Сестра грифонам - Джен Уильямс

Т’руук издала возмущенное восклицание, и Инис заставила себя разодрать слипшиеся от непробудного сна глаза, чтобы взглянуть на сестру. Та стояла у входа, и ее черные крылья при дневном свете отливали фиолетовым.

– Я же говорю тебе, она крепкая, – сказала она беззаботно. – Полежит еще пару дней и поправится.

– Может быть. – Ответ провидицы Фрост раздался откуда-то слева от Инис, но у нее не было сил повернуть голову. – Однако провидцам приходится ходить между жизнью и смертью чаще, чем всем остальным. Возможно, сейчас она как раз идет по тому пути, который ведет ее к ней настоящей.

Т’руук фыркнула так, что Инис на месте Фрост точно обиделась бы.

– Это все сказки; рассказывай их краеходам, а не мне. Я знаю свою сестру.

Измученная усилием держать глаза открытыми, Инис опустила веки и снова погрузилась в глубокий хаотичный сон. Ей снились леса, зеленее и гуще тех, что она видела в Эльвинии; деревья там росли так близко друг к другу, что между ними не прошел бы и молодой грифон, а днем стояла такая теплая и влажная погода, как будто на свете не существовало ни ледяной тундры, ни гор, среди которых она жила. Во сне ей все время казалось, что ее несут куда-то, и кто-то крепко держит ее в своих объятиях. Это ощущение успокаивало ее, но, просыпаясь, она каждый раз понимала, что так преломляются во сне шкуры, которыми ее обложили в действительности.

В лесу ей встречались люди, похожие на нее, хотя и не совсем такие, как она. Их лица были чистыми, и они носили одежду из ткани. В их волосах, очень гладких, не было перьев и костей. Инис не всегда видела их лица, но чувствовала, что они находятся рядом и что они злятся друг на друга; они произносили слова и даже обрывки фраз, полные гнева, но лишенные смысла. Ей становилось страшно и грустно.

«Хватит, – подумала она, хотя не могла говорить во сне. – Не ссорьтесь».

Вдруг она услышала голос сестры, который прорвался сквозь ее сон и разметал его на мелкие кусочки. Т’руук сердилась, но за ее обычной ершистостью крылся страх. Инис хотела сесть, но голова закружилась, а в висках застучало так болезненно, и она снова упала на шкуры.

– Ты не заботишься о ней так, как надо, – говорила Т’руук, повышая голос. – Ей уже должно быть лучше!

– Краеходы лучше всех знают, как надо ухаживать за больными. – Фрост стояла у выхода, и последние лучи солнца отражались в ее замысловатом головном уборе из костей, окружая голову старой провидицы слабым голубым свечением. – Я сразу сказала тебе, что на это уйдет много времени.

– Целая неделя прошла! – огрызнулась Т’руук.

Инис почувствовала, как у нее похолодело в животе. Неделя? Как это возможно?

– Что ты знаешь об исцелении? – продолжала юная грифоница. – Ты знаешь только смерть, к ней ты и ведешь ее.

Повернувшись к Инис, сестра ухватила ее клювом за рукав и потянула к себе. Тело девушки двигалось вяло, она не могла поднять руку, не могла встать. Ее точно погрузили в густую, вязкую грязь. Больше всего ей хотелось, чтобы Т’руук отпустила ее, и она уже открыла рот, чтобы попросить сестру об этом, но головная боль захлестнула ее, вытеснив все остальное.

* * *

Некоторое время спустя, хотя она и не могла сказать, сколько именно, к ней снова пришел дух Брокен. В гнезде было темно, и погибшая грифоница явилась в виде пятна лунного света на серой каменной стене.

– Ты почти у цели, провидица. – Голос Брокен был тише, чем когда-либо, но она, казалось, говорила прямо в ухо Инис. – Ты удаляешься от нас, Эрроу, а это значит, что ты возвращаешься в мир живых.

– Здесь только что была моя сестра, – сказала Инис. Почему-то она решила сообщить об этом Брокен. – Ты видела ее?

Но Брокен не ответила.

– Помнишь, Эрроу, как ты разорвала нить моей судьбы и позволила моему духу вернуться на Костопад?

– Конечно.

– Ты помнишь, как их искать? Нити, которые связывают грифонов с теми, кто для них важен?

– Да, помню. – Инис хотела сесть, но ей удалось лишь приподняться на локте. Она немного откинула меха и ощутила прикосновение чистого морозного воздуха гор. Это было прекрасно. – Но что ты хочешь сказать?

– Это важно, – произнесла Брокен. Ее голос стал тише, лунное пятно на стене погасло, словно на ночное светило набежало облако. – Ты провидица, Эрроу. Ты видишь их, а значит, можешь идти за ними. Помни это.

* * *

Пещера снова наполнилась неярким сиянием – наступал рассвет. Инис села, прищурилась. Кожа на затылке как будто онемела от долгого лежания, но головная боль прошла, а руки и ноги больше не казались тяжелыми.

Из входного туннеля вышла провидица Фрост. Почему-то она стала меньше, чем помнила ее Инис, как будто съежилась. «Наверное, это из-за того, что она горюет по Брокен, – напомнила себе Инис. – Они же дружили».

– А, ты очнулась. – Фрост произнесла эти слова с радостью, но сдержанной, и это сразу насторожило Инис. – Я боялась, что сегодня у тебя снова будет жар – ветер меняется.

– А что? – Инис откинула с лица волосы, еще влажные от пота. – Что-то случилось?

Фрост пару раз щелкнула клювом и наконец ответила:

– Вот в чем наша главная беда. Я имею в виду провидиц. Мы видим и чувствуем то, чего еще никто не знает. – Старая грифоница покачала головой. – Этот удар не смягчить.

– Говори. – Инис сделала глубокий вдох. Сердце часто билось где-то в горле. – Расскажи мне, что случилось. Фрост, прошу тебя.

– Четыре дня назад твоя сестра Т’руук улетела на охоту и до сих пор не вернулась.

54

Пока Тайли и Белиза работали, чтобы открыть дверь в Подземелье, Каэто выслеживал Феллдира по всему городу. Вокруг царила такая тишина, что любой звук, даже совсем негромкий, разносился по улицам гулким эхо, так что посланник быстро научился отличать шелестящую пробежку жуков от гудения крыльев титана. Но он не стремился сразу войти с титаном в контакт; Каэто держался в тени, наблюдая за Феллдиром издали, исследовал места, где тот появлялся. Часто посланник находил укромные уголки и тайники на верхних этажах заброшенных зданий и башни, которые он невольно принял за гнезда. Там были старые кострища и кости животных, как правило дочиста обглоданные; а в одном «гнезде» – та находка надолго запала ему в память – он обнаружил кучу скелетов, явно человеческих. Некоторые из них выглядели совсем древними, их покрывали странные