Русско-польская война 1831 года - Герман Кунц

вновь прибывшими формированиями: 20-м полком, 5-м егерским полком, батальоном курпов, двумя конными полками из воеводств. У Вавера численность польской армии мы оценивали в 35 тысяч штыков и 9 тысяч сабель, к которым нужно добавить еще 1800 сабель Янковского. Из этого числа нужно вычесть потери, понесенные 19, 20 и 24 февраля и составлявшие около 4500 человек, и еще некоторое число больных. Присоединились же к армии семь новых батальонов и восемь эскадронов. Таким образом, общую численность поляков можно приблизительно оценить в 36 тысяч штыков, 11 тысяч сабель и 136 орудий.

По расчетам Смитта, у поляков было 44 тысячи штыков и 12 тысяч сабель. Мирославский оценивает общую численность в 45 тысяч солдат и офицеров. Данные из первого источника представляются завышенными, из второго заниженными.

Русские имели в распоряжении корпуса Розена, Палена, Витта, Шаховского, 2-ю гренадерскую дивизию, гвардейский отряд и кавалерию Гейсмара. Из этой массы следует вычесть откомандированные подразделения и понесенные потери (включая значительное число больных). В итоге мы получаем следующую картину:

— Пален — 25 батальонов, 32 эскадрона — 18 тысяч штыков, 4 тысячи сабель, 84 орудия;

— Розен — 24 батальона, 16 эскадронов — 17,5 тысяч штыков, 2 тысячи сабель, 72 орудия;

— резервы — 16 батальонов, 38 эскадронов — 13 тысяч штыков, 5 тысяч сабель, 72 орудия;

— Шаховской — 11,5 батальонов, 16 эскадронов — 9 тысяч штыков, 2 тысячи сабель, 34 орудия.

Всего — 76,5 батальонов и 102 эскадрона — 57,5 тысяч штыков, 13 тысяч сабель, 262 орудия. К этому нужно добавить еще примерно три тысячи казаков, которых Смитт вообще не включает в свои расчеты. Если оценивать численность артиллеристов в 20 человек прислуги на орудие, то 25 февраля примерно 50 тысяч поляков противостояли 80 тысячам русских, включая саперов.

Грохот пушек со стороны Бялоленки во второй половине дня 24 февраля сильно обеспокоил фельдмаршала. Он опасался, что поляки превосходящими силами атакуют Шаховского и уничтожат его отряд. Поэтому он приказал князю оставаться в Бялоленке, но не вступать в бой с поляками. В случае атаки крупных сил противника фельдмаршал немедленно направит главную армию в бой. И вновь Дибич не стал раскрывать Шаховскому своих планов, так что князь не знал, что же ему надлежит делать.

В 8 часов утра 25 февраля Круковецкий атаковал русских у Бялоленки. В его распоряжении имелось 12 батальонов, 20 эскадронов и 24 орудия у Брудно, еще один батальон и шесть эскадронов с десятью орудиями находились на дороге Зомбки — Эльцнер. Как только Шаховской увидел подготовку противника к атаке, он решил начать отход через Гродзиск и Марки к главным силам армии. В результате Круковецкий обнаружил перед собой только русский арьергард, и благодаря весьма умелому использованию части артиллерии, которая вела огонь по полякам с другого края болот, и храбрости пехоты Шаховскому удалось счастливо уйти, хотя поляки преследовали его весьма энергично. Одна русская пушка застряла в болоте и была взята поляками. Потери русских составили по некоторым данным 332 убитых и раненых и 100 пленных, сведений о пропавших без вести нет. Поляки потеряли 320 человек.

Атака Круковецкого на Бялоленку была сугубо правильным решением. Однако при виде отходящих русских польский генерал должен был понять, что противник даже не думает о том, чтобы угрожать польскому флангу, а рад столь дешево избежать грозившей ему опасности и стремится лишь установить контакт с главными силами. Поэтому Круковецкому следовало бы отправить вслед за противником лишь легкие силы, а основной массой своих войск занять позиции за левым крылом польской линии. Для большей уверенности он мог бы оставить у Брудно пару батальонов и несколько орудий, приказав им присоединиться к главным силам, как только отход Шаховского станет несомненным. Этого не произошло, и именно поэтому поляки проиграли сражение при Грохове.

Ранним утром 25 февраля в русской армии отслужили молебен, на котором фельдмаршал присутствовал лично. Внезапно со стороны Бялоленки раздался гром орудий. Дибич счел, что пора немедленно спасать Шаховского, и без колебаний отдал все необходимые приказы. Корпус Палена должен был силами 1-й дивизии удерживать шоссе на Брест, а две другие сдвинуть вправо, чтобы поддержать атаку корпуса Розена на ольховую рощу. Литовская гренадерская бригада должна была вместе с 12 эскадронами выдвинуться в сторону Зомбки, установить контакт с Шаховским и до прибытия этого генерала в одиночку наступать на левое крыло поляков по дороге в Зомбки. Позднее этот отряд был усилен еще шестью эскадронами. Сам Дибич отправился на холм Домброва гора, за которым выстроилась 2-я гренадерская дивизия. Там же, но чуть левее, заняли позиции кавалерия Витта и гвардейский отряд великого князя.

После девяти часов утра русские батареи открыли огонь с высот на краю долины Вислы. Этот огонь становился все более интенсивным.

Не участвовавшие в канонаде русские батареи были готовы в любой момент сменить своих товарищей.

Первая атака на ольховую рощу последовала примерно в десять часов утра. В ней приняли участие пять батальонов 24-й дивизии Розена. Этого было слишком мало для того, чтобы атака имела хоть какие-то шансы на успех. Русские прорвались в рощу, но смогли добраться только до первого рва. Здесь они столкнулись с основными силами бригады Роланда. Поляки опрокинули противника и выгнали его из леса.

Розен бросил в бой пять батальонов 25-й дивизии. Повторилась та же сцена. Русские в количестве десяти батальонов смогли зайти дальше, однако бригада Роланда получила подкрепление в виде бригады Чижевского, и противник был вторично выбит. Эти бои отличались большим ожесточением сторон, которые понесли чудовищные потери, в особенности это касалось атакующих. Отступающих русских приняли четыре батальона 25-й и четыре батальона 3-й дивизии.

Теперь уже 18 русских батальонов атаковали рощу, в которой разгорелся ожесточенный бой. В этот раз им удалось выбить поляков из рощи. Всей дивизии Жимирского пришлось отступить; самые большие потери понесла бригада Роланда, в то время как бригада Чижевского, вступившая в бой позднее, практически в полной мере сохранила свою боеспособность. В этот момент все польские батареи, которые могли стрелять по роще, открыли убийственный огонь картечью, от которого русские понесли большие потери. Тем не менее, к 11 часам утра они утвердились в ольховой роще. Жимирский погиб, получив смертельное ранение.

После того как польская артиллерия существенно проредила ряды противника, Скшинецкий отправил в атаку на рощу девять свежих батальонов, вероятно, поддержанных бригадой Чижевского. Им удалось выбить русских из рощи. Очевидно, боеспособность тех русских батальонов, которые участвовали в первой атаке, к этому моменту уже оказалась минимальной.

Однако и с русской стороны в бой вступили свежие