Апогей пурпура и порчи - Павел Николаевич Корнев

— Дарьян, поднажми! — крикнул я книжнику, и тут поток лунного сияния отклонился от вершины, начал расплёскиваться и впустую рассеиваться, будто что-то пошло не так.

Одновременно резко усилилась болтанка, а Кабан коротко охнул:

— Мать!

Вспыхнуло! Мир сделался алым, палуба под ногами подпрыгнула — так и покатился кубарем, прямо в падении начав переходить в боевую форму и обрастать магической плотью, жгутами мускул и чешуйчатым оперением. Ядовитый пурпур подменил собой ощущение стали, и преобразование прошло удивительно быстро и гладко — даже не вскрикнул, когда из горба меж лопаток выпростались крылья, а голову обтянуло и сдавило, проклюнулись наружу шипы волос.

«Остались, получается⁈» — некстати мелькнула дурацкая мысль, а потом я со всего маху врезался боком в мачту и едва её не переломил.

Парней от падения удержал Кабан: будто в детской игре он крутанул их за руки, и одновременно защитная сфера потекла, меняя свою форму. Пятно черноты сместилось и сжалось, его окольцевала и стиснула полоса небесного огня, бивший в нас откуда-то со склона холма луч завяз во мраке и не сумел не только развалить летучий корабль надвое, но и даже просто вспороть его борт.

— Полный вперёд! — заблажил Вьюн. — Книжник, жми!

Только куда там! Алыми всполохами прилетели атакующие чары, начали взрываться и рвать оранжевую пелену, расползаться по ней бледно-красными трещинами. Небесный огонь Ерша засновал туда-сюда, встречая ударные арканы и выжигая их следы, тогда остановленный чернотой луч изогнулся и закрутился спиралью, принялся ввинчиваться магическим штопором в защитный барьер, а ещё засверкало ярко-красным на другом склоне и где-то у вершины холма.

Сияние цвета артериальной крови начало марать чистоту лунного света и рваться к месту, куда упирался столп небесной силы, я выругался и рявкнул:

— Дай дорогу!

Потянул в себя небесную силу, до предела наполняя ядро, разбежался и прыгнул прямиком через защитную пелену. С пирамидой бы такой номер не прошёл, ну а сфера беспрестанно искажалась и проминалась, оранж на миг расползся передо мной, и — вырвался, ухнул в клубы лунного сияния. Затрясло и замотало, опалило холодом и ослепило блеском, зато невесть кем насланные атакующие арканы не погнались за мной, вот и раскинул крылья, помчался по широкой дуге к тому месту, откуда бил в яхту луч.

Ядро начало потихоньку пульсировать, но не прекратил тянуть в него энергию и остановился, лишь когда разглядел три фигуры в балахонах посреди наспех начерченного на снегу заклинательного круга.

Вы кто такие ещё⁈

Впрочем — плевать! Сложил крылья и не просто спикировал вниз, но до предела ускорил падение, пришпорив себя последним из своих аргументов. Несусь!

Летевшие к яхте с другого склона холма алые тени попытались перехватить, но безнадёжно опоздали, земли я достиг буквально в один миг. Лишь в самый последний момент пришлось уклониться от накрывшего заклинательный круг купола, вот и угодил не в центр его, а в самый краешек.

Плевать! Выбросил из себя почти всю набранную энергию разом!

Дрожь земли!

И — разметало снег, раскидало обледенелые камни, а после разметало и раскидало меня самого! Пусть и усилил нижний фрагмент абриса, но на такой выплеск исходящие меридианы оказались не рассчитаны, и пурпур вышибло из меня повсеместно, он сорвал чешуйчатое оперение, шибанул им будто шрапнелью, легко преодолевшей магические барьеры двух ближайших заклинателей. Под напором снёсших общий купол ударной волны, комьев мёрзлой земли и каменного крошева они лишь промялись и прогнулись, а вот острейшие чешуйки-лезвия прорезали ослабленную защиту, нашпиговали тела, превратили их в комья измочаленного мяса.

Хлоп! И на пяток саженей кругом наст и ветви кустов забрызганы кровью!

На миг я замер посреди неглубокой воронки лишённым оперения аспидом, а потом выплеснувшееся из меня проклятие устремилось обратно, облепило, приросло, вернулось на место! Вдох — и вот уже прежний!

Я повалился на колени и упёрся ладонями в землю, но стоило лишь от уцелевшего тайнознатца устремиться ко мне клубку алых лент, и вскинулся, выдохнул:

— Нет!

Короткий рык ударил пурпурным всполохом, связку атакующих арканов разметало — призрачным копьём в меня угодила лишь одна из лент. За миг до попадания магическая броня в месте удара вспухла, раскрылась зубастой пастью, заглотнула узкую полосу бритвенной остроты энергии, а дальше чужое заклинание ввинтилось в меня и распороло спину от плеча и до плеча, скользнуло по вскинутой руке и вырвалось наружу через новый рот уже чисто пурпурным языком. Я захлестнул застигнутую врасплох фигуру в балахоне, рывком подтянул к себе, приложил когтистой лапой.

Хруст, плеск крови! Пропустивший встречный удар заклинатель скатился в оставленную мной при падении воронку, и тут же сверху упали алые тени. Сработал предотвращающий атаки аркан, крылья бросили меня в одну сторону и сразу в другую, а дальше жёсткий удар подкинул и откинул. Усилившаяся в месте попадания броня не позволила достать до тела, но так и закувыркался — сначала в воздухе, а после и по земле. Застрял в кусте, отскочил, и он тут же осыпался на снег невесомой пылью под натиском едва не догнавшего меня заклинания.

Ещё три атакующих аркана заложили стремительные виражи, и хоть небесной силы оставались сущие крохи, но сотворил цепь с крюком на конце, метнул в ближайшую тень, разнёс её, перехватил обратным рывком вторую. Затем выставил когтистую лапу, намереваясь встретить последнее из заклинаний ударным приказом, но в то врезался сгусток снега и лунного сияния. Вместилище приблудного духа при столкновении с чужой магией взорвалось, тогда сверху спикировала ещё парочка потусторонних созданий, явно призванных в наш мир Дарьяном.

Запрокинул голову и увидел, что окутанный оранжевой с чёрными прожилками дымкой «Репейник» отбивается от целой стаи алых теней. Откуда-то со стороны налетел шквал, но его насыщенная окраска под напором лунного ветра сменилась блёкло-розовым оттенком, и это искажение аспекта донельзя снизило убойную мощь чар — выставленная парнями защита устояла, летучий корабль не снесло с неба и не разметало в щепки, он разве что потерял ход.

Ну или просто стало не до управления яхтой Дарьяну, который выдёргивал из астрала одного приблудного духа за другим. Какие-то из них кидались навстречу и таранили чужие арканы, какие-то спускались ко мне, беспокойно сновали из стороны в сторону, будто чего-то ждали.

Вдох! Вдох! Вдох!

Я потянул в себя небесную силу и перво-наперво укрепил оплавленную и оплывшую цепь — перестарался даже, превратив её в цеп