История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер

нашел отличных помощников. Правительству приходилось принимать значительно более крутые меры, чем когда-либо в предшествовавших войнах, и проводило оно их с большой энергией и оперативностью. Оно стало диктатором над промышленностью, трудом и сельским хозяйством. Оно приняло на себя управление железными дорогами и телеграфными линиями. Когда появилась нужда в продовольствии, то производство продуктов сельского хозяйства было увеличено на одну четверть; когда понадобилось топливо, то добыча угля была поднята на две пятых довоенного уровня. Благодаря выпуску займов и повышению налогов, правительству удалось собрать около 36 миллиардов долларов; 10 миллиардов оно предоставило взаймы союзникам, а остальную сумму израсходовало на свои собственные военные нужды. Наибольшие свои усилия правительство сосредоточило на выигрыше битвы за Атлантический океан, которая весной и летом казалась проигранной. Правительство конфисковало интернированные немецкие суда, реквизировало принадлежавший нейтральным странам тоннаж, взяло в свои руки управление частными пароходствами и предприняло колоссальную судостроительную программу – свыше 3 миллионов тонн в течение одного года. Эти мероприятия помогли одержать победу на морских путях.

В самом начале войны был принят закон об обязательной военной службе, и еще до окончания войны было зарегистрировано около 25 миллионов мужчин, что говорило о громадных людских ресурсах великой западной демократии. Но возможно ли было для Соединенных Штатов обучить, снарядить и своевременно отправить во Францию армию для того, чтобы сдержать наступление немцев? Таким был большой вопрос, ставившийся в 1917 и 1918 гг.

Первый американский контингент высадился во Франции в июне 1917 г. – его спешно перебросили сюда больше для поддержания морали союзников, чем для выполнения боевых задач. 4 июля небольшой отряд прошел церемониальным маршем по Елисейским Полям с развевавшимися по ветру красно-бело-синими американскими флагами. Брэнд Уитлок так описывает это событие:

«Я услышал звуки оркестра, игравшего марш „Походом через Джорджию“. Я не мог остаться равнодушным! Опрометью, с непокрытой головой, я скатился по лестнице и очутился на улице Риволи. По улице, вдоль высокой железной решетки Тюильрийского сада, между обочинами тротуаров, неслась толпа; разгоряченные и возбужденные мужчины, женщины и дети бежали в беспорядке, пытаясь не отставать от стройной колонны наших регулярных солдат, одетых в форму цвета хаки и быстро маршировавших вперед. Французские солдаты в своих серо-голубых формах поспешали за ними, стараясь быть к ним как можно ближе; они рассматривали наших солдат с почти детским интересом и изумлением, словно ребята, несшиеся вслед за проезжавшим парадом цирка. Наших солдат забрасывали цветами; в воздухе стоял неумолчный гул толпы, по временам выкрикивавшей „Да здравствует Америка!“».

Но это был лишь скромный символ нашей мощи – настоящая американская армия была еще в учебных лагерях на родине.

А в ней ощущалась острая нужда, так как в 1917 г. война приняла неблагоприятный оборот. В октябре итальянская армия была разгромлена под Капоретто, и для того, чтобы остановить продвижение австрийцев, союзники были вынуждены перебрасывать туда подкрепления. В ноябре подорванные революцией русские стали сдавать свои позиции и запросили немцев о мире. Сорок новых немецких дивизий, снятых с русского и балканского фронтов, были спешно переброшены на Запад. К началу весны 1918 г. у немцев было явное численное превосходство на Западе, и они готовились к нанесению решительного удара по поредевшим и усталым англо-французским армиям. В марте 1918 г. немцы перешли в свое первое большое наступление: в течение недели им удалось разгромить пятую британскую армию, взять в плен 90 тысяч человек и захватить огромные склады с военным имуществом. В апреле состоялось второе наступление, когда генерал Хэг издал свой памятный приказ: «Мы стоим спиной к стене, и с верой в правоту нашего дела каждый из нас должен биться до конца». Третье наступление развернулось в июне, и, когда немцы достигли правого берега Марны, союзники вручили маршалу Фошу верховное главнокомандование всеми союзными войсками и сообщили президенту Вильсону о том, «что, благодаря численному превосходству немцев, складывается большая угроза проигрыша войны, если в кратчайший срок на фронт не прибудут американские войска».

Так началось состязание с временем. Правительство США приготовило себя к гигантскому напряжению. Главное свое внимание оно уделило перевозкам через океан, и один крупный конвой за другим отправлялись из американских портов, с одетыми в форму цвета хаки американскими воинами. В марте было переправлено за океан 80 тысяч человек, в апреле – 118 тысяч, в мае – почти 250 тысяч. К началу октября американская армия во Франции насчитывала свыше 1 миллиона 750 тысяч человек.

Войска прибыли как раз вовремя. Сначала под Мондидье и Кантиньи, а затем в лесах Белло они проявили свое мужество, и немецкое командование, не принимавшее в расчет американскую помощь, с неохотой признало, что «американский солдат показал себя храбрым, сильным и умелым. Потери не подавляют его морали». Но самое трудное было еще впереди. В полночь 14 июля немцы начали свое давно ожидавшееся наступление на Марне, с целью прорыва последней линии союзников и дальнейшего движения на Париж, отстоявший от фронта всего в пятидесяти милях. Они повсюду молниеносно перешли через Марну, за исключением тех мест, где они натолкнулись на свежие американские дивизии. «Именно здесь, на Марне, – писал начальник немецкого штаба Вальтер Рейнхардт, – мы почти везде достигли целей, поставленных нашим ударным дивизиям… в частности, так было у всех дивизий 7-й армии, достигших вначале блестящих успехов, за исключением одной, правофланговой дивизии, натолкнувшейся на американские части. Только здесь 7-я армия… встретилась с серьезными трудностями. Она встретила неожиданно упорное и активное сопротивление со стороны свежих американских войск. В то время как остальные дивизии… с успехом захватывали территорию и огромную военную добычу, нам не представилось возможным продвинуть вперед, на юг от Марны, правофланговый клин наших линий для занятия позиции, выгодной для дальнейшего развития борьбы. Задержка наступления была вызвана результатами напряженной схватки между нашей 10-й пехотной дивизией и американскими войсками». К 18 июля немецкое наступление выдохлось, и Фош отдал распоряжение американским войскам о переходе в контратаку. Выполняя приказ, они добились блестящих успехов. «Перелом в войне, – писал генерал Першинг, – окончательно свершился в пользу союзников».

В сентябре была начата атака против Сен-Миельского выступа. «Скорость продвижения наших войск ошеломила врага», – писал генерал Першинг. Потери достигали 7 тысяч человек, но американцы очистили от противника выступ и захватили в плен 16 тысяч неприятельских солдат. В октябре американская армия численностью свыше миллиона человек сыграла ведущую роль в обширном наступлении в районе реки Мёз – Аргоннская возвышенность, которое в конечном счете привело к прорыву хваленой линии Гинденбурга и подрыву морального состояния немецких войск.

Тем временем Вильсон своим красноречивым определением военных целей демократий делал для достижения победы не меньше, чем вооруженные силы.