Призрак крепости Теней - T. C. Эйдж

Вскоре звери начали приближаться к Томосу. Мрачные уродливые укротители, стоящие по краям арены, выкрикивали что-то на агаратском языке. Драконы слушали команды, метались туда-сюда, щелкая челюстями и дразня свою добычу.

Сэр Томос Пентар продолжал сражаться, по-прежнему блокировал атаки, замахивался и делал все так, как его учили. «Но как только они почуют кровь, их будет уже не остановить, – понимал Литиан. – Они утолят свой голод его плотью… Они сожрут бедного Томоса живьем».

Первый же укус поднял зрителей на ноги. Откуда-то сбоку драконовод выкрикнул команду, и один из зверей набросился на лодыжку Томоса, сдирая плоть и кожу с кости. Рыцарь издал короткий, пронзительный рев, но тут же вскочил на ноги. На песке появилась алая дорожка.

Это даже вдохнуло в Томоса силы – ложная заря, которой не суждено превратиться в день. И тут последовала вторая атака, теперь уже в правую руку. Разом лишившись нескольких пальцев, Томос взвыл и полоснул мечом по морде ящера. Карликовый дракон взвизгнул и, фыркнув огнем, попятился. Похоже, Томос ослепил его, попав мечом туда, где не было твердой чешуйчатой брони.

Кровь, пузырясь, хлынула из глазницы, и несколько других созданий обратили на это внимание. Принюхавшись, они возбужденно забили уродливыми недоразвитыми крыльями и бросились на новую жертву. Укротители с ревом метнулись к ним с хлыстами, но опоздали. Раненый дракон пропал из виду под тремя сородичами, которые остервенело рвали его плоть, утоляя голод.

Томос воспользовался моментом и попятился, подпрыгивая на здоровой ноге и волоча за собой другую. Из обрубков его пальцев струйками текла кровь. На пиршество ворвалась еще пара драконов, и укротители принялись хлестать их кнутами, пытаясь разозлить. Один из них был особенно настойчив, и уродливым маленьким ящерам это не понравилось. Трое набросились на мужчину и без труда прибавили к своему пиру второе блюдо. Остальные драконоводы спешно отступили, чтобы не стать третьим, и зрители покатились со смеху.

Трибуны сотрясались и грохотали, трубы гудели, а барабаны били все громче и громче… БА-ДАМ… БА-ДАМ… БА-ДАМ.

– Они принадлежат ему, Литиан… Это его победы, – слабым, прерывистым голосом произнес Боррус. Казалось, он вот-вот потеряет сознание, его окровавленные руки скользнули по прутьям решетки. – Он убил дракона. Он сам. И… агаратского воина. Они ведь считаются воинами, эти… эти драконоводы. – Боррус улыбнулся. – Наверху будут аплодировать. Громче, чем сейчас.

Литиан сомневался, что может быть еще громче. Он никогда не слышал ничего подобного. Ему казалось, что мозг распухает в черепе и что тот вот-вот треснет. Литиан знал, что на самом деле виной всему жажда, голод и удушающая жара. Но Томос все еще боролся. Он все еще стоял на ногах и сопротивлялся. «Как… как он это делает?» – восхитился Литиан. Последние насколько дней Томос был на пороге смерти, едва держался. Но сейчас…

Теперь у Красного рыцаря появилось немного свободного пространства. Он, насколько мог, уперся ногой в песок и повернулся лицом к одному из драконов, который уже несся в атаку, брызжа слюной, как пес. Ящер прыгнул, но вместо обеда получил полную пасть стали. Томос вонзил длинный тупой клинок в горло дракона, проткнув его насквозь. Хлынула черно-красная кровь.

– Еще один, – неожиданно для себя выпалил Литиан. – Еще одного одолел, Боррус!

Глаза Борруса блеснули, и слабая улыбка появилась на его губах.

– Теперь он может гордиться, – прошептал он. – Ему… ему больше не нужно бояться… смерти.

«Нет, не нужно».

Литиан почувствовал, что Боррус начал сползать, и обхватил его за толстую талию.

– Мы должны смотреть, – настойчиво напомнил он. – Мы должны проводить его к столу Варина.

Боррус кивнул, собрав последние силы. Крылатые звери на арене окружали Томоса. Он сделал достаточно – и теперь, казалось, сам это понял. Силы покинули его, поэтому Томос просто принял боевую стойку, выставив вперед клинок.

Четыре дракона бросились на него разом. Поблизости уже не осталось драконоводов, некому было отдать приказ или остановить их. Теперь ими двигал запах крови, жажда плоти и пиршества. И вот Томос рухнул под тяжестью этих недоразвитых оголодавших тварей. Они огрызались друг на друга, рвали его на части и пировали. Так пал рыцарь Красной вершины.

Чтобы гордо вознестись за стол Варина и занять там свое место.

Глава 28. Элион

Элион стоял в личном шатре принца Райлиана Лукара, глядя сквозь пологи. К ним приближалась леди Сесилия Блейквуд. Она шла под бледным утренним солнцем в теплом зеленом платье и меховой накидке, ее сапоги чавкали по тонкому слою взбитого грязного снега, который теперь покрывал бо́льшую часть лагеря.

– Вы хотели меня видеть, ваше высочество, – сказала женщина, ступая внутрь.

– Давай обойдемся без титулов, Сесилия, – ответил Райлиан, усаживаясь за дубовый стол. Он жестом пригласил ее пройти вперед, и она заняла место перед ним. – Ты уже знакома с сэром Элионом Дэйкаром, не так ли?

Сесилия перевела взгляд направо, где у столика с напитками стоял Элион, одетый в сине-серебристые цвета Вандара.

– Да, я удостоилась такого удовольствия, – невозмутимо ответила женщина. – И, признаюсь, после пира я вас тоже видела, сэр Элион, хотя и издалека. В конце концов, вы были очень заняты осадой крепости.

Элион ответил на ее улыбку.

– Не совсем, миледи, – добродушно сказал он. – Пока что я не принимал участия в нападении. Мы проверяем оборону крепости и дальнобойность орудий расаланцев. Я для этого не нужен. Меня призовут, когда начнется настоящая осада.

– Что ж, тогда, полагаю, вы были заняты другими делами.

– Да, миледи. А именно освобождением невинных расаланских девушек из этого лагеря.

В воздухе повисло напряжение.

– Что ж, ясно. – Улыбка Сесилии застыла на губах, когда она снова обратила свое внимание на принца. – Зачем меня вызвали, Райлиан? Я не понимаю…

– Ты знаешь, зачем тебя вызвали, Сесилия, – перебил Райлиан. – Я пообещал лорду Парамору, что всем пленным девушкам-расаланкам в этом лагере будет предоставлена возможность уйти, не опасаясь преследования. Это вопрос чести, я обязан довести начатое до конца, и Элион поддерживает это дело с большим энтузиазмом.

– Разумеется. Меньшего я и не ожидала от наследника дома Дэйкар. – Леди Сесилия одарила Элиона очередной улыбкой, но в ее глазах читалось напряжение. – Однако я все еще не могу понять, зачем меня позвали, Райлиан.

– Не прикидывайся дурочкой. – Принц вскочил на ноги и раздраженно махнул рукой. – Вандарийцы требуют освободить девочек, иначе они откажутся от поддержки. Мне не нужно объяснять тебе, каким настойчивым может быть лорд Канабар. Он стар, упрям и скорбит о потере сына. Это делает мужчину несговорчивым, а моя