Лишенные богов - Лиза Андерсон

удушливой хмарью. Вик зашлась в кашле, слезы застилали глаза, но железная хватка Ксана не давала ей потеряться. Он буквально тащил ее сквозь мглу к смутному, едва различимому контуру парадной арки.

Вик видела перед собой только этот призрачный выход и не заметила, как из дымной завесы сбоку, бесшумно и неотвратимо, на них прыгнул очередной оркан.

Тварь с гибким пульсирующим телом кальмара полоснула воздух прямо перед лицом Вик, и хватка Ксана оборвалась. Сила инерции швырнула ее на пол; Вик вскрикнула, видя, как Ксан исчезает под тушей напавшего на него борита. Еще двое склизких монстров мгновенно набросились сверху, прижимая его к камням. Вик рванулась вперед, безоружная и отчаявшаяся, готовая голыми руками вцепиться в тварей, лишь бы вырвать его из этого смертельного капкана.

В ту секунду, когда когти боритов уже готовы были вонзиться в плоть, реальность вокруг Ксана дрогнула. Он не стал менять облик – он просто стер себя из физического мира. Его тело обратилось в абсолютную тень и погасло, словно задутая свеча.

Мгновение спустя монстры в замешательстве отпрянули от пустого места. Воздушная волна, мощная, как удар урагана, сбила Вик с ног, и в центре этого вихря Ксан материализовался вновь. На его предплечье багровел страшный химический ожог – след ядовитого тумана боритов, – из которого сочилась темная кровь. Но Ксан даже не взглянул на рану. Его глаза, полыхающие магическим огнем, сканировали задымленный холл.

Вик лихорадочно озиралась, но пелена гари и копоти превратила знакомый зал в лабиринт. Где выход? Где арка? Она потеряла ориентацию. А из теней, припадая к полу и щелкая челюстями, на них уже выдвигалась целая стая орканов, окружая их плотным кольцом.

Не было ни паузы, ни малейшего колебания. Твари бросились на них единым живым валом, одержимые единственной целью – разорвать, поглотить, стереть в порошок. Вик успела лишь судорожно вдохнуть, прежде чем на пути монстров выросла монолитная стена теней.

Ударная волна оглушила орканов, разметав их в стороны, словно назойливых насекомых, сметенных яростным порывом ветра. Но они были живы и уже начинали подниматься, перебирая узловатыми когтистыми лапами.

– Новый план! – прокричал Ксан, перекрывая гул сражения. – Беги! Я их задержу!

Он с силой толкнул ее в сторону парадной двери, а сам, не оборачиваясь, рванулся навстречу наступающей орде. Вик замерла, приросшая к месту. Она смотрела, как Ксан надвигается на толпу монстров, словно воплощение древнего бога смерти, явившегося за своей жатвой. Его человеческий облик окончательно размылся, превращаясь в пульсирующее облако первобытной тьмы, в центре которого сверкал лишь его яростный взгляд.

Щупальца живой тьмы хлестали во все стороны, вбивая монстров в камни, но их было слишком много. Вик с ужасом видела, как несколько орканов прорвались сквозь заслон и вцепились в призрачный силуэт Ксана, разрывая когтями саму его суть. Она не могла сдвинуться с места, не могла дышать – вина за все происходящее жгла ее изнутри сильнее любого пламени. Она не оставит его. Не в этот раз.

Вик рванулась в самую гущу схватки. У нее не было клинка, она не знала заклинаний, но в глубине ее существа пульсировала новая дикая сила, требующая выхода. Прежде чем одна из тварей успела прыгнуть Ксану на спину, Вик сбила ее с ног.

Она пригвоздила оркана к полу, оказавшись сверху. Треугольная голова, напоминающая морду гигантского богомола, на мгновение замерла, а затем зазубренные клешни вслепую заскребли по воздуху перед ее лицом. Не раздумывая, Вик нанесла сокрушительный удар кулаком. Раздался сухой мерзкий хруст лопающегося хитина – голова насекомого раскололась, как гнилой орех.

Вик выдернула руку из зияющей дыры в экзоскелете, стараясь не смотреть на густую слизь, стекающую с ее пальцев. Она едва успела пригнуться, когда другое существо сзади сомкнуло мощные челюсти на ее локте.

И в этот миг контроль окончательно рухнул. Сработал инстинкт – древний, хищный и беспощадный.

Все произошло мгновенно. Время растянулось, превращая секунду в вечность, когда Вик ощутила, как в ее груди распутывается тугой клубок раскаленных нитей. Одна из них, пульсируя первобытной силой, прошила грудину насквозь. Кожа в месте разрыва натянулась, и нить, извиваясь живым жгутом, вырвалась на свободу.

Внутри Вик все скрутилось в узел, освобождая пространство для новых и новых волокон этой магической ткани. Нить послушно метнулась туда, куда приказал ее инстинкт, хлестнув стаю орканов, словно огненный кнут. Там, где она касалась их плоти, твари мгновенно обугливались. Она выжигала их изнутри, и монстры валились замертво один за другим.

Одновременно с этим замок содрогнулся от оглушительного грохота. Каменная кладка в самом центре вестибюля лопнула и обрушилась в бездну. Мертвые и еще хрипящие орканы кубарем покатились в разверзшуюся пасть провала, увлекая за собой обломки фундамента.

И Вик почувствовала это. Разрушение камня ощущалось как продолжение ее собственного тела. Это была ее рука, невидимая и исполинская, что сминала пол, крошила гранит и планомерно уничтожала цитадель, превращая вековой замок в пыль.

Когда волна ощущений схлынула, Вик замерла, глядя на обугленные туши орканов. Дым от их сгоревшей плоти стал невыносимым, но в холле наконец воцарилась тишина. Временная, зыбкая тишина.

– Господи Иисусе… – хрипло выругался Ксан.

Он мертвой хваткой вцепился в ее руку и потащил за собой. Вик спотыкалась на каждом шагу. Истощение накрыло ее внезапно: магия выпила все силы, и она едва передвигала ноги. Где-то в глубине коридоров снова послышался тяжелый гул шагов – новые твари учуяли добычу и приближались, но Вик было уже все равно. Она слышала, как Ксан что-то кричит ей, но слова пролетали мимо, не задерживаясь в сознании.

Он обхватил ее за талию, практически неся на себе к выходу. Когда Ксан плечом вышиб массивную входную дверь, в лицо ударил ледяной ночной воздух. Вик не удержалась на ногах и повалила Ксана на себя. Они кубарем скатились по заснеженным ступеням лестницы, вцепившись друг в друга, пересчитывая телом каждый холодный край гранита.

Вик упала в сугроб, задыхаясь в кашле. Она приподняла голову и уставилась на величественный фасад Авалона. Двери за ними захлопнулись под весом собственной магии, но замок ожил изнутри: орканы бесновались в окнах, разбивая стекла и вгрызаясь друг в друга в поисках выхода. На втором этаже уже вовсю ревело пламя, подсвечивая ночь зловещим багрянцем.

Это был хаос. Абсолютный, чистый триумф разрушения.

Глава 34

Отдельные виды магических плетений допустимо наносить непосредственно на кожу в форме татуировок. Подобная практика дает адепту мгновенный доступ к символам заклятий, используемых на регулярной