История виноторговли в России - Александр Владимирович Ставцев

январе 1991 года и до первых советских официально «аппелласьонных» вин дело не дошло. В декабре того же года Советский Союз перестал существовать как единое государство на карте мира, и также на отдельные части распалась винная отрасль, а торговля начала жить по другим законам.

На несколько лет расчеты в оптовой торговле перешли на доллары. В рекламных разделах газет того времени можно было встретить, например, такую публикацию: «Молдавские вина: "Советское шампанское" от 2,6$, "Монастырская изба" от 1,6$». Основным поставщиком вина на российский рынок стала Молдавия, где к 1990 году оставалось около 330 тысяч гектаров виноградников (почти в два раза больше, чем в Российской Федерации). На эту страну в 1990-е годы приходилось больше 30 % всего российского импорта вина. В некоторых регионах доля была еще выше. Например, в Санкт-Петербурге перед дефолтом 1998 года, по оценкам посольства Молдовы, доля виноградной республики в продажах вина составляла до 80 %.

Среди вин Молдавии некоторое время лидировала марка, акцентировавшая свое внимание на связях с французским виноделием. Как говорилось в рекламных публикациях того времени, «Молдавский “Рислинг” и “Совиньон” не уступают по качеству “Бургундскому” и “Бордо”. Французы в ответе за молдаван, а молдаване – за французов». Большим спросом пользовался и производитель, чьи вина разливались в сувенирные бутылки в форме скрипок, «винолеев» и так далее. Еще одним молдавским маркетинговым ходом в конце 1990-х стало оформление бутылки вина «Душа монаха» мешковиной, поверх которой наклеивалась этикетка. Монастырская тема, начатая еще болгарским вином советских времен, в дальнейшем получит множество продолжений на винных полках.

Еще одной крупной страной-поставщиком стала независимая Грузия, где производство популярных и дефицитных в советские времена винных марок – «Киндзмараули», «Хванчкара», «Алазанская долина» – било все возможные рекорды. Основным сортом грузинского виноградарства оставался белый Ркацители, но поставки росли – в первую очередь красных вин.

«Сегодня в Молдове, России и других республиках бывшего СССР (даже в Гори, Цхакая и других районах Грузии, где никогда не выращивали Саперави) стали производить фальсифицированные вина с наименованиями “Хванчкара” и “Киндзмараули”. Более совестливые из производителей присвоили наиболее созвучные этим наименования (“Хванчкараули” и т. п.). Масштабы выпуска фальсифицированных контролируемых по происхождению грузинских вин постоянно увеличиваются. Только из Грузии в отдельные годы экспортировали до 18 млн бутылок вина под названием “Хванчкара”, причем потенциальные возможности его производства не превышают 500–800 тыс. бутылок в год», – писал директор Института пищевой промышленности Грузии Нугзар Багатурия.

Что касается собственного российского производства вина, основным винодельческим регионом в начале 90-х была столица нашей родины Москва.

«Здесь раскинулся целый винный город»

В конце 1990-х годов в офисе оптовой алкогольной компании на улице Мясницкая (самый центр Москвы, до Кремля минут 15 пешком) происходила такая сцена. «Пойдемте, покажу производство», – говорил клиентам, по итогам деловой встречи, коммерческий директор. В дальнем углу офиса с обычным пластиковым «евроремонтом» обнаруживалась чугунная лестница, винтом уходящая в подвал. Спустившись по ней, визитеры на минуту застывали от яркого впечатления: куда-то вдаль уходит огромное подземное помещение, вдоль стен которого стоят дубовые буты – бочки емкостью от 2 до 10 тысяч литров, металлические купажные емкости, линия розлива на 3 тысячи бутылок в час. Этот подвал когда-то принадлежал «Тресту Арарат», филиал которого в Москве был организован в 1922 году на базе винных погребов дореволюционной постройки. О том, что в пределах Бульварного кольца, иногда прямо под столичными мостовыми, хранят в бочках и разливают по бутылкам приличные объемы вина, большинство столичных жителей в 1990-е годы и не подозревало.

Система советского виноделия была разделена на «первичное» и «вторичное» практически всю историю СССР. Можно сказать, что Союз унаследовал ее еще от виноторговли времен Российской империи. В южных регионах шла переработка винограда, было налажено производство вина. Но на месте производства бутилировались в основном марочные вина ведущих предприятий и шампанское для закладки «на классику», основной объем отправлялся по железной дороге в крупные города. Самыми крупными производителями винограда были Азербайджан, Молдова, Грузия, а в РСФСР – Дагестан и Краснодарский край. А главными потребителями, как и сейчас, – Москва и Ленинград, города с самым большим населением. В них и были построены самые большие винзаводы.

В общей сложности в Союзе на пике развития отрасли в первой половине 1980-х из 516 винодельческих заводов 162 находилось в РСФСР. Для сравнения: в Молдавии их было около 40, в Грузии – 22. Россия разливала по бутылкам половину объема выпуска виноградного вина – 1,5 миллиарда литров и примерно треть всего производства шампанского, хотя по площадям виноградников уступала ряду союзных республик.

По данным журнала «Виноделие и виноградарство», в 1990 году в РСФСР было произведено 757 миллионов литров вина, из которых на Москву пришлось 119 миллионов литров. Город занимал первое место в десятке регионов-производителей. Весь Краснодарский край в тот год произвел вдвое меньше – 55 миллионов литров вина и занял только третью строчку в рейтинге после города на Неве – Ленинграда, где было выпущено больше 70 миллионов литров готового вина в бутылках.

В советские годы такая структура производства обосновывалась экономией на логистике готового вина, а также стеклянной тары, большая часть которой производилась за пределами виноградарских регионов, и особенностями «гарантийных сроков» хранения вина. Между попаданием вина в бутылку и его продажей должно было пройти не больше двух-трех месяцев.

Первые московские производства советской эпохи располагались в уже существовавших купеческих подвалах. Например, первый московский винный подвал «Дагвино» на улице Белинского (сейчас Газетный переулок) размещался в погребах «Русского общества виноторговли». Подвал треста «Арарат», проработавший больше сотни лет, находился в подземных винных хранилищах Торгового дома «Первушин и сыновья» на Мясницкой. Филиал грузинского «Самтреста» размещался в подвалах Торгового дома Депре – в районе Петровского бульвара и так далее.

Большинство подвалов в центре Москвы к 1990-м годам было уже закрыто, поскольку виноделие в центре огромного города порождало различные курьезы. На «Самтрест», например, еще в 1980-е вино возили в цистернах с надписью «Молоко», чтобы не смущать трудящихся. Цех «Дагвино» на Белинского был закрыт в связи с тем, что сотрудники близлежащих учреждений взяли за правило дегустировать его продукцию в рабочее время. Но были среди московских винзаводов и такие, что продолжали работать и в постсоветскую эпоху. Еще в 2000-е годы на улице Макаренко в районе Чистых прудов продолжал работать «Мосазервинзавод» – бывший винподвал треста «Азвино», основанный в 1925 году. До 2014 года в центре столицы работал Московский завод шампанских вин, переименованный в «Корнет», который располагался в бывших винных складах «Товарищества Смирновых». Его главным хитом 1990-х было игристое вино «Надежда».

Розлив вин «Монастырская трапеза» в Москве 1990-е годы

Другие предприятия были к тому моменту уже перенесены на окраины Москвы. Новый винзавод треста «Дагвино» располагался в конце Ленинградского проспекта. Во время антиалкогольной кампании он был переименован в завод «Концентратов и напитков» – «КиН» – и под этим именем вошел в современную