Чудесные механизмы - Цинхань Цэцэ

– Та кисточка была не очень, я пошла на рынок другие посмотреть. – Увидев, что он уже сложил доклад, А-Нань не стала вглядываться, а развернула стул и положила подбородок на спинку – поза была такой же небрежной, как ее любимая развалочка в кресле, что составляло разительный контраст с собранной, прямой осанкой Чжу Юйхэна.

– Что с тобой? Выглядишь вялой, – взглянув на нее, спросил Чжу Юйхэн.

– Мм… – По дороге сюда А-Нань обдумала множество способов выпытать информацию пытками, но обнаружив, что ситуация развивается не так, как она ожидала, девушка теперь чувствовала опустошение и не знала, куда направить свой гнев.

Судя по известной ей на данный момент информации, причина ареста Господина, вероятно, все же связана со стрекозой, которую она ему подарила и которая была обнаружена в огне во время пожара в Трех больших дворцах. Похоже, от Сун Яньцзи ничего не удастся узнать, он, кажется, мало связан с делом об аресте Господина. А так как Заповедный пруд уже перешел под контроль Цзиньивэй, ее единственный канал связи с Господином оказался прерван, теперь ей не с кем обсудить, как та стрекоза оказалась в огне. Да и вообще, главная опасность Заповедного пруда заключалась в подводной ловушке, устроенной Чжоцяо, а какая именно служба – Отряда чудесных механизмов или Цзиньивэй – охраняет Господин, по сути, не имеет значения…

Пока А-Нань так размышляла, из уст Чжу Юйхэна вдруг вырвались три слова:

– Чжу Синхэ…

– А? – Девушка непроизвольно повернулась к нему и изумленно воскликнула.

– Твой Господин – это Чжу Синхэ?

– А что? – А-Нань внимательно изучала выражение лица Чжу Юйхэна, пытаясь понять его намерения.

– Я слышал, сейчас он в руках Цзиньивэй.

«Это твой Отряд чудесных механизмов поймал его, а эти просто его перехватили… – подумала А-Нань. – Неужели Отряд чудесных механизмов, пострадав от Цзиньивэй, захочет использовать ее, чтобы свести счеты?»

– Моего Господина схватили люди Цзиньивэй? – изобразив на лице изумление, спросила А-Нань. – Когда это случилось, как его поймали, где он сейчас?

– Пять дней назад, в храме Линъинь, по приказу Министерства наказаний. Причина – его подозревают в причастности к делу о пожаре в Трех больших дворцах.

– Вот как… – А-Нань, облокотившись на спинку стула, уставилась на него. – Разве не ты все время расследовал дело об этом пожаре? Почему же вдруг вмешались Цзиньивэй? Разве у тебя не возникло недопонимание с моим Господином? Почему сейчас вдруг решил мне рассказать?

– Все в этом мире взаимосвязано, – бесстрастно ответил он. – Сослуживцы могут обманывать друг друга, а враги при необходимости могут превращаться в друзей?

– Тогда почему бы мне просто не ворваться в управление Цзиньивэй? – грубо сказала А-Нань. – Не верю, что это опаснее, чем к тигру в логово залезть! Разве с моими способностями я не смогу спасти Господина?

– Во-первых, Цзиньивэй все еще в процессе переброски сил, мы пока не знаем, куда именно они перевезут Чжу Синхэ. Во-вторых, даже если ты сумеешь его спасти, не забывай, ты – организатор побега, а он – беглый заключенный. Вы собираетесь бросить все и стать парой любовников, вечно скитающихся в бегах?

А-Нань замолчала. В конце концов, после возвращения Господина на родину она сама видела, как стремительно пошли в гору дела у его предприятия Юнтай, деятельность постепенно развивалась и в Цзяннани, и в Цзянбэе [141]. Все эти успехи были достигнуты многолетним тяжелым трудом, как можно вот так разом все бросить?

– Тогда где он сейчас и как мне его спасти?

– Поскольку причина ареста Чжу Синхэ – дело о пожаре в Трех больших дворцах, я считаю, тебе следует сотрудничать со мной. Если мы тщательно разберемся в этом деле, императорский двор убедится в его невиновности.

– Вот и поговорили… – А-Нань положила лицо на локоть и с насмешкой посмотрела на него. – Да ты же просто хочешь, чтобы я помогла тебе расследовать дело о пожаре в Трех дворцах и спасла таким образом твою шкуру?

Чжу Юйхэн сложил пальцы на столе и бесстрастно посмотрел на нее:

– Спасти его и одновременно спасти себя – разве это плохо?

Затаив свои скрытые намерения, двое какое-то время пристально смотрели друг на друга. В итоге А-Нань отвернулась первая и посмотрела на соседнюю камеру:

– Жена Чу ушла?

– Она от слез в обморок упала, неужели ее в таком состоянии нужно было тут, в тюрьме, оставить, а не домой отпустить?

– Ничего важного не сказали?

– Нет. Чу Юаньчжи несколько раз порывался что-то сказать, но так и не произнес. Теперь посмотрим, сдастся ли он ради жены и сына.

– Командующий Сун, а ты действительно хорошо разбираешься в людях, знаешь, как к каждому подход найти, на какие точки надавить – и каждый раз так точно. – А-Нань спрыгнула со стула, взяла со стола папку с делом и протянула ему. – Пойдем, сначала разберемся с текущей задачей, посмотрим, что удастся вытянуть из Чу Юаньчжи!

Чжу Юйхэн, взяв папку, вышел за дверь. А-Нань подошла к углу, взяла сверток с персиками, мельком взглянула на его удаляющуюся спину и быстрым движением открыла только что написанный им доклад. Там действительно была жалоба в Нанкинскую контрольно-судебную палату, где он ясно и подробно описывал, как Цзиньивэй отобрали у Отряда чудесных механизмов важного преступника, а далее прямо обвинял Цзиньивэй Южной столичной области Наньчжили в разжигании внутренних распрей между армейскими подразделениями и узурпации заслуг коллег, требовал строгого расследования.

А-Нань хватило просто пробежаться глазами по тексту доклада, чтобы почувствовать глубокую обиду, таившуюся за каждым словом. Она цыкнула, захлопнула папку и поспешно перешла в соседнее помещение.

Войдя в камеру, А-Нань увидела, что Чжу Юйхэн уже сидит за столом и допрашивает Чу Юаньчжи.

– Какую роль ты сыграл в недавнем пожаре на почтовой станции Ханчжоу?

– Я ничего об этом не слышал. – Чу Юаньчжи стиснул зубы и покачал головой.

– Какие отношения тебя связывали со сгоревшим заживо евнухом Бянь Цуньанем?

– Мы не были знакомы, – выдавил он сквозь зубы.

– А что насчет пожара на почтовой станции в Сюйчжоу двадцать один год назад?

Почтовая станция Сюйчжоу. Эти слова на мгновение заставили Чу Юаньчжи замереть.

– Не помнишь? – Чжу Юйхэн открыл дело о почтовой станции Сюйчжоу и показал ему записи. – Второе число шестого месяца, ясная погода. В час Хайчу [142] внезапно раздался глухой раскат грома, грохот раздавался со всех сторон, за ним пришли небесный огонь и землетрясение. Во внутреннем дворе почтовой станции вспыхнул пожар, сорок человек, остановившихся там на ночь, пострадали, выжили лишь трое. Огонь перекинулся на соседние дворы, еще двое погибли, затоптанные в хаосе…

Чжу Юйхэн слово за словом зачитывал обстоятельства того происшествия. Чу Юаньчжи слушал, не шевелясь,