Звездные Рыцари. Книга 2 - Юрий Винокуров

— Прикрыть их! — рявкнул он наконец. — Отходим за стену! Бегом, бегом!!!

Твари за нашей спиной откатывались от базы по всему полю. Подранок уполз в лес, целый поводырь уводил остатки стада за деревья, не рискуя больше ничем, при этом в его действиях не чувствовалось паники, а лишь холодный расчёт чужой Воли, которая решила взять паузу. Чтобы всё проанализировать, обдумать и повторить. Но не сегодня…

Мы вошли в ворота «Гаммы-4» под пристальными взглядами защитников на стене. Люди стояли на помостах, у баррикад, у дымящегося пролома восточного угла, и смотрели молча. На меня, на Олега… И особенно на Гримма, который шёл за мной, убрав меч в ножны, глядя в ответ с вызовом, с гордо поднятой головой, и те, кто встречался с его взглядом, тут же торопливо отводили глаза.

А потом от дальней вышки, рядом с проломом, судя по всему, с самого напряженного участка обороны базы, через весь двор к нам пошёл человек. Немолодой, сухой, с винтовкой за плечом, он спустился с «Утёса» неторопливо, как будто и не было никакого штурма, и люди просто расступались перед ним естественно и непринужденно, как расступаются перед единственной властью на много километров вокруг.

Комендант Грейн остановился в трёх шагах, обвёл взглядом нашу троицу, задержался на Гримме чуть дольше, чем мне бы хотелось, и вернулся взглядом ко мне. В уголках его глаз сидела всё та же знакомая, спокойная усмешка.

— Ну здравствуй, Виктор, — сказал он. — Почему-то я был уверен, что это ты.

Я стянул с плеча рюкзак, в котором, завёрнутая в три слоя ткани, путешествовала через Скверну старая фарфоровая кружка с милой надписью «Лучший папа на свете».

— Здравствуй, комендант. Я тут слышал, у тебя кофе закончился…

Глава 27

Грейн посмотрел на свёрток в моих руках, и по его лицу на мгновение прошло вполне себе человеческое чувство, так не свойственное всегда бесстрастному (на людях) коменданту. Но комендант внутри этого человека победил быстро и привычно.

— Об этом позже, Виктор, — сказал он. — Сейчас мне надо порешать дела. Подождите вон там, в сторонке. Если нужна вода или еда, скажите, вам принесут.

— Спасибо, комендант. Нам ничего не нужно.

Он кивнул и ушёл в сторону пролома, на ходу подзывая к себе каких-то людей, судя по всему, местных командиров. А мы отошли к стенке ближайшего контейнера, сложили груз, сели прямо на траву и стали ждать.

Караул Грейн выставил уже через минуту. Двое бойцов встали у штабеля ящиков слева от нас, ещё двое поднялись на помост справа, и все четверо так старательно смотрели куда угодно, только не в нашу сторону, что не понять их назначение было попросту невозможно. Я прислушался к себе и с лёгким удивлением обнаружил, что не чувствую по этому поводу ровным счётом ничего. Ни обиды, ни раздражения. Комендант двенадцати Игр делал всё правильно и по инструкции: на его базу только что вошли трое неизвестных, один из которых мутант, второго когда-то «посетила» Изнанка, а у третьего в груди горит Звезда, которой на Мёртвом мире быть не может. Я бы на его месте тоже выставил караул. Да, честно говоря, я бы нас и на базу не пустил, хах! Хорошо, что Грейн — не я.

Ну а пока мы ждали, попивая водичку из фляг, я смотрел на всё происходящее внутри базы и считал.

База пережила штурм тяжело, но достойно. У восточного угла стена была проломлена: две наборные плиты вырваны и сложены гармошкой, и в дыру сейчас было видно перепаханное поле. Возле пролома работали люди, много людей, и работали они без суеты, размеренно и деловито. Неподалеку, громко, взрыкнув, завелся дизельный погрузчик, который тут же споро потащил к пролому новую плиту. Чуть в стороне, у санитарного контейнера, лежали раненые. Я насчитал десятка три, разной степени тяжести, от перевязанных рук до тех, кто не шевелился вовсе. А ещё дальше, у самой стены, ровным рядом лежали чёрные мешки. Семь штук.

Я смотрел на эти мешки и прикидывал. Народу на базе было около трёх сотен, плюс-минус. И все эти люди, каждый из них, были инициированными, пережившими высадку, то есть, по меркам Империи, золотым фондом человечества. Будущие Звёздные Рыцари. Элита, чёрт их дери. Вот только именно сейчас они находились на самом хрупком отрезке своего пути: пробудившиеся Источники едва изучены, техники сырые, опыта нет, а привычка к новой силе обманчива и смертельна. Любой из них мог переоценить себя и сгореть в первом же серьёзном бою. И тем не менее против орды, которую я видел с опушки, семь мешков были… очень хорошим результатом, если так вообще можно говорить о жизнях людей. Уверен, что всё это только благодаря коменданту Леонарду Грейну. Кем бы не был покойный комендант «Гаммы-4», изначально, но суетящимся передо мной людям он точно оказал услугу своей смертью, которая позволила встать «у руля» Грейну.

Я просто наблюдал за работой этого живого «механизма», и, надо признать, наблюдал с удовольствием. Вмешательства Грейна уже почти не требовалось: он запустил маховик, и база крутилась сама. Дизельный погрузчик уже подтащил к пролому новую плиту, и десяток человек с рычагами и талями начали заводить её на место. На вышках расчёты обслуживали и перезаряжали «Утёсы». Кто-то таскал воду, кто-то жёг какую-то дрянь за периметром, кто-то раздавал горячее прямо у полевой кухни. Деловая, привычная суета людей, которые знают, что следующему штурму быть и от того, как к нему приготовишься, зависит твоя собственная жизнь.

Грейн подошёл к нам где-то через полчаса. Остановился в паре шагов, заложил руки за спину и без всяких предисловий, по-обыкновению прямо и жёстко, мотнул головой в сторону Гримма.

— Кто это, Виктор? И скажи мне, пожалуйста, что мне с ним делать?

— Это Гримм, — я слегка улыбнулся. — И он мой боевой товарищ.

Грейн посмотрел на меня долгим взглядом. Я прекрасно понимал, что происходит сейчас у него в голове: человеку, прошедшему двенадцать Игр, инструкция «увидел мутанта — стреляй» вшита куда-то на уровень спинного мозга. Но он видел бой перед своей базой. И видел, что этот… мутант там творил.

— Я так понимаю, — медленно проговорил он, прищурившись. — что если я вдруг не захочу видеть твоего… боевого товарища у себя на базе, то…

Он сделал паузу. Я кивнул.

— Вы всё правильно понимаете, комендант. Это будет означать, что вы не хотите видеть никого из нас.

Я посмотрел на Олега. Олег молча