Русско-польская война 1831 года - Герман Кунц

силы — оставшиеся пять батальонов 3-й дивизии и два батальона Розена. Число атакующих батальонов возросло до 25. Часть из них — вероятно, шесть батальонов — обошли рощу с юга, со стороны Грохова, в то время как оставшиеся попытались выполнить тот же маневр с северной стороны. Большая масса артиллерии поддерживала атаку русских как с севера, так и с юга. Однако обходившие рощу с юга батальоны попали под губительный огонь польских батарей, занимавших позиции между рощей и шоссе. Наступая по открытой местности, эти батальоны несли чудовищные потери. Русским удалось ворваться в рощу, однако они добрались только до первого большого рва. Дальше они продвинуться не смогли.

Хлопицкий воспользовался этим моментом и лично встал во главе четырех батальонов гвардейского гренадерского полка, пошедших в атаку одновременно со Скшинецким и батальонами Жимирского. В наступлении приняло участие 25 польских батальонов. Эта отчаянная атака увенчалась блестящим успехом. Русских в четвертый раз выбили из ольховой рощи, масса солдат в беспорядке бежала к краю высот, на которых рано утром стояла русская артиллерия. Поляки начали преследование и атаковали ближайшие неприятельские батареи. Им удалось взять два орудия, и ситуация стала для русских критической. Однако Дибич ввел в бой свои резервы — восемь батальонов 2-й гренадерской дивизии.

33 русских батальона вели в этот момент бой с 25 польскими; однако у русских в резерве еще имелись восемь свежих батальонов 2-й гренадерской дивизии и гвардейского отряда, десять свежих батальонов 2-й дивизии Палена и два батальона Розена — в целом двадцать батальонов. У поляков не осталось в резерве ни одного солдата.

Если бы в этот момент на поле боя появилась дивизия Круковецкого, у поляков имелись бы шансы на успех. Однако она бездействовала в стороне от разворачивавшихся событий. Учитывая соотношение сил, борьба с переменным успехом не могла продолжаться долго. Вступление в бой восьми гренадерских батальонов — лучших солдат русской армии — сыграло решающую роль. Все сохранившие боеспособность русские батальоны из числа участвовавших в бою за рощу — в первую очередь 3-я дивизия Палена — атаковали вместе с гренадерами, отбросили поляков в рощу и ворвались туда сами. Напрасно поляки пытались зацепиться за второй большой ров. Русская артиллерия присоединилась к наступлению пехоты и эффективно обстреливала польские батареи. Вскоре русские окончательно заняли рощу.

Об ожесточенности боя за ольховую рощу свидетельствуют более восьми тысяч убитых и раненых, скопившиеся на небольшом пространстве. Сам Хлопицкий был тяжело ранен, после чего с польской стороны прекратилось всякое единое руководство сражением. Дивизия Скшинецкого перегруппировалась с другой стороны от ольховой рощи и пропустила через свои ряды отходящие батальоны Жимирского и гвардейских гренадер. Таким образом, в третьем часу пополудни пятая атака русских позволила им, наконец, окончательно захватить ольховую рощу.

Тем временем литовская гренадерская бригада в сопровождении 18 эскадронов и 8 орудий отправилась в Кавенчин, выбила один батальон Круковецкого из Зомбков, а ее авангард прошел через колонию Эльцнер. Таким образом, она оказалась в тылу поляков, выбитых из ольховой рощи.

Казалось, для русских настал момент очистить поле боя от противника массированной атакой кавалерии. Однако сперва они усилили убийственный огонь своих батарей, которые простреливали все поле сражения. Потом в атаку пошла кавалерия: справа от ольховой рощи 24 эскадрона кирасир и 4 эскадрона улан, слева 12 эскадронов гусар, 6 эскадронов улан и 10 эскадронов конных егерей. Перед фронтом первой из названных группировок находились 32 орудия. Все зависело от того, удастся ли двум массам нанести удар одновременно. Однако рвы стали для конницы столь серьезным препятствием, что ее развертывание потребовало большого времени, и это пошло на пользу полякам. Граф Толь лично разъяснил кавалерийским командирам важность единства действий. Тем временем кавалерийские полки колонной по три всадника в ряд пересекали главный ров по мосту, который быстро возвели саперы.

Здесь мы снова можем видеть, как теория и практика расходятся друг с другом. Едва Толь окончил свою речь, как из ольховой рощи появился отступавший польский пехотный батальон. Увидев это, Толь мгновенно решил атаковать его — и ни о каком едином руководстве с этого момента речи уже идти не могло. И это спустя всего несколько минут после того, как он сам красноречиво предостерег полковых командиров от разделения сил!

В тот же момент один из русских кирасирских полков (принца Альбрехта) попал под сильный огонь польской батареи и перешел в атаку. Последняя стала знаменитой: четыре кирасирских эскадрона ринулись на польскую батарею, а когда она уклонилась от атаки, на польскую пехоту, прорвали и рассеяли ее, а потом поскакали дальше, хотя за ними никто не последовал. Кирасиры сеяли ужас и панику, но их товарищи остались позади — частично из-за огня Скшинецкого, частично из-за сложной местности, частично из-за отсутствия приказов. Сам Толь с четырьмя эскадронами гвардейских улан наткнулся на широкий заполненный водой ров, который не смог преодолеть; под огнем поляков его эскадроны понесли существенные потери. Граф Витт лично возглавил атаку шести уланских эскадронов с другой стороны рощи, а командир кирасирской дивизии лично участвовал в атаке четырех эскадронов полка принца Альбрехта. Наконец, Дибич поскакал навстречу князю Шаховскому, и на месте не оказалось никого, кто мог бы отдать приказ основной массе кавалерии. Прекрасно спланированная большая атака так и не состоялась.

Тем временем кирасирские эскадроны опрокидывали всех, кто попадался им навстречу. Чем дальше в тыл польской армии, тем легче им давался успех — позади дивизии Скшинец-кого царил беспорядок. Радзивилл со всем своим штабом и свитой из министров и депутатов бежал в Варшаву. Русские кирасиры добрались почти до самой Праги; по слухам, отдельные всадники прорвались даже к мосту через Вислу. Однако силы героических эскадронов были уже на исходе. По ним стреляли со всех сторон, на них обрушилась польская конница, и им пришлось отступить. Только теперь их потери начали быстро расти, и лишь малая толика всадников вернулась назад невредимыми.

Если не принимать во внимание блистательный подвиг четырех кирасирских эскадронов, русская кавалерия не совершила ничего стоящего внимания. По другую сторону леса большая конная атака тоже не удалась. Двенадцати эскадронам гусар удалось внести замешательство в ряды батальонов Цембека, но шесть уланских эскадронов попали в болото, из которого выбрались с большим трудом. В конце концов огонь пехоты Цембека оказался настолько эффективным, что всей конной массе пришлось отойти. Результат атаки был нулевым: Цембек отступил, но ему пришлось бы сделать это в любом случае.

К несчастью для поляков, их кавалерия в ходе всего боя осталась совершенно рассредоточенной. Из 32 эскадронов Любенского к полудню лишь