Сердце Молнии - Йона

Меж тем на террасе показался Оин, подошёл к ним и скинул ещё несколько подушек.

— Не забудьте загадать желание на вторую луну, — напомнила Рикса, оборачиваясь. — Вот ты, Оин, что попросишь у Двулуния?

— Ничего.

— Как это? — удивилась она. — И упустишь шанс на чудо?

— Чтобы не разочароваться, когда оно не случится, пожалуй, да.

— Значит, сдаёшься не попробовав.

Он оставил её замечание без ответа и проследовал к плетёному гамаку на другом конце террасы. Рэйна проводила его взглядом, убеждаясь, что между ними разлад: завесь день он не поднял на неё глаз.

— Садись к нам, — Рикса похлопала ладонью по соседней скамье, подзывая её.

— Надеюсь, и мне приберегли местечко? — поинтересовался Тод.

Он явился без покрова невидимости, принёс кувшин взвара, оставил его на столе рядом с кексами и уместился возле Рэйны. Места на скамье как раз хватало только на двоих.

— Вообще-то… — Рикса бросила быстрый взгляд в сторону гамака, но поняла, что Оин уже устроился. — А, неважно.

Агнесс ещё раз сбегала вниз, чтобы принести небольшие настольные часы из кабинета Дэша, по которым они могли бы следить за временем, — до Двулуния оставалось меньше получаса, — а заодно пригнала на террасу близнецов и эруанок. С их приходом блюдо с лунными кексами сразу опустело.

Наевшись, близнецы свили себе на полу гнездо из покрывал и подушек и пригласили в него Кайдену — очень уж она им приглянулась: Айрис всё перебирала её тёмные косички, а Никас учил складывать язык трубочкой. Рут быстро отделилась от них, предпочтя компанию старших, и надеялась, что Эйк предложит ей один из увеличительных окуляров, выданных Несс для наблюдения за небом, но он и не думал делиться.

Оин лениво повернул голову на перепалку между ними — Сивер уже вмешался, пристыдив младшего брата за жадность — и он воспользовался поводом скользнуть взглядом по Рэйне. Весь день он ощущал на себе её внимание, даже когда она отворачивалась, как сейчас, это оставляло на его коже ощутимые, жгучие метки её досады. Тод сидел рядом с ней, запрокинув руку на спинку скамьи, так, что, если бы Рэйне захотелось устроиться посвободнее, ей пришлось бы коснуться его локтя.

Оин отвернулся, но внутри уже заворочалась ревность. Как так вышло, что невидимка оказала смелее его?

Заложив руку за голову, он и уставился в небо, надеясь, что полумрак сжалится и растворит его бесследно прямо в гамаке. Влажный после дождя воздух лип к лицу и телу, обещая духоту, но пока ещё дарил обманчивую прохладу. В лампадках неподалёку, то и дело возились светляки, и этот звук сливался с тихим гулом города, который, казалось, затаил дыхание в ожидании. Окна и балкончики соседних домов заполнили терпеливые наблюдатели. Самые отчаянные ютились на крышах. А серебристая луна показывалась между проползающих мимо облаков, будто сама с интересом подглядывала за миром.

Дверь на террасу снова хлопнула, на сей раз впустив Дэйзи — та помахала остальным и устроилась рядом с Оином на плетёном стуле, где прутья уже местами отошли от рамы.

— Ты разве не должна быть сейчас на озёрах? — лениво поинтересовался он.

— Эйдена срочно вызвали в Совет.

— Что-то серьёзное?

— Как всегда — Аир. — Она вздохнула. — И когда только это закончится…

Оин заметил на её лице непривычную бледность.

— Видок у тебя не очень.

— Ну спасибо, — фыркнула Дэйзи, скидывая туфли. — Это из-за каэйро. Никак не привыкну.

Оин немного подумал над её словами, потом спросил:

— Какого это, когда твой избранник подобно божеству, в одно мгновение перемещает тебя по свету?

— Тошнотворно, — призналась она с виноватой улыбкой.

Он коротко рассмеялся, и смех вышел неожиданно живым.

— А ты чего в роли отшельника? — заметила она.

— Устал, — сказал он и добавил, чтобы не вызвать лишних подозрений: — Морталум заставлял меня весь день копошится в кишках.

Однако Дэйзи было не провести — она глянула сначала на него коротко и цепко, затем в сторону, где сидели Тод и Рэйна. И будто всё поняла, но спрашивать не стала. В отличие от Несс она не имела привычки лезть ему в душу.

— Может, кто-нибудь расскажет легенду о Двулунии, пока мы ждём? — предложила Агнесс на другом конце террасы. — Как насчёт тебя, Тод?

Тод смутился, не желая выступать даже перед скромной публикой. Вместо него вызвалась Рикса и с готовностью перетянула всё внимание на себя.

— Я знаю легенду древнее целого тысячелетия! — заявила она.

Несс предоставила ей слово, а сама принялась разливать взвар по кружкам и передавать желающим. Рикса выпрямилась, разгладила на коленях юбку туники и начала:

— История эта повествует о событиях безымянной эпохи, когда человек ещё не строил империй, а мир не поразили разломы. Когда земля и небо были ближе друг к другу, горы касались звёзд, а реки текли прямо в небеса. И боги ходили среди смертных.

Она сделала паузу, убеждаясь, что все с интересом слушают её, а Сивер оторвался от карты, и продолжила:

— Тогда-то в Безвременье жил да был юноша по имени Тень. Звали его так, потому что не мог он выносить лика Жёлтого бога.

Каждую ночь выходил он одинокий в поля собирать сумеречные травы и любоваться Серебряной богиней, в которую был влюблён. И звал её ласково — Луной. Долгие годы страшно тосковал Тень, что не может ни коснуться её, ни поговорить с нею. Но продолжал неизменно петь ей нежные песни.

И вот однажды, когда Тень отправился в соседнее поселение, чтобы продать там собранные травы, повстречал он попутчика — странствующего Заклинателя. Разговорившись с ним под светом первых звёзд, Тень узнал, что Заклинатель собирается пленить саму Серебряную богиню и заключить её в кристалл, чтобы присвоить себе всю её магию. Любящий Луну Тень весь похолодел. Он не мог позволить этому случиться! Потому набросился на коварного Заклинателя, желая остановить его, но не смог побороть и…

— Умер? — встряла Рут.

— Не перебивай, — Рикса нахмурилась и продолжила: — Тень был смертельно ранен. И остался лежать один в темноте, ведь именно в эту Безликую ночь, его возлюбленной не оказалось на небосводе. Он молился, но вовсе не о себе. Он взывал к милости Всебогов, чтобы те спасли Луну от коварного Заклинателя. И вмиг, когда его глаза должны были закрыться навсегда, он вдруг почувствовал чьё-то прикосновение к своей щеке и увидел её — Серебряную богиню. Она сидела рядом с ним и тихо плакала.

Тут-то за ней явился Заклинатель и…

— Убил? Убил? — ахнули хором близнецы.

— Да нет же, — отмахнулась Рикса. — Ей повезло, и Всебоги откликнулись на молитвы. И