Экономика каменного века - Маршалл Салинс

213

См. список литературы в конце статьи.

214

По словам Дэвида Гребера, «из всех анархистов антропологию воспринимают более-менее серьезно только примитивисты, маленькая, но крайне активная фракция, которая утверждает, что единственный способ человечества вернуться на правильный путь – это полностью избавиться от современного уклада жизни. Примитивисты, вдохновленные эссе Салинса „Изначальное общество изобилия‟, полагают, что было время, когда не существовало отчуждения и неравенства, когда все были анархистами-охотниками и собирателями, а следовательно, настоящее освобождение может произойти, только если мы покинем „цивилизацию‟ и вернемся к верхнему палеолиту или, по крайней мере, к раннему железному веку» (Гребер, 2014: 46; пер. исправлен. – Г. В.).

215

Дерост (англ. degrowth) – группа направлений экономической мысли и связанное с ними общественное движение, предполагающие отказ от экономического роста как основы экономической организации и ее переориентацию в сторону большей экологической и социальной справедливости, локализации производства и низовых экономических инициатив.

216

За время подготовки этого эссе Голуб опубликовал энциклопедическую замтеку о Салинзе: Golub A. Marshall Sahlins: A Life of Transformations // Encyclopédie Bérose des histoires de l’anthropologie. 2026: https://doi.org/10.70601/67641d2.

217

Если истоки первого образа ясны, то слова о «сварливом динозавре» заслуживают комментария. С одной стороны, Салинзу не была чужда любовь к спорам. «В старые добрые дни», когда «дебаты между антропологами принимали форму онтологических петушиных боев» (Салинс, 2008: 68), он активно вовлекался в них (и уважал тех, кто спорит с ним), порой производя впечатление сварливого критика. С другой стороны, на позднем этапе своей карьеры Салинз довольно часто вставал в оппозицию антропологическому мейнстриму, который, по его мнению, отошел от основополагающих позиций для дисциплины – внимания к культуре и культурным различиями, заботы об этнографических деталях и проч. Наиболее ярко эта консервативная критика проявилась в его работе «В ожидании Фуко, и поныне» (Sahlins, 2002), где в едких сатирических выражениях Салинз подверг критике «текущую фуко-грамшианско-ницшеанскую одержимость властью» (Ibid. P. 20), а также «постмодернистскую лоботомию некоторых из лучших аспирантов» (Ibid. P. 48) в антропологии. Салинз опасался, что в теории начала 2000-х не осталось места для культуры самой по себе (а не той, что «пишется» и «производится» антропологами, реализующими свою всепроникающую «власть»). Салинз не раз возвращался к своему беспокойству, говоря о том, что сегодня «многие аспиранты, изучающие антропологию, совершенно не интересуются другими временами и местами» (Sahlins, 2002: 26). Ответы на схожие, но более поздние (2016 года) «тирады почетного профессора» можно найти в дискуссии о роли классики в антропологии, которая была спровоцирована словами Салинза: Da Col, Giovanni, et al. Why do we read the classics? // HAU: Journal of Ethnographic Theory. Vol. 7. No. 3. P. 1–38. 2017

218

Полноценная биография Салинза всё еще не написана. Кроме сборника под редакцией Алекса Голуба, Дэниела Розенблатта и Джона Келли (Golub et аl., 2016), нам доступны лишь тексты самого Салинза (например, Cалинс, 2008 или Sahlins, 2008), а также воспоминания его коллег и учеников, опубликованные в разные периоды его жизни и особенно много – после его смерти, в форме некрологов. Я во многом опираюсь на такие воспоминания, включая оставленные одним из самых известных учеников Салинза, Уэббом Кином: https://lsa.umich.edu/anthro/news-events/all-news/search-news/remembering-marshall-sahlins.html.

219

Например: «Безусловно, многие ученые считали Боаса великим, но лишь потому, что „все вокруг‟ утверждали, что он великий. Его репутация росла, как катящийся снежный ком. Конечно, еще предстоит увидеть, как она будет выглядеть в глазах потомков, но я осмелюсь предположить, что она подвергнется значительной дефляции» (White, 1947: 373).

220

См. увлекательную биографию Лесли Уайта в: Peace W. J. Leslie A. White: Evolution and Revolution in Anthropology (Critical Studies in the History of Anthropology). University of Nebraska Press, 2004.

221

О сходстве такого понимания культуры с рассуждениями о «дискурсивных порядках» размышляет сам Салинз в тексте своей автобиографии, написанной в 2008 году для журнала «Этнографическое обозрение». Я выражаю благодарность главному редактору журнала Алексею Елфимову, прояснившему контекст возникновения этого текста в журнале. См.: Салинc М. Фрагменты интеллектуальной автобиографии // Этнографическое обозрение. 2008. № 6. C. 57–78.

222

Впоследствии эта линия мысли (попытки прояснить отношения между структурой и агентностью) станет для Салинза одной из центральных и позволит внести его в ряд теоретиков практик, как это сделала Шерри Ортнер в своем классическом обзоре антропологической теории с 1960-х. См.: Ortner S. Theory in Anthropology since the Sixties // Comparative Studies in Society and History. 1984. No. 26 (1). P. 126–166.

223

В этом контексте см. статью антропологов Скотта Кука и Майкла Янга о споре между Брониславом Малиновским и Мелвилом Херсковицем вокруг анализа экономики в антропологии: Cook S., Young M. W. Malinowski, Herskovits, and the Controversy over Economics in Anthropology // History of Political Economy. 2016. No. 48 (4). P. 657–679.

224

Как пишет Алекс Голуб: «К концу своих полевых исследований Салинс усвоил две вещи: во-первых, ему не нравилась полевая работа. После Моалы он всерьез ей не занимался, предпочитая видеть новые вещи и новые места без изнурительной работы в рамках включенного наблюдения. Во-вторых, время, проведенное на Моале, заставило его осознать несостоятельность своих теоретических позиций. Таким образом, он начал долгий интеллектуальный путь, чтобы сделать свои теории достойными реалий, с которыми он столкнулся в Тихом океане» (Golub, 2026: 6).

225

После первой teach-in акции по решению организаторов протеста Салинз отправился во Вьетнам, где провел неделю, общаясь с американскими военными. По итогам визита он опубликовал статью, которая быстро распространилась в американских СМИ и получила, по словам Салинза, «свои пятнадцать минут славы». Наиболее сильной частью текста стало интервью с двумя военными советниками, рассказавшими Салинзу о методах пыток и допроса пленных. В своих размышлениях об увиденном Салинз пишет об «уничтожении совести» всех участников веьтнамской войны и сравнивает действия американских военных с шаманскими практиками. См.: Sahlins M. The Destruction of Conscience in Vietnam // Culture in Practice: Selected Essays. 158–178. New York: Zone Books, 2000.

226

История такой милитаризации и сопротивления ей со стороны американских антропологов написана историком антропологии Дэвидом Прайсом, которого Салинз в свое время называл «совестью современной антропологии». См.: