История Рима. Царский Рим в Тирренской Италии - Юлий Беркович Циркин

времени, вполне возможно, что одним из этрусских предводителей, прославившихся в этих войнах, был Вел Сатиес[1489]. Его останки вместе с погребальным инвентарем были перенесены из более раннего погребения, как это было принято в IV в. в знатных этрусских фамилиях по отношению к прославленным предкам[1490]. Наряду с торжеством самого Вела Сатиеса в росписи гробницы представлены различные мифологические и исторические герои. На стене слева от Танаквиль изображены персонажи греческой мифологии, уже принятые в мир этрусских представлений, в том числе Этеокл и Полиник, убивающие друг друга, мотив, который часто встречается в этрусском искусстве. Роспись, расположенная справа от самого Вела Сатиеса, показывает убийство троянских пленников Ахиллом и деяния братьев Вибенна. Последний фрагмент состоит из пяти сцен. На одной изображено освобождение Целия Вибенны (Caile Vipinas) Мастарной (Macstma). На остальных изображены убийства: Ларт Ултес убивает Лариса Папатнаса Velznach, Расце — Песну Артеменаса Sveamach, Авл Вибенна — Венти Кал [...] и, наконец, Марце Камилтнас, т. е. Марк Камилл, — Гнея Тарквиния Римлянина (Cneve Tarchunies Rumach)[1491].

В этой росписи только одна сцена недвусмысленно связана с римлянином. Поэтому было высказано мнение, что здесь отражены эпизоды междоусобной борьбы этрусских городов, в частности попытки Вульчи захватить главное этрусское святилище Вольтумны около Вольсиний[1492]. Однако гораздо вероятнее, что все сцены в этой части росписи имеют отношение к Риму. Если в росписи «стены Танаквиль» представлены различные мифические герои, сравнительно мало связанные друг с другом, то совершенно иначе выглядит «стена Вела Сатиеса». Вся композиция на этой стене связана общим смыслом: Вел Сатиес одержал победу над римлянами, Ахилл побеждает и убивает троянцев, чьими потомками являются римляне[1493], и, наконец, братья Вибенна и их товарищи торжествуют над теми же римлянами[1494].

Таким образом, в этой росписи появляются те персонажи, которые связывали с приходом к власти Сервия Туллия Клавдий и Арнобий[1495]. Однако полного совпадения все же нет. Прежде всего, бросается в глаза, что убитым оказывается не Люций Тарквиний, а некий Гней, который ни в одном предании, связанном с Тарквиниями, не упоминается[1496]. Для объяснения этого противоречия выдвигаются различные гипотезы. Было высказано мнение, что династия Тарквиниев, правившая Римом, включала большее число царей, которые затем были сведены лишь к двум Люциям и Сервием Туллием между ними, и одним из них вполне мог быть Гней[1497]. Также существует предположение, что Гней мог быть сыном Тарквиния Древнего и отцом Тарквиния Гордого[1498]. Не менее важно и то, что убийцей Гнея Тарквиния оказывается не Мастарна, как об этом говорит Клавдий, а Марк Камилл, который из других источников совершенно неизвестен. Таким образом, роспись в «гробнице Франсуа» не является лишь иллюстрацией к речи Клавдия, а передает несколько иной вариант этрусской версии[1499].

Что касается братьев Вибенна, то они появляются в римском предании еще в связи с Ромулом Var. L. L. V, 46): якобы первый римский царь призвал их на помощь, и они согласились при условии, что им разрешат поселиться в Риме. Но после войны римляне стали подозрительно относиться к братьям, которые были вынуждены увести свой отряд на ближайший холм. Позже же они поссорились, Авл (Ол) часть отряда увел на другой холм, а затем Мастарна по приказу Целия убил Авла, и по именам братьев позже получили название холмы Целий и Капитолий (Caput Oli — Голова Авла). Разумеется, этот рассказ относится целиком к мифологии. К мифологии, на этот раз этрусской, относится и рассказ о попытке братьев Вибенна завладеть записями юного пророка Артиле, но побежденных пророком Каку. Однако считать братьев лишь персонажами мифологии, неважно, римской или этрусской, невозможно. В Вейях был найден сосуд буккеро VI в. до н. э., который посвятил Avile Vipienas, т. е. Авл Вибенна. То же имя встречается и на другой этрусской чаше[1500]. Поэтому совершенно правы те ученые, которые считают братьев Вибенна историческими фигурами[1501].

Речь явно идет об отряде братьев Вибенна. Он мог состоять из людей, зависимых от этих братьев или от одного из них. Sodalis и comes, как называет Мастарну Клавдий ясно говорит о его таком зависимом положении. Использование Арнобием термина servulus, а не servus можно свидетельствовать, что обычным рабом Мастарну потомки не считали. Видимо, servulus Арнобия и sodalis Клавдия обозначают одно и то же социальное положение Мастарны, его зависимость от Целия Вибенны[1502]. О зависимом положении Мастарны, как и другого персонажа росписи — Расце, может говорить то, что они не имеют родового имени[1503]. Для сравнения можно привести роспись «гробницы надписей», датируемой около 520 г. Там изображен погребальный пир, в котором участвуют аристократы, друзья покойного, имеющие по два имени, и слуги, подносившие амфоры, которые имеют только одно имя[1504]. Такие отряды, по-видимому, возникали в Этрурии в это время нередко. В это время с распространением новой военной тактики появляются отряды, составленные отдельными аристократами из зависимых от них людей и ими возглавляемые, которые уходили из своих городов и служили наемниками не только в самой Этрурии, но и в других общинах Италии[1505]. Видимо, такие этрусские «кондотьеры» были весьма популярны в Италии, где, кроме, конечно, греческих городов, новая военная тактика еще не привилась. Таким кондотьерским отрядом: вероятнее всего, был и отряд братьев Вибенна[1506]. По словам Клавдия, этот отряд прибыл в Рим после неудач в самой Этрурии. Даже если братья сначала воевали по поручению своего города, их уход из Этрурии в Рим был совершенно самостоятельным действием.

С другой стороны, убийца Гнея Тарквиния носит хорошо известное в римской истории имя — Марк Камилл. Сразу же, естественно, вспоминается знаменитый Марк Фурий Камилл. Конечно, в данном случае о нем не может быть речи[1507]. Но не был ли Камилл фрески римлянином, по каким-то причинам вступивший в отряд братьев Вибенна? Как говорилось выше, Тарквинию Древнему не удалось провести военную реформу и создать свое войско, независимое от существующей организации, тесно связанной с сенаторской знатью. Поэтому совсем не исключено, что он пошел по пути найма воинских отрядов, одним из которых мог быть отряд братьев Вибенна. Те авторы, которые относили появление этих братьев в Риме к правлению Ромула, недвусмысленно связывали это событие с просьбой римского царя о помощи против сабинов. В этом, возможно, отразилось воспоминание о приглашении этих воинов в качестве дополнительной военной силы, хотя и связывалось оно не с Тарквинием, а с Ромулом. Их деятельность в Риме была встречена неоднозначно, и рассказы донесли опасения,