Все тайны романа «Мастер и Маргарита» - Виктория Крапива

В разгар рабочего утра Степан Богданович не только отсутствует на своем рабочем месте, но еще даже не пришел в себя после вчерашней пьянки. С трудом «разлепив склеенные веки», он видит себя в зеркале «с торчащими в разные стороны волосами, с опухшей, покрытою черной щетиною физиономией, с заплывшими глазами, в грязной сорочке с воротником и галстуком, в кальсонах и в носках».

Из предыстории Степана известно, что не так давно он въехал в две комнаты в квартире № 50 вместе с супругой, от которой уже через месяц избавился, переселив ее куда-то на окраину Москвы. Так что наслаждаться разгульной холостяцкой жизнью ему теперь никто не мешал. Пока не появился Воланд, заняв его жилплощадь и устроив из его комнаты свою спальню. А самого Степу деловитый Азазелло телепортировал в Ялту, на самый край мола, выступающего в море.

Интересно, что в ранних редакциях Гарасю Педулаева отправляли во Владикавказ, где он приземлялся на проспекте посреди города и видел перед собой Столовую гору. В рукописях 1930-х годов директора театра Варьете зовут уже Степой Бомбеевым, затем Лиходеевым, а после смерти Туаджина Пейзулаева (в 1936 году) Булгаков решает заменить Владикавказ на Ялту, таким образом не оставив никаких намеков на своего давнего соавтора и раннего прототипа Степана Богдановича.

Зато очевидным стал намек на рассказ Михаила Зощенко «Землетрясение», отсылающий к крымскому землетрясению, произошедшему в ночь с 11-го на 12 сентября 1927 года в районе Ялты. Герой рассказа, сапожник Снопков, перепив с вечера, утром обнаруживает себя в одних подштанниках (ночью его обобрали) в неизвестном месте – он не может узнать свой двор и улицу, где все лежит в руинах. Одно хорошо – пока он блуждает по городу в исподнем, на него в суматохе и хаосе никто не обращает внимания, да и вскоре он счастливо выдыхает, узнав, что это все та же родная Ялта.

А вот на Лиходеева незваные гости его квартиры, мгновенная телепортация за тысячи километров от Москвы, а также затянувшиеся разбирательства с милицией – вся дикость и немыслимость этой ситуации – произвели шокирующее впечатление. И через несколько дней в столицу возвращается перепуганный человек с воспаленными глазами, который рассказывает следователям фантастические вещи и которого по его просьбе помещают в надежную камеру.

Однако воспитательный эффект от встречи с Воландом и компанией оказался неполным. Проведя в клинике доктора Стравинского восемь дней, Степан Богданович получил более подходящую ему должность – заведующего большим гастрономическим магазином в Ростове. Поговаривали, что он «стал молчалив и сторонится женщин». Однако с пьянством завязать так и не смог, хотя отказался от портвейна и теперь пил только водку, настоянную на смородиновых почках.

Прохор Петрович

Прохор Петрович Китайцев – эпизодический персонаж, председатель комиссии зрелищ и увеселений – контролирующего органа, которому подчиняется, в частности, и театр Варьете. В чем состоит работа Прохора Петровича и какой из него работник, читателям узнать так и не удается: в романе появляется только костюм товарища Китайцева, благополучно заменяющий своего хозяина, который исчез после посещения кота Бегемота: «За огромным письменным столом с массивной чернильницей сидел пустой костюм и не обмакнутым в чернила сухим пером водил по бумаге. Костюм был при галстуке, из кармашка костюма торчало самопишущее перо, но над воротником не было ни шеи, ни головы, равно как из манжет не выглядывали кисти рук. Костюм был погружен в работу и совершенно не замечал той кутерьмы, что царила кругом».

Возглавляемая им зрелищная комиссия – такая же бюрократическая структура, не приносящая никакой конкретной пользы, как и акустическая комиссия, возглавляемая товарищем Семплеяровым. Это ближайший коллега Прохора Петровича в галерее булгаковских бюрократов, обрисованных в резко сатирическом ключе.

Из рассказа заплаканной секретарши, красавицы Анны Ричардовны (чья бурная реакция намекает на слишком близкие отношения между ней и ее начальником), выясняется, что Прохор Петрович, «добрый, но нервный, вспыльчивый» человек, просто не сдержался, когда к нему бесцеремонно заявился непрошеный посетитель. По словам секретарши, он «работает как вол» и вошедшему указывает на дверь с традиционно окриком: «Я занят!» На что Бегемот нахально парирует: «Ничем вы не заняты». То есть уличает его в банальном вранье. И именно за это рефлекторное вранье, за имитацию работы, за ставшую привычной постоянную ложь он и наказывает Прохора Петровича, буквально совершая с ним то, о чем тот сам практически просит: «Черти б меня взяли!»

Что характерно, после того как черти вернули Прохора Петровича обратно – так же внезапно, как и забрали, – он одобрил все те резолюции, которые подписал его костюм. Намек вполне прозрачный: чтобы возглавлять подобное ведомство, голова совершенно не нужна.

Этот «вспыльчивый» представитель советской бюрократии, не имея конкретного прототипа, восходит в том числе к сатирическим типажам М. Е. Салтыкова-Щедрина. В романе «История одного города» (1869) у него есть как минимум два литературных пращура: Дементий Брудастый, восьмой градоначальник города Глупова, у которого в голове вместо мозга был приборчик, выдававший по очереди несколько готовых фраз, и последний городской глава Угрюм-Бурчеев, чья деятельность заканчивается тем, что в город приходит «оно», и тогда чиновник внезапно исчезает, словно растаяв в воздухе.

В более близкой исторической перспективе на память приходит сатирическая поэзия В. В. Маяковского, в частности стихотворение «Прозаседавшиеся» (1922), где появляются располовиненные люди: «И вижу: // сидят людей половины. // О дьявольщина! // Где же половина другая?» А другая половина в это время заседает в другом месте в виде штанов и ботинок.

Римский

Григорий Данилович Римский – второстепенный персонаж романа, который служит в театре Варьете на должности финансового директора, а фактически осуществляет общее руководство, так как назначенный директором Степан Богданович Лиходеев – это, по словам Римского, настоящее бедствие, от которого он мечтает избавиться.

Человек уже немолодой и внешне малопримечательный, Римский носит роговые очки, на работу является в костюме, в жилетном кармане держит явно недешевые золотые часы на цепочке. Тонкие губы и злобный взгляд дополняют портрет финдиректора, который предстает маленьким сереньким винтиком бюрократической машины, но винтиком надежным и рассудительным. Человек сухой, педантичный и немногословный, он обладает развитым чутьем на неприятности и лучше остальных коллег понимает, чем может обернуться чертовщина, которая начинает твориться в Варьете. И его психика оказывается к этому абсолютно не готова. После нападения на него Варенухи-вампира в компании с летающей Геллой его душа не выдерживает, и через несколько дней в Ленинграде обнаруживается «трясущийся от страху, психически расстроенный седой старик, в котором очень трудно было узнать