Бесконечное пламя - Ребекка Росс

облегчения боли в месте заражения, – сказал Дэвид, показывая на один из ее рецептов. – Я пробовал то же и обнаружил, что, если в смесь добавить немного можжевельника, это весьма помогает от скованности суставов.

Заинтересовавшись, Сидра подалась вперед. Она едва удержалась, чтобы не пошевелить ногой и проверить, как трудно стало двигать лодыжкой от порчи, словно мышцы с каждым днем становились все более тугими.

– Я до этого не додумалась. Спасибо за подсказку.

– Вот, держи.

Дэвид встал и подошел к занимающим всю стену полкам. Его рабочий кабинет был небольшим, но уютным, увешанным пучками целебных трав и заставленным разнообразными пузырьками и склянками. Сидра и сама не отказалась бы от такого кабинета вместо того, чтобы работать на кухне.

Дэвид пошарил на полках и принес ей деревянный коробок, в котором обнаружилась мазь. По одному только резкому холодящему запаху Сидра догадалась, что это и есть то, о чем он говорил.

– Да, нужно попробовать можжевельник, – повторила целительница.

– Можешь взять себе, – к ее удивлению, сказал Дэвид.

Она встретилась с ним взглядом. Значит, мужчина догадался. Догадался, что она тоже больна. Как ни старалась девушка скрыть свою хромоту, видимо, он все же заметил.

– Спасибо, – ответила Сидра, забирая коробок.

Адайра была необычайно молчалива, но пристально наблюдала за ними. Девушка почувствовала, что у целителей есть что-то общее, хотя и не догадывалась, что именно, – Сидра это поняла. Хотя, может, Адайра просто готовилась к тому, что отец с Сидрой будут ругаться, ссориться и скрывать друг от друга свои знания, как драконы – золото. Так легко установившаяся между ними дружба слегка удивляла, хотя Сидре всегда казалось, что целители владеют никому не доступным языком.

Они оставались в кабинете, пока день не начал клониться к закату. Назревала гроза, и Сидра слышала, как ветер свистит в щелях каменных стен замка. Оконные стекла плакали дождем, и пока Адайра вела Сидру по лабиринту коридоров, дневной свет вдруг угас, и замок погрузился в темноту.

– Я покажу твою комнату, чтобы ты успела отдохнуть перед ужином, – сказала Адайра, когда они подошли к длинной винтовой лестнице.

Сидра взглянула на бесконечную череду ступенек, не спеша начать подъем, пока к ней не подошел Блэр, предложив руку. Она с благодарностью взяла его под локоть и позволила себе опереться на стражника, чтобы не наступать на больную ногу, когда они вслед за Адайрой пошли наверх. Но когда та обернулась, Сидра невольно ощутила укол беспокойства.

От Адайры не укрылось, что Сидра опиралась на стражника. И как он был к ней внимателен.

Они прошли еще один коридор и оказались в покоях для гостей. Комната была просторной, убранной гобеленами и коврами, с застеленной овечьей шкурой кроватью под балдахином. В камине горел огонь, а каминная полка была густо украшена ароматными можжевеловыми ветвями. В углу стоял гардероб, а рядом с ним расположились столик для умывания и кресло. Из окна открывался прекрасный вид на покрытые туманом холмы.

– Я хочу остаться наедине с Адайрой, – сказала Сидра стражникам, которые остановились на пороге.

Блэр кивнул, подтолкнув остальных к выходу. Когда дверь закрылась, Сидра взглянула на Адайру с бьющимся от облегчения и тревоги сердцем.

За весь день с самой их встречи они впервые остались одни. Обе отбросили все церемонии и вернулись к приятной легкости их дружеских отношений. Однако за последний месяц столько всего произошло, что казалось, будто их разлука длилась годы.

– Я так рада, что ты здесь, Сид, – сказала Адайра. – Но я должна спросить… у вас с Торином все хорошо? Я не могла не заметить твоего стражника. Мне казалось, что тебя будет сопровождать Торин. И Джек сказал, что Торин не ответил на его письмо. Ответила ты.

Сидра глубоко вздохнула. Пора было сказать Адайре, но для такого разговора ей нужно было сесть.

– У нас все хорошо. Не волнуйся. – Сидра подошла к креслу и с легким стоном села. – Но Торина с нами нет, Ади.

На лице Адайры обозначилась тревога. Она придвинула стул и села лицом к Сидре.

– Тогда где же он?

– Его забрали духи.

Адайра оцепенела, побледнев.

– Что значит – забрали?

Сидра объяснила как могла, сообщив Адайре те обрывочные сведения, какие у нее были. Но тут же пожалела о своих словах, что Торин может вернуться через много лет. Адайра выглядела убитой горем. Она упала на колени, зажала рот рукой, в глазах у нее светился ужас.

– Знаю, что ты будешь беспокоиться, – сказала Сидра, – но мне бы этого не хотелось, и ему тоже. Наверняка он вернется раньше, чем я ожидаю. Поэтому, пожалуйста, Ади, не расстраивайся.

Адайра долго молчала.

– Сид, мне так жаль, – прошептала она, отнимая пальцы ото рта.

Сидра кивнула, пытаясь растопить лед, сковавший ее душу. Прогнать холод, который нередко охватывал ее ночью, когда она, дрожа и глядя в темноту, пыталась представить остаток своей жизни без Торина. Если ее не погубит порча, разбитое сердце сведет Сидру в могилу до срока.

Но ей не хотелось давать этим мыслям власти над собой. Отбросив их, она обратилась к Адайре:

– Расскажи, что у тебя было интересного здесь.

Адайра со вздохом села.

– Словами не описать, как много было интересного!

Сидра слушала, а Адайра рассказывала ей про свою жизнь на Западе. Пока она говорила, тени продолжали сгущаться, хотя до вечера было еще далеко. В конце концов Адайра встала, чтобы зажечь в комнате свечи, и с тревогой выглянула в окно.

– Я должна предупредить тебя, чего ожидать вечером, Сид, – сказала она, вернувшись на место. – Иннес пригласила на ужин в чертоге танов с наследниками и захочет, чтобы ты тоже пришла, чтобы представить тебя и объяснить им, зачем ты здесь.

Сидра тут же почувствовала холодный укол в сердце. В ее голове снова прозвучал голос Морэя, будто его призрак явился перед ней.

«Каждый месяц родители созывают в замок танов с наследниками на пир. Это опасный и непредсказуемый вечер, потому что всегда найдется один-другой, замышляющий захватить власть».

Адайра рассказала об опасности эфина и о профилактических дозах. Сидра отвлеклась было, но заставила себя собраться с мыслями и слушать внимательнее. Когда Адайра протянула ей на ладони пузырек с прозрачной жидкостью, Сидра сглотнула подступивший к горлу комок.

– Что это, Ади?

– Это эфин. Зная, как опасно садиться за стол со здешними вельможами, и Иннес, и Дэвид хотели, чтобы я попросила тебя выпить его на всякий случай.

Сидра не могла отвести глаз от яда. В конце концов она перевела взгляд на Адайру.

– Вы с Джеком его пьете?

Адайра не сразу ответила.

– Джек