История виноторговли в России - Александр Владимирович Ставцев

историю алкогольного рынка. Когда проектировались новые корпуса завода, у него могла появиться даже собственная пристань на канале имени Москвы. Существовал план доставки вин и коньяков на это предприятие водой из Дагестана – через Каспийское море, по Волге и далее в канал, соединяющий Волгу с Москвой, но позже решили ограничиться более привычными железнодорожными поставками. Завод производил в огромных объемах вино под маркой болгарского происхождения – «Монастырская трапеза», а позже делал основной акцент на производстве коньяка самой популярной марки конца 1990-х – начала 2000-х годов – «Московский».

Огромный объем вина в 1990-е годы продолжал выпускать Московский межреспубликанский винодельческий завод. «На западе столицы, в пятнадцати минутах от центра, есть улица с поэтическим названием Рябиновая. Здесь раскинулся целый винный город. Грандиозный комплекс по переработке и розливу виноградных вин и коньяков занимает больше 10 гектаров», – описывала производство газета «Московская правда».

Именно здесь делались главные винные хиты той эпохи – еще советского периода марка «Арбатское» и бренд нового поколения «Исповедь грешницы». На этикетке вина «с секретом» была изображена красотка в коротком платье. Потерев этикетку монетой, как лотерейный билет, платье можно было «снять». Белое и красное вино с такими полиграфическими фокусами пользовалось бешеной популярностью.

Несмотря на отдельные успехи производителей, к середине 1990-х «вторичное виноделие» в пределах крупных городов снижается на порядок. В Москве выпуск тихих вин к 1995 году уменьшается со 119 до 18 миллионов литров, в Санкт-Петербурге падение еще более существенное – с 71 до 4,5 миллиона литров. Впрочем, и в винодельческих регионах ситуация немногим лучше: Краснодарский и Ставропольский край вместе в 1995 году производят около 60 миллионов литров, в полтора раза меньше, чем в 1990-м. За пять лет, с 1990 по 1995 год, Россия потеряла больше трети всех своих виноградников – 56 тысяч гектаров.

Винная этикетка конец 1980-х – начало 1990-х

К 1997 году, по оценкам Международной организации винограда и вина (OIV), российский импорт вина впервые за 150 лет опережает внутреннее производство. В рейтинге винодельческих стран Российская Федерация опускается на 19-е место. Дно по площадям виноградников в тот момент еще не нащупано.

Блокнот путешественника

Единственный из памятников эпохи «вторичного виноделия», который сейчас доступен для свободного визита в Москве, – это арт-кластер «Винзавод» недалеко от Курского вокзала. «Русское товарищество пиво- и медоварения в Москве» братьев Тарусиных построило на месте бывшей усадьбы князей Волконских пивоваренный завод «Московская Бавария». В самом конце XIX века его корпуса были выкуплены купцами Травниковыми. Подвалы «Московской Баварии» были расширены и использовались для хранения и розлива по бутылкам вин, которые привозились в бочках из Крыма и с Кавказа. После 1936 года подвалы были переданы Наркомату пищевой промышленности уже в качестве «Мосвинзавода» – Московского завода виноградных и десертных вин. Здесь продолжался розлив вина, выпускавшегося южными винодельнями, хотя и не без свойственных для «вторичного виноделия» замечаний. По поводу качества вин, разлитых на Мосвинзаводе, директор ВДНХ СССР Борис Богданов отвечал главному виноделу «Массандры» Александру Егорову: «Вы пишете, что отдельные вина комбината "Массандра" получили заниженную оценку. Ваше заявление имеет под собой некоторую обоснованность в том отношении, что вина "Массандра" были представлены не заводами комбината, а Московским

Винная этикетка 1990–2000-е годы

заводом номер 2, но это не может служить основанием для изменения результатов производственных оценок». Спорная ситуация возникла из-за результатов дегустации на всесоюзном совещании виноделов 1958 года. В дальнейшем Егоров настаивал на том, чтобы вина мод маркой «Массандры» бутилировались только в Крыму. Мосвинзавод разливал до 170 разных марок ординарных и марочных вин со всего СССР. Среди его продукции был «Портвейн Крымский № 13», «Кагор Высший сорт», «Коньяк старый» и так далее. В качестве винодельческого предприятия он проработал до середины 2000-х годов. Сейчас названия его выставочных залов напоминают о прошлом предприятия: Цех Белого, Цех Красного, Большое Винохранилище, Бродильный цех, Винтажный зал.

«…Порошковое вино вытесняет натуральное»

Кроме объемов производства, очевидная проблема российской виноторговли того времени – качество. Если разобрать детально показатели производства вина конца 1990-х годов, половина выпуска приходилась на винные напитки и «вина оригинальные». Последняя категория появилась в российских стандартах в 1998 году и допускала использование в производстве этой продукции, кроме спирта, сахара-рафинада и углекислого газа, экстракты растений и ароматизаторы (помимо химических). С удивительной точностью повторялась история «фабрикаций» вина столетней давности.

Центр современного искусства Винзавод. Москва, 4-й Сыромятнический переулок, 1/8, стр. 6

За контроль качества вина, кроме федеральных структур, в 1990-е годы берутся регионы. С 1995 года республиканскую алкогольную инспекцию создает Кабинет министров Татарстана. Попасть на территорию региона бутылка вина могла, только получив региональный сертификат соответствия и отдельную марку. Два года спустя специальная структура «Мосалкогольконтроль» была создана распоряжением мэра Москвы Юрия Лужкова. Чуть ли не первым от ее проверок досталось молдавским винам. В партии из двух вагонов «Лидии Делюкс» общим числом 69 840 бутылок были обнаружены «волокна и мутный осадок», продажа этих вин была остановлена. С региональными сертификациями, которые не только радели за качество, но и пополняли местные бюджеты, будут бороться антимонопольные органы. Появится даже особый термин «алкогольный сепаратизм», мешавший поставщикам выстраивать поставки по стране по единым правилам. Несмотря на это, в разной форме местные системы сертификации в отдельных регионах просуществуют еще два десятилетия.

Борьба с подделками алкоголя еще долго будет одной из главных тем в российских СМИ рубежа столетий. Производители подробно рассказывали в рекламе: как отличить их продукт от фальшивки, внедряли специальные голографические стикеры, меняли формы бутылок и так далее. В те же годы начинают появляться разного рода «народные» способы контроля качества вина и очень устойчивые мифы о винных подделках.

Винодельческое сырье наливом в советской номенклатуре называлось «виноматериалом». Неким сырьем, которому только предстояло стать вином. Как и готовое вино, «виноматериал» мог быть сухим (то есть полностью выброженным вином без сахара), крепленым и так далее. Когда информацию о составе любого пищевого продукта обязали размещать на упаковке, этот термин породил один из самых устойчивых потребительских мифов о «порошковом» вине. Один из самых массовых рекламных роликов из 90-х был посвящен безалкогольному напитку, приготовить который предлагали из порошка в пакетике, высыпав его в воду. Разноцветная жидкость на телеэкране сопровождалась слоганом: «Просто добавь воды!» Нет ничего удивительного в том, что покупатель, читая на контрэтикетке вина «виноматериал сухой», представлял себе не сухое (не сладкое) вино, а некий порошок, в который добавляют воду, спирт и другие ингредиенты. Словосочетание стало настолько устойчивым, что его использовали даже официальные лица, обличая подделки: «Порошковое вино вытесняет натуральное». На самом деле, производство дешевого вина к 1990-м годам мало изменилось со времен Салтыкова-Щедрина – тот