История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер

на малую меткость американской судовой артиллерии, он едва ли нанес американским кораблям хотя бы одну царапину. Благодаря неспособному командованию и никуда не годной организации транспорта, 200-тысячная армия очутилась в невыгодном положении, и в момент приближения американских сил к Сантьяго в городе было сосредоточено только 12 тысяч человек. Частично наши победы объяснялись стремительным натиском и мужеством, но в еще большей степени мы были обязаны слабости испанцев. Эти победы были одержаны на фоне изъеденного коррупцией бюрократического аппарата с его неповоротливостью и ошибками, в высшей степени подрывавшими к нему доверие со стороны вдумчивых граждан. Военное министерство управлялось так плохо, что его главу принудили покинуть кабинет Маккинли; занявший его место отличный руководитель, Элиу Рут, поднял министерство и армию на должную высоту. Высокая смертность от болезней в армии давала повод для размышлений не только о постановке ее медицинской службы, но и о санитарном состоянии и службе здравоохранения в США вообще. Нужно было резко улучшить стрельбу морской артиллерии. И еще раз было выявлено разлагающее влияние политики на военные учреждения в Вашингтоне. Подводя итоги, Теодор Рузвельт оказался прав, говоря, что Америка была не готова к ведению войны. Численность армии вскоре была доведена до 100 тысяч человек, был создан постоянный генеральный штаб, быстрыми темпами увеличивался военно-морской флот, и была налажена профессиональная подготовка кадров в обеих отраслях вооруженных сил. Хорошо учтя уроки войны, США сумели соответствующим образом подготовиться к страшным испытаниям 1917–1918 гг.

После переговоров полномочных представителей в Париже был быстро заключен мир с Испанией. В ходе переговоров споры вызвали только два пункта. Испанский представитель пытался настоять на том, что Куба должна принять на себя выплату долгов, сделанных Испанией под залог доходов с острова; затем он требовал сохранения за Испанией всех Филиппин или хотя бы части архипелага. Но в этих вопросах американская делегация проявила твердость. Куба возродилась и стала республикой, не имеющей долгов. Весь Филиппинский архипелаг и Пуэрто-Рико были уступлены Соединенным Штатам. С приобретением заморских территорий, населенных чуждыми по языку, культуре и политическим традициям народами, Америка, казалось, вступила на новый путь. Антиимпериалисты, которыми руководили Брайан, Карл Шурц, Е.Л. Годкин, Марк Твен и сенатор Джордж Фрисби Хор, яростно возражали против этих приобретений. Но то, что договор был встречен всеобщим одобрением, было доказано президентскими выборами 1900 г., закончившимися переизбранием Маккинли и увеличившими большинство голосов, поданных за него. Понадобилось время, чтобы доказать, что принятие на себя ответственности за заморские владения было в известной мере временным и что в душе американская нация оставалась антиимпериалистической. С течением времени вышло так, что США не только не увеличили своих заморских владений, но и сократили их.

Тем не менее испано-американская война была важным поворотным пунктом в американской истории. Наконец-то нация осознала самое себя великой державой; все меньше и меньше она чувствовала себя изолированной и занятой лишь собственными делами, и все больше и больше она выходила на руководящие роли при заключении важных международных соглашений. Она сознательно стала одной из покровительниц отсталых народов. Под руководством таких губернаторов, как генерал Леонард Вуд, были решены большие задачи по реорганизации, реформам и развитию Филиппин, Кубы, Пуэрто-Рико, а несколько позже – и Панамы. Получив в свое ведомство такие племена, как айгоро и моро, мы были вынуждены заняться обучением тех, кого Киплинг называл «только что пойманными, замкнувшимися в самих себя людьми – наполовину чертями, наполовину детьми». Победа над желтой лихорадкой, одержанная благодаря проведенным на Кубе опытам доктора Вальтера Рида и других врачей армейской медицинской службы, была триумфом, вполне оправдывавшим все расходы на войну. В течение веков «желтый враг» истреблял жизнь во всех районах тропического пояса и представлял постоянную угрозу для наших южных портов. До конфликта с Испанией Соединенные Штаты молчаливо полагались на британский флот, как на защитника доктрины Монро; после конфликта США опирались на свой флот, уже способный без посторонней помощи отстаивать ее. Война и особенно 68-дневный поход линейного корабля «Орегон» от побережья Тихого океана до вод Кубы вокруг мыса Горн показал каждому жителю США необходимость прорыть канал через перешеек. В конечном счете борьба вокруг этого вопроса усилила англо-американскую дружбу и повела к охлаждению отношений между США и Германией в то время, когда германская эскадра ревниво наблюдала за Манилой, причиняя Дьюи раздражение и беспокойство.

Политика открытых дверей. ДипломатияРузвельта

Первым проявившимся после войны признаком нового образа действий США в международной политике было заявление о принципе «открытых дверей». Побежденный в 1894–1895 гг. Японией, Китай стал добычей европейских держав, обрушившихся на него с целью приобретения для себя экономических выгод и концессий на его территории. Россия фактически владела северной частью Маньчжурии; Германия получила в аренду порт Киао-Чао [Цзяо-Чжоу] и установила свой контроль над провинцией Шаньдун; Франция выговорила себе различные привилегии. Соединенные Штаты и Великобритания с тревогой наблюдали за этими грабежами. Они дорожили торговлей с Китаем и опасались возникновения преград для своей торговли в виде высоких коммерческих тарифов. Как раз накануне испано-американской войны англичане предлагали устроить совместное англо-американское выступление в пользу сохранения свободы торговли с Китаем, но Государственный департамент отнесся холодно к этой идее. Затем в 1899 г. Вашингтон занял в этом вопросе иную позицию. Промышленные и торговые круги начали оказывать на него давление, требуя проведения более твердой политики на Востоке, и напоминали о том, что управление внешней торговли считало Китай «одним из наиболее перспективных» мест для «американского вторжения на мировые рынки». Миссионерские круги также подняли свой голос. Вышедшая в это время книга Чарльза Бересфорда «Распад Китая» вызвала волнение в США. За кулисами же работали разные люди, и наконец в сентябре государственный секретарь, Джон Хэй, просил державы, имевшие свои сферы влияния в Китае, дать обещание не устанавливать специальных пошлин, портовых налогов и железнодорожных надбавок в пределах этих сфер. Хотя большая часть полученных ответов содержала некоторые оговорки, все же в начале 1900 г. Хэй смог оповестить об «окончательном и определенном» согласии этих держав.

После того как в 1901 г. Рузвельт стал президентом (первым при нем государственным секретарем был Хэй, а вторым – Рут), американская внешняя политика устремилась в двух основных направлениях. Первое из них было занято проблемами новых островных владений и Панамскими воротами: это направление было естественным следствием испано-американской войны, которая привела к тому, что США ощутили уязвимость своего положения со стороны обоих океанов – Атлантического и Тихого. Другим направлением являлись некоторые личные начинания Рузвельта в мировой дипломатии и говорили о достижении Соединенными Штатами ранга мировой державы. Главными из этих начинаний были предложение Рузвельтом любезных услуг