Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований. Книга XV - Алексей Ракитин

Много было задано вопросов Гейну относительно его манипуляций с женскими телами и, в конце концов, стало понятно, для чего преступник расчленял их: он исследовал женскую анатомию. За всю свою жизнь ни разу не назначивший ни одного свидания женщине, он не имел ни одной подруги, которая могла бы просветить его в вопросах, о которых даже старшеклассники имеют вполне верное и точное представление. Ни разу не имевший в своей жизни секса с женщиной, Гейн был поглощён очаровательной тайной женского тела.

Поиск выхода из сложившегося психологического тупика — то есть огромный интерес к женщинам и невозможность удовлетворить его общественно приемлемым способом — толкнул его к действительно безумному решению — он решил сделать нижнее бельё из кожи настоящих женщин. Чудовищная фантазия, что и говорить, но Эдди приложил много сил для её исполнения и в какой-то момент, по-видимому, её реализации он подчинил всю свою жизнь.

Начиная с 1947 г. Эдвард Гейн раскапывал могилы недавно похороненных женщин, извлекал тела, снимал с них хорошо сохранившиеся участки кожи, извлекал для «изучения» те или иные органы, после чего закапывал обратно. Все эти манипуляции он проводил с телом в течение одной ночи, чтобы приходящие к могиле родственники не могли утром догадаться, что прах был кем-то потревожен. Для одного человека работа была очень трудоёмкой, но Гейн успевал. После кустарного дубления снятой кожи он шил из полученных кусков своё «новое тело», костюм для ежедневного ношения вместо нижнего белья. Найденные в его доме штаны, куртка с сосками и жилетка являлись деталями этого костюма. Гейн подолгу носил это необычное облачение, привык к нему и, по-видимому, постоянно надевал под повседневную одежду. Поступать так мог, конечно же, только глубоко больной человек.

После многочасовых собеседований с Гейном врачи обратили внимание на то, что он никогда не выражал раскаяния по поводу содеянного, рассказывал о своих проделках ровным и бодрым голосом. При этом Гейн не имел никакой концепции, объясняющей его действия. У абсолютного большинства преступников существует своя ценностная шкала, сообразуясь с которой они действуют логично и оправданно[4]. Эдвард Гейн не имел ничего похожего; он даже не задумывался о самооправдании. Отсутствие потребности в самореабилитации служило несомненным указанием на психическую неполноценность.

В то самое время, пока Эдвард Гейн находился в лечебнице на обследовании, прокурор округа начал проверку его показаний о раскопках могил. Первым было вскрыто захоронение некоей Элинор Эдамс — гроб оказался пустым. После этого была вскрыта могила Мейбл Эверсон — человеческие кости лежали на крышке пустого гроба. Сомнения отпали: Гейн действительно раскапывал могилы женщин, некоторых из которых даже знал при их жизни. Окружной прокурор Эрл Кайлин решил не тревожить прах остальных женщин из списка Эдди; в общем-то, уже стало ясно, что в этой части своих показаний Гейн сказал правду.

К концу 1957 г. общественное напряжение в Висконсине заметно возросло. Штат получил дурную славу «родины Эдди Гейна», в США даже появились своеобразные шуточки в стиле «чёрного» юмора, которые пародировали манеру Гейна выражаться полуфразами и получили вполне заслуженное название «гейнсины». Все ждали, когда преступника отдадут суду и приговор над ним утолит жажду мести общественности.

Оглашённое 6 января 1958 г. заключение психиатрической комиссии вызвало скандал. Эдвард Теодор Гейн признавался «шизофреником и сексуальным психопатом». Врачи считали, что на его поведение очень сильно влияли сразу три разновидности сексуальной патологии, которые вкупе с далеко зашедшим поражением когнитивной и волевой сфер личности, обусловленных шизофреническим процессом, не позволяли ему адекватно оценивать самого себя, окружающую обстановку и собственные побуждения. Главное заключалось в том, что человек с подобными тяжёлыми поражениями психики, расстройством памяти и неадекватностью реакций не мог быть предан суду. Негодование родных и близких жертв Гейна легко представить. Они образовали неофициальный комитет и на общем собрании решили добиваться предания Гейна суду вне зависимости от того, сколько времени это может потребовать.

Дело в отношении Эдди Гейна было приостановлено по причине его болезни. Он был оставлен в Центральной психиатрической клинике штата на неопределённое время, а власти графства приступили к ликвидации его имущества. Всем было ясно, что Эдди уже никогда более им не воспользуется.

Когда официально было объявлено о предстоящем 30 марта 1958 г. аукционе по продаже движимого и недвижимого имущества преступника, это вызвало волну возмущения среди жителей Висконсина. Люди не без оснований боялись, что аукцион привлечёт недобросовестных покупателей, которые используют вещи Эда Гейна для наживы и рекламы. Стали раздаваться требования отменить аукцион, однако местные власти не хотели менять установленную законом процедуру распродажи вещей уголовников.

Возникший конфликт интересов был разрешён в духе американского вестерна. Поздно вечером 20 марта 1958 г. группа неустановленных лиц (вне всякого сомнения — из местных жителей) проникла на территорию фермы Эдварда Гейна и подожгла надворные постройки. Находившийся там полицейский наряд вызвал пожарных и принял меры к спасению имущества. Никто из поджигателей задержан не был. Полицейские мужественно боролись с огнём и сумели спасти кое-что из имущества легендарного преступника: автомобиль, музыкальный проигрыватель, часть мебели.

Дымящиеся руины дома Гейна.

Так что по большому счёту надежды поджигателей на срыв аукциона не увенчались успехом — он состоялся, хотя его пришлось разбить на два этапа. Сначала на торги был выставлен земельный с руинами сгоревшего дома, а затем — спасённое имущество прославившегося преступника.

Первый из аукционов, собравший более 2 тысяч участников и зрителей, прошёл 30 марта [как это и планировалось изначально]. Его выиграл известный торговец недвижимостью Энден Шей (Enden Schey), рассказавший репортёрами, что намерен высадить на купленной земле сосновую рощу, которая после её вырубки через четверть века принесёт доход в 300%.

Второй аукцион был проведён почти через 3 недели после первого — 19 апреля.

Любопытна реакция самого Эда Гейна на поджог. Когда ему рассказали о случившемся, он, верный своей манере выражаться неопределённо, проговорил: «Теперь только так!» («Just as weel!»). Никакого сожаления о произошедшем он не выразил, казалось, он не испытывал ни малейшей привязанности к вещам, что, вообще-то, нехарактерно для людей с криминализованным сознанием. Вообще, читая о том, как он себя держал в лечебнице, можно подумать, что чувство сожаления ему неведомо.

Способность американцев из всего устраивать шоу (русским языком выражаясь — балаган), весьма выпукло проявилось в истории с Эдом Гейном. Мрачные опасения местных жителей подтвердились полностью: вещи преступника были куплены искателями лёгкой поживы, стремившимися заработать на скандальной славе преступника и связанной с его именем трагедии.

Фундамент сгоревшего дома Эдварда Гейна.

Автомобиль Гейна оказался продан на аукционе за 760 $ — это были очень приличные деньги за далеко не новую машину, и мало кто сомневался, для каких целей новый хозяин вложил такую сумму в своё приобретение. Буквально через неделю «ford» был перепродан и в течение последующих лет экспонировался на различных американских ярмарках и аттракционах как «машина вампира». За 25 центов любой желающий мог забраться в салон и почувствовать себя на минуту отвратительным похитителем трупов Эдом Гейном, перевозящим в кузове женский труп. Вопросы об этической стороне такого рода демонстрации никого, видимо, не беспокоили. В павильон с «машиной вампира», по свидетельству очевидцев, зеваки валили толпами.

Мало-помалу страсти вокруг Гейна поутихли. Заживо похороненный в психиатрической клинике, он не тревожил своим видом сограждан, и преступления его начали забываться. Но к пятилетней годовщине разоблачения преступника большая группа журналистов обратилась к властям штата с просьбой показать Эда общественности и рассказать о том, как ему живётся в лечебнице.

В ноябре 1962 г. впервые после довольно долгого перерыва Гейн появился перед репортёрами. Вид его поразил многих. Преступник вовсе не выглядел измученным режимом содержания: чисто выбритый, заметно прибавивший в весе, ласково улыбающийся и явно