Финал в Китае. Возникновение, развитие и исчезновение белой эмиграции на Дальнем Востоке - Пётр Петрович Балакшин

чем условие безоговорочной сдачи. В связи с этими последними расчетами Японии оставалось добиться ответа на два кардинальных вопроса: как долго продержится в войне Германия и как долго Советский Союз сохранит свой шаткий нейтралитет.

Разгром Германии

Агония Германии наступила в марте 1945 года, когда американские войска начали переправу Рейна у Ремагена, а английские у Вессела[223]. Германская военная машина, еще недавно мощная и нагонявшая страх на всю Европу, стала стремительно приходить в негодность. В окружении Гитлера и в высшем командовании открыто заговорили о необходимости немедленного мира с западными державами, чтобы оградить Германию от неминуемого красного потока. На юге Геринг, считая Гитлера не у дел, затребовал предоставления ему права начать переговоры о сдаче западному командованию. Гитлер ответил приказом об аресте Геринга[224]. Командование Юго-западной группой армий (генерал Фиттингоф и обергруппенфюрер СС Вольф) самостоятельно добивались согласия Верховного главнокомандующего западными силами генерала Эйзенхауэра принять сложенное перед ним германское оружие. На севере, втайне от Гитлера, Гиммлер вел переговоры через графа Фолька Бернадота[225] о готовности Германии сдаться западным союзникам. Узнав о переговорах Гиммлера, Гитлер отдал приказ о расстреле его.

Среди близких Гитлеру лиц (министр вооружения Спир, генерал фон Позер) готовилось новое покушение на жизнь фюрера. Антигитлеровский заговор был раскрыт в оперативном штабе генерала Брюнау в Вене. Два главных участника его были повешены на Флоридсдорфском мосту, остальные офицеры штаба расстреляны во дворе военного министерства.

Прорыв советских войск

В начале апреля советские армии, численностью свыше двух миллионов, мощным потоком залили все пространство между Балтикой и Богемией. Южнее несколько других армий стягивались к Вене. Крупные советские армейские силы, включавшие две танковые дивизии с двумя тысячами танков, были брошены против одной из последних оставшихся германских армий, располагавшей всего двумя сотнями танков.

В середине апреля советские части прорвались в районе Кюстрина. Армия Конева вышла на подходы к Берлину. На захват его было брошено пять тысяч танков, такое же количество самолетов, две тысячи тяжелых орудий. 22 апреля советские части вышли на автобан, ведущий к Берлину.

В распоряжении германского командования оставались случайные силы, составленные из полицейских отрядов, юнкерских школ и других наспех собранных частей. Последнее контрнаступление против советской армии было намечено на 25 апреля, но ему не суждено было осуществиться. В стране начал царствовать террор. Дезертирство приняло массовые размеры. Отряды гестапо без следствия и суда вешали и расстреливали отказывавшихся продолжать сражаться за фюрера, который в это время в безопасности своего бомбоубежища обсуждал со своими близкими наиболее подобающий случаю способ самоубийства.

В день, когда итальянские партизаны убили Бенито Муссолини и Клару Петаччи при попытке пробраться в Швейцарию, в бункере фюрера совершилось бракосочетание Гитлера и Евы Браун. На другой день они покончили с собой.

Германские армии капитулировали одна за другой. 5 мая все германские силы, находившиеся в Северной и Южной Германии, Австрии, Голландии, Дании и Норвегии, сложили оружие. 7 мая адмирал Дёниц официально начал переговоры о капитуляции Германии.

На следующий день шестилетняя война в Европе, принесшая миру неописуемые потрясения и страдания, подошла к концу.

Реакция Японии

Капитуляция Германии потрясла Японию, уже тогда сознававшую, что ей не избежать участи своего западного союзника. Еще в конце апреля, на основании слухов о готовящейся сдаче, Верховный военный совет принял решение продолжать войну вне зависимости от судьбы Германии. Выступая по радио, премьер-министр Судзуки заявил, что события в Европе не явились неожиданными для японского правительства и что японский народ должен еще больше укрепить решимость продолжать войну, чтобы обеспечить право на существование, целостность Японии и добиться освобождения Восточной Азии.

Упоминание о последней было сделано с целью успокоить ее народы, которые в судьбе Германии видели близость разгрома Японии и освобождение от ее владычества.

За два дня до формальной капитуляции Германии министр иностранных дел Того в официальном заявлении определил позицию Японии в отношении своего западного партнера. Если переговоры Гиммлера и адмирала Дёница с представителями западного союзнического командования имеют целью продолжение общей войны против Советского Союза, то трудно признать, что после смерти фюрера действия Германии находятся в согласии с договором Тройственного союза, который ставит условием общую борьбу против Великобритании и Америки.

«При таких обстоятельствах, естественно, Япония должна сохранить свободу действия в отношении Тройственного союза и различных соглашений между нею и Германией.

Вне зависимости от положения Германии, все, что случится с нею, не будет иметь никакого значения в решимости Японии продолжать успешную войну против Соединенных Штатов и Великобритании»[226].

На следующий день после капитуляции Германии японское правительство заявило: «Сдача Германии, обязавшейся воевать вместе с Японией как одно целое, вызывает глубочайшее сожаление. Наши военные цели основаны на праве существования и самозащите. Это является несокрушимой верой Японии, и поэтому перемены в европейской ситуации не повлекут у нас никаких изменений»[227].

Положение в Маньчжурии

Тихоокеанская война стала ощутимой в Маньчжурии, когда американские военно-воздушные силы совершили свой первый налет на промышленный Дайрен, Аныпаньские копи и важные военные заводы. Хотя последовавшие налеты и не носили того интенсивного и разрушительного характера, как в Японии, все же они терроризировали население маньчжурских городов.

Упорные слухи о неминуемом военном разгроме Германии подтвердились в конце апреля 1945 года, когда германское посольство и консульства в Китае и Маньчжурии обратились с призывом к своим гражданам соблюдать выдержку и спокойствие. Обычное оживление в германских консульствах сменилось тишиной и замкнутостью. Входы были наглухо закрыты, и доступ посторонним запрещен. Над их зданиями поднимался дым от сжигаемых бумаг и документов. В день капитуляции Германии секретарь германского консульства в Харбине, сочетавший эту должность с должностью главы гестапо, покончил с собой.

Расчеты на волю к победе

Японские военные и дипломатические круги были растеряны. В военных миссиях и других правительственных учреждениях велись бесконечные совещания, в результате которых последовало заявление, что капитуляция Германии не изменит положение на Дальнем Востоке и что Япония по-прежнему будет продолжать войну против Англии, Америки, Франции и Голландии с непоколебимой верой в свою победу. Различные официальные и полуофициальные японские заявления приводили слова премьер-министра генерала Коисо при открытии 86-й сессии японского парламента:

«Для преодоления трудностей, возникших вследствие серьезного военного положения, основой правительственной политики в настоящей стадии войны является использование всех наличных сил государства для скорейшего усиления боевой мощи и создания обстановки, которая должна обеспечить конечную победу.

При проведении мероприятий государственной администрации не следует в результате различных изменений военной обстановки поддаваться сменам настроений, а необходимо