Лишенные богов - Лиза Андерсон

Тяжелые шторы на окне напротив внезапно вспыхнули, отвечая на ее внутренний жар. Ладонь Ксана на ее затылке судорожно сжалась. Возможно, он пытался отстраниться, испугавшись этой стихийной силы, но Вик сама рванулась к нему, ведомая безмолвным зовом. Не дотянувшись до губ, она вслепую поцеловала его в щеку, в скулу, в край челюсти. Ксан что-то сдавленно пробормотал, пытаясь образумить ее или себя, но Вик уже не слышала – мир вокруг перестал существовать.

Брызги коснулись ее щеки, когда Ксан одним коротким магическим импульсом обрушил воду на огонь на занавесях. В воздухе повис горький запах гари, но Вик было плевать. Ксан издал звук, похожий на сдавленный стон боли и наслаждения одновременно, когда ее губы коснулись его лица. Его пальцы на ее затылке сжались почти до боли, удерживая ее в этом безумии.

Она целовала его скулы, колючую щетину на подбородке, двигаясь лихорадочно и порывисто. В этом не было нежности – только дикое, первобытное отчаяние и жажда обладания. Когда она наконец нашла его губы, мир окончательно перестал существовать. Зубы стукнулись о зубы, дыхание перемешалось, и когда их языки встретились, Вик почувствовала, как по телу прошла электрическая судорога.

Ее дрожащие ладони блуждали по нему, словно она пыталась запомнить его тело на ощупь, запечатать этот момент под кожей. Она чувствовала каменные мышцы его плеч, жар, исходящий от груди, и подчинялась настойчивости, которой сама от себя не ожидала. Не успев осознать, как это произошло, Вик оказалась сверху, оседлав его бедра и прижимаясь к нему всем телом, словно пытаясь слиться с ним воедино и спрятаться в этой близости от всего ужаса внешнего мира.

Ксан издал низкий, почти звериный звук, и Вик почувствовала, как ее тело инстинктивно подалось навстречу его жару. Она впилась зубами в его нижнюю губу, заставив его хрипло выругаться, но это лишь подстегнуло их обоих.

Теперь не только Вик была ведома одной похотью. Ксан ответил с той же сокрушительной силой. Его рука, жестко обхватившая ее шею, притянула ее голову ближе, превращая поцелуй в схватку. Он углубил его с пугающей страстью, подчиняя ее ритм своему, и Вик чувствовала, как каждое движение ее бедер отзывается в нем ответным гулом. Она двигалась лихорадочно, с отчаянием приговоренного, боясь, что, если остановится хоть на секунду, холод из леса снова настигнет ее и сердце замрет навсегда.

Ксан под ней был твердым как скала; его стоны врывались в ее приоткрытый рот при каждом толчке. Его сильная ладонь скользнула по ее спине, до боли прижимая грудь Вик к своей, словно пытаясь вдавить ее в себя, спрятать от всего мира. Он выдохнул ее имя – едва слышно, на грани стона, – и это прозвучало как горькое, неизбежное проклятие, от которого нет спасения.

«Неужели он тоже напуган?» – мелькнуло в сознании Вик. Неужели этот ледяной воин сейчас чувствует себя более живым, чем за все те годы, что он провел в тени Ордена? Она могла бы выкрикнуть его имя, могла бы признаться в чем угодно, но слова потеряли смысл. Весь мир сжался до размеров этой темной комнаты, до двух тел, которые наконец-то делали то, что должно было случиться еще недели назад.

Его прерывистый шепот обжигал ее губы, невнятные слова тонули в глубоких поцелуях. Вик чувствовала, как их магические ауры сталкиваются, сплетаются и расширяются, заполняя пространство кабинета гудящей первобытной энергией. Это ощущение новизны и мощи потрясало ее – все, что она знала о себе раньше, меркло перед этим диким напряжением в каждой мышце, перед электрическим треском в натянутых до предела нервах.

Она балансировала на самом краю. В ушах стоял нарастающий гул, похожий на рев приближающегося товарного поезда, сметающего все на своем пути. Вик чувствовала, что еще секунда – и она сорвется в бездну, которая была слаще и желаннее жизни. Ксан резко подался вперед, накрывая ее своим весом, его бедра прижались к ней с сокрушительной силой, а мускулистая рука за спиной окончательно лишила ее возможности отступить.

Разряд накрыл ее ослепительной вспышкой, выгибая тело тетивой; мышцы шеи окаменели, пока Вик пыталась не захлебнуться в этом первобытном восторге. Вокруг в унисон ее крику с дребезгом лопалось стекло в шкафах, и в этом хаосе звуков грань между реальностью и магией окончательно стерлась. Ее голова откинулась назад – и во второй раз за эти сутки Вик ощутила, как сама суть ее естества переписывается заново, сгорая и возрождаясь.

Ксан, содрогаясь, уткнулся лицом в изгиб ее шеи. Его мучительный стон сорвался на хрип, когда он последовал за ней в эту бездну. Вик судорожно вцепилась в его волосы, запечатлев горячий поцелуй на его плече, пока ритм его тела не затих.

Они замерли, сплетенные и опустошенные, прислушиваясь к тому, как их тяжелое, рваное дыхание постепенно выравнивается. Яростная энергия, бушевавшая в венах Вик, улеглась, сменившись блаженной тишиной. Она медленно разжала пальцы, выпуская его пряди.

Ксан поднял голову. Его глаза, обычно холодные, теперь полыхали живой неприкрытой магией – яркие, пугающе глубокие кристаллы в полумраке кабинета. Вик смотрела в них как в зеркало, гадая, какое потустороннее сияние сейчас исходит от ее собственного взгляда.

Она отстранилась, и Ксан бережно помог ей спуститься на пол. Вик села, чувствуя, как его рука нехотя соскальзывает с ее спины – медленно, словно он до последнего пытался удержать это мимолетное тепло. На лице Ксана застыло странное выражение: смесь шока и глубокого замешательства. Вик поняла – они оба были ошарашены тем, с какой легкостью их самоконтроль разлетелся вдребезги.

Она моргнула, пытаясь сбросить пелену с глаз, и пространство кабинета начало обретать четкость. Картина была пугающей. Окно на противоположной стене разлетелось в пыль, а за массивным письменным столом обвалилась часть потолка, засыпав полированное дерево острыми обломками камня.

– Это… я сделала? – хрипло выдохнула Вик, глядя на разрушения.

Ксан медленно кивнул, не отрывая взгляда от ее лица, в котором все еще теплилось потустороннее сияние.

Тишину, установившуюся между ними, разорвал далекий, полный агонии человеческий крик. Он донесся откуда-то из глубины жилых коридоров, напоминая о том, что время передышки истекло.

Глава 33

Средняя длина борита варьируется от одного до двух метров. Существо полностью лишено органов зрения и слуха. Специфические отверстия у основания его щупалец выполняют двойную роль: пищеварительную и репродуктивную. В моменты угрозы борит выбрасывает через