Вкус чтения тысячи томов - Цзи Сяньлинь

очень сложен, а научно-технический – прост. Проблема дословного и вольного перевода не занимает приоритетного места в западных научных кругах. Подходы Европы и Китая отличаются друг от друга, поскольку западные переводы делались в основном с родственных языков, исключая древнееврейский. Три аспекта, выдвинутые неким теоретиком, – перевод, трансформация, соответствие – абсолютно не подходят Китаю, поскольку здесь на протяжении нескольких тысяч лет работа велась с разными языковыми семьями. Интересны дискуссии о стиле и качестве, которые обусловлены особым культурным и историческим фоном, начиная от буддийских канонов до современных литературных и научных переводов. Здесь также проявилось отличие западного и восточного типов мышления. Полемика о китайских переводах часто ведется без тщательного анализа характера языка и порой сосредоточена на обобщениях, синтезе и практическом применении перевода. Много говорится о технике, а не отвлеченных теориях. После разрешения проблемы дословного и вольного переводов в повестку дня необходимо внести вопрос о переводческих трансформация конкретных произведений.

Написано в соавторстве с Сюй Гочжаном

22 февраля 1986 года

Кризис перевода

Этим заголовком я как будто намеренно хочу напугать читателей. Что ж, он весьма реалистичен, в нем нет ни капли демагогии.

Китай славится своими традициями перевода, его давней историей. Ни одна страна мира не может сравниться с нами по количеству переведенных текстов. Этот факт известен и в нашей стране, и за ее пределами, нет нужды доказывать его, как и лишний раз повторять это.

С конца эпохи Цин и до начала периода Республики, минуя Движение 4 мая и до нового периода после Освобождения Китая, наши переводчики трудились не покладая рук. Появилось множество переводных книг, в том числе художественная литература, труды по физике, праву, сельскому хозяйству, промышленности, медицине и прочим наукам. Они оказали огромное влияние на становление китайского общества. Я даже не могу представить, на каком уровне развития находились бы наша культура, образование и государственное строительство без этих трудов.

Задумавшись о вопросах перевода, я перелистал некоторые книги – как древние, так и современные, как китайские, так и зарубежные, освещавшие эту тематику. В большей степени на данный момент меня интересует теория. Древнекитайские концепции перевода отличаются богатейшим содержанием и широтой затрагиваемых аспектов, а Новейшее время характеризуется бурным наступлением всевозможных западных теорий, соперничающих между собой. Некоторые из них создают видимость аналитического подхода и порой кажутся трудными для понимания, однако, если разобраться, становится ясно, что для практического применения они не годятся, а вся их глубина – лишь видимость.

Да, признаю, мои взгляды консервативны, и я совершенно уверен, что нам по-прежнему можно придерживаться строгих и возвышенных слов: «В переводе есть три сложности: точность, доступность, изящество». Их суть ясна, они бьют в цель, «кратки, но метки». Ни одно из этих трех слов нельзя вычеркнуть, и, похоже, нет никакой необходимости дополнять этот список чем-либо еще. Если не отступать от озвученных ориентиров, вы сможете полностью овладеть мастерством перевода.

Базовой из этих трех составляющих, на мой взгляд, является точность – без нее ни о каком переводе и говорить нечего. Изучая вопросы перевода или комментируя переведенное произведение, я в первую очередь смотрю на то, насколько оно соответствует оригиналу. Переводя «Эволюцию и этику», Янь Фу несколько отклонился от темы, поэтому он назвал свой труд «выражением основной мысли». Название же этой моей заметки – «Кризис перевода» – наводит на мысль о том, к чему приводит несоответствие критерию точности.

В последнее время я не занимаюсь переводами. Однако, как главному редактору различных изданий и сборников, мне иногда все же приходится сталкиваться с такими рукописями. В прошлом году друг порекомендовал мне один перевод, в надежде включить его в сборник под моей редактурой. Он рассказал, что у переводчика хороший уровень английского и что он неоднократно выполнял устные переводы и прекрасно справлялся с поставленными задачами. Что же до его письменных переводов, так уже вышли две переведенные им книги. Мой старый приятель – известный в Китае и за границей ученый, чей авторитет внушал доверие, поэтому его протеже непременно должен был показаться мне достойным. Текст уже предстояло сдать в набор. Неизвестно почему, но я подумал, что следует его проверить, и попросил предоставить мне оригинал. Внимательно прочитав и сверив несколько страниц, я обнаружил некоторые проблемные места, но был не слишком уверен в своей правоте и обратился к профессору Чжоу Иляну, чтобы тот сравнил перевод с оригиналом. Замечания профессора полностью совпали с моими: обнаружились множественные недочеты, в таком виде текст нельзя было отправлять в издательство. Я по-прежнему уверен, что английский того молодого переводчика весьма хорош и что он прекрасно справляется с устным переводом. Однако устный перевод отличается от письменного – речь не подразумевает абсолютно точного перевода. Неплохо, когда переводчик может перевести семьдесят-восемьдесят процентов. Я некогда слышал, как господин Чжоу Эньлай и господин Го Можо высказывали похожую точку зрения. А вот требования к письменному переводчику должны быть чрезвычайно высокими, поскольку у него достаточно времени на обдумывание текста. Пусть выполнить стопроцентный перевод невозможно, но необходимо стремиться к этому уровню! Я считаю такие взгляды разумными и надеюсь, что они получат одобрение читателей.

Но каковы же те две книги, переведенные молодым переводчиком, что уже изданы? Я не читал оригинальных версий и не осмелюсь судить об этом. Логично предположить, что они не слишком сильно отличаются от предоставленного мне перевода. Сложно поверить, что уровень одного лишь перевода, присланного мне, был, как назло, таким низким, а уровень перевода двух уже опубликованных книг – запредельно высоким. Будем честны – это маловероятно.

Моя мысль разворачивалась все дальше, и я подумал о множестве переводов, изданных в нашей стране за последние несколько десятилетий. Меня охватил трепет. Нельзя отрицать, что среди этих переводных произведений есть очень качественные тексты, соответствующие критериям точности, доступности и изящества. В равной степени следует признать, что среди них есть и немало проблемных. Как бы то ни было, детальной статистики по количеству дурных и хороших переводов у меня нет.

Так что же мы подразумеваем, говоря, что вот этот перевод плохой, а тот – хороший? Думаю, ключевым моментом здесь выступает точность или, напротив, неточность. Прежде всего перевод должен четко следовать оригиналу, и только потом мы сможем говорить о доступности и изяществе. Если нет четкого соответствия оригиналу, то все остальное попросту теряет смыл. Переводные тексты можно разделить на три категории. К первой относятся те, что полностью соответствуют трем озвученным выше критериям, это переводы высочайшего качества; во вторую можно включить точные переводы, которым не хватает изящества и доступности, это тексты средние; третья категория содержит откровенно дурные переводы. Границы между этими категориями достаточно условны. Некоторые тексты,