетки! – выкрикнула Вик.

На лице Ксана на мгновение промелькнула тень подлинной тревоги. Вик ощутила, как по спине пробежал холод: если даже Ксан был обеспокоен, значит, замок стоял на краю бездны.

Жезл в руках Натаниэля вспыхнул ослепительно-белым светом. Предатель резко направил его на Вик, готовый испепелить ее на месте. Ксан сделал еще шаг вперед, разведя руки в стороны – жест, который мог быть как фальшивой мольбой о мире, так и подготовкой к смертельному рывку.

– Ты не обязан этого делать, – произнес Ксан, и в его низком голосе послышался гул надвигающейся бури.

– Ты не оставил мне выбора! – выплюнул Натаниэль, и в его голосе задрожала вековая обида. – Я служил Ордену дольше, чем вы оба топчете эту землю. Мой род веками хранил эти стены, и я должен просто смотреть, как Шепард превращает все в прах? Я пытался остановить это безумие в Совете, но это было бесполезно. Старые порядки рушатся, и это ведет нас к гибели.

Ксан медленно сокращал дистанцию, но он все еще был слишком далеко – в десяти шагах от Вик. Почему он медлил?

– Орканы дадут Ордену шанс на перерождение, – фанатично продолжал Натаниэль. – Монстры не тронут архивы, знания защищены древней магией. Погибнет лишь гнилое настоящее. Это очищение, которое назревало десятилетиями! Те из нас, кто верен истинным истокам, возродят Ахерон из пепла. Манн обещал мне это!

– Ты не сможешь его контролировать, – ледяным тоном предупредил Ксан.

«Никто не сможет, – вкрадчиво прошептал Арен на самое ухо Вик. – Ты ведь это уже чувствуешь, верно, Виктория?»

В этот миг Натаниэль на секунду отвел жезл от Вик, переключая внимание на угрозу впереди. Ксан не упустил шанса: он мгновенно утратил человеческие очертания, превратившись в стремительное облако живой тьмы. Черный вихрь с глухим гулом сорвался с места, устремляясь к предателю.

Натаниэль ожидал этого выпада. Ослепительный луч, подобный разряду молнии, прошил темный силуэт Ксана. Вик вскрикнула, увидев, как Ксан материализовался из тени, словно выбитый из нее сокрушительным ударом. Он рухнул на колени, и багровая кровь густо окропила каменные плиты.

При виде этой крови перед глазами Вик все заволокло красной пеленой. Ярость, какой она еще никогда не знала, затопила ее сознание, выжигая мысли и саму человечность. Она медленно повернулась к Натаниэлю. Тот, охваченный паникой, лихорадочно направлял раскаленный жезл на дорожки алхимического порошка.

– Мы должны начать сначала! – выл он, срываясь на хрип. – Орден сожрет сам себя, если я не очищу его!

Но его слова захлебнулись, превратившись в невнятное клокотание: кожа на его горле внезапно лопнула. Плоть разошлась от самого подбородка, будто он проглотил кусок битого стекла, прорывающийся наружу. В то же мгновение нож Вик вонзился ему в грудь, вскрывая ее с пугающей легкостью. Горячая алая кровь хлынула на камни.

Натаниэль повалился на колени, хватая ртом воздух, как выпотрошенная рыба, бьющаяся в поисках воды. Он был мертв еще до того, как его лицо коснулось пола Арены.

Но механизм уже был запущен. Падая, Натаниэль выпустил последний заряд – огненная стена взметнулась вверх, точно поразив цель. Пороховой круг вокруг Вик вспыхнул ослепительным яростным пламенем.

Глава 32

Призраки лишены физической оболочки, что делает их неуязвимыми для любой стали. Единственный способ окончательно оборвать их существование – это полностью испепелить их в пламени бэльфира.

Из архивов Э. Томаса Стэнли (2007)

БАХ. С одной стороны от Вик. БАХ. С другой.

Оглушительные взрывы детонировали точно по тем ядовитым линиям, что начертал Натаниэль. Земля под ногами ходила ходуном; Вик рухнула на колени, но тут же, пошатываясь, заставила себя подняться.

Ксан принял пограничную форму – зыбкий силуэт между плотью и непроницаемой тенью. Он вскинул руки, обрушивая потоки воды на пороховой след, ведущий в глубь тренировочного крыла, отчаянно пытаясь отсечь пламя, не дать ему добраться до нижних ярусов, но все было тщетно. Натаниэль готовил эту диверсию слишком тщательно: огонь уже вгрызся в камень, и остановить цепную реакцию было невозможно. Им оставалось только одно – бежать.

БАХ.

Новая серия взрывов прогремела уже глубоко под ними. Вик с ужасом поняла: пламя достигло шахт лифтов. Из самого чрева Авалона донеслись тяжелые утробные удары, от которых задрожал фундамент. Пол содрогался при каждой новой детонации, и казалось, что