Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований. Книга XV - Алексей Ракитин

польщённый проявленным к нему вниманием Гейн совсем не походил на того «полудурка», каким все знали его на воле. Он охотно рассказал журналистам о том, что очень доволен внимательным отношением врачей, жалоб никаких не имеет, с удовольствием занимается любимыми делами: столярным рукоделием и обтёсыванием плит из природного камня.

Аукцион по продаже земельного участка, принадлежавшего Эду Гейну, был провезён 30 марта 1958 года и собрал более 2 тыс. участников и зрителей.

Врачи в ходе пресс-конференции дополнили рассказ преступника разного рода пасторальными деталями: Гейн, по их словам, никогда не нарушал режим содержания, в отличие от многих иных больных, не пытался протестовать против лечения психотропными средствами и барбитуратами и, вообще, не доставлял никаких хлопот.

Эта идиллия в сумасшедшем доме спровоцировала взрыв негодования всех людей, пострадавших от его действий. Они публично объявили о намерении добиваться привлечения Эда Гейна к суду за убийство первой степени. Речь шла об убийстве Бернис Уорден, поскольку его причастность к убийству Мэри Хоган доказать было значительно труднее. Родственники жертв Гейна добились, в конце концов, от властей немаловажной уступки — они получили право приходить на заседания жюри, заслушивавшего и обсуждавшего все заявления преступника. И хотя люди не имели, разумеется, права вмешиваться в ход заседания, сам факт их присутствия означал гласный контроль за процедурой рассмотрения.

В течение почти пяти лет члены неформального комитета «жертв Гейна» добивались назначения комиссии для нового переосвидетельствования преступника, что позволило бы привлечь Гейна к уголовной ответственности. Борьба их в конечном итоге увенчалась успехом: комиссия из крупнейших представителей американской психиатрии была создана и 22 января 1968 г. приступила к работе. После многомесячного обследования было констатировано, что Гейн полностью адекватен, отдаёт отчет в своих действиях, имеет достаточную память и является вменяемым. Власти сочли возможным открыть процесс по обвинению Эдварда Гейна в умышленном убийстве Бернис Уорден, и 7 ноября 1968 г. преступник очутился-таки на скамье подсудимых.

Эд Гейн направляется в суд. Постаревший, но по-прежнему бодрый и спокойный…

Обвинение представило семерых свидетелей, а также патологоанатомическую реконструкцию манипуляций Гейна с телом Бернис Уорден. По рекомендации адвокатов Гейн отказался отвечать на вопросы суда и просидел весь процесс молча, почти безучастно. По воспоминаниям присутствовавших на этом суде он оживился только раз, когда при заслушивании экспертов в зал заседаний внесли сохранённые в формалине внутренние органы Уорден. С неподдельным вниманием преступник выслушал доклад судебного медика, рассказавшего о последовательности расчленения тела погибшей женщины, после чего опять потерял интерес к происходившему в зале.

Основная борьба на суде развернулась по поводу того, можно ли считать Гейна вменяемым в момент совершения им инкриминируемого преступления, то есть 10 лет назад. Как ни доказывало обвинение, что есть основания не соглашаться с первоначальным диагнозом Эдварда Гейна, присяжные своим вердиктом 14 ноября постановили признать его виновным в убийстве первой степени Бернис Уорден, но не ответственным за него по причине тяжёлого расстройства умственных способностей. Постановлением судьи Эдвард Гейн был возвращён в психиатрическую лечебницу в Ваупуне.

Преступник оставался в этом заведении весь остаток жизни. Он хорошо себя вёл, во всём подчиняясь персоналу клиники. Ему разрешили получать за работу деньги, и на них он мог делать небольшие покупки по почте. Гейн выписывал журналы, как популярные — с картинками, так и специальные — по технической тематике. Получив разрешение на сбор радиоприёмника, он заказал все необходимые детали и собрал вручную простенький транзистор. Впоследствии администрация клиники подарила ему радиоприёмник на день рождения. В феврале 1974 г. Эдвард Гейн написал прошение о признании его излечившимся и освобождении из лечебницы. Через четыре месяца оно было рассмотрено и отклонено. В 1978 г. Гейна перевели из клиники в Ваупуне в недавно открывшийся Институт психических расстройств штата Висконсин в городе Мэдисон.

Он продолжал оставаться примерным больным, но за всё время содержания его под стражей (то есть с 1957 г.) к нему ни разу не подпустили близко женщину. По воспоминаниям персонала института в Мэдисоне, даже будучи весьма пожилым человеком — а Гейну было к моменту перевода уже под семьдесят! — он совершенно неадекватно реагировал на женщин: где бы их не увидел, он менялся в лице, переставал моргать, буквально впадал в ступор. В начале 1984 г. Гейну была диагностирована лейкемия, 26 июля того же года он скончался от удушья в палате престарелых в Институте психических расстройств в Мэдисоне. В ночь на 28 июля 1984 г. он был похоронен на кладбище в Плейнфилде рядом с могилой матери, отца и старшего брата. По требованию общественности памятник на могиле Эдварда Гейна не устанавливался, и власти округа заявили, что не допустят его установку в будущем.

Тем не менее минули всего 10 лет, и толерантная Америка примирилась со своим прославленным маньяком. На могиле Эдварда Гейна появился гранитный памятник, и притом даже с крестом, что совсем уж странно, принимая во внимание нераскаянность убийцы. Присутствие на камне стилизованного изображения веток алоизии, символизировавших примирение, совсем уж сбивало с толку, поскольку невозможно было понять кто именно с кем примирился? Гейн раскаяния никогда не демонстрировал и о нём не заявлял, а потерпевшие со своей стороны тоже ничего о примирении с этим человеком не говорили.

С течением времени на памятнике стали появляться свидетельства того, что не все жители Соединённых Штатов согласны с подобной толерантностью. На фотоснимках разных лет можно видеть, как на камне сначала появилось кем-то выбитое число 666 [знак Сатаны], а затем различные надписи, обычно выполнявшиеся несмываемым строительным маркером, гласившие обычно «Гейн никогда не умрёт», «Не пушки убивают людей» и т. п. Время от времени они исчезали — это смотрители кладбища удаляли их кислотой — но затем появлялись снова. В начале XXI столетия некий неравнодушный самаритянин предпринял попытку сбить зубилом контррельеф креста и веток алоизии, но работу свою он довести до конца не смог.

Могила Эдварда Гейна в Плейнфилде.

В конце концов памятник попросту исчез. Смотрители кладбища установили вместо него доску высотой около ярда [90 см], но и она не простояла долго. Время от времени этот знак восстанавливается, но, постояв немного, он снова исчезает. Поэтому не надо удивляться тому, что на фотографиях разных лет захоронение Эда Гейна выглядит очень по-разному. В этой связи достойно упоминания то, что соседние могилы остаются неприкосновенны, то есть в данном случае явно имеет место не тривиальный кладбищенский вандализм, а демонстрация несогласия, направленная на вполне определённую личность.

Образ этого преступника окутан многочисленными легендами и преданиями, оттого, видимо, что он хорошо был известен в местности, где проживал, а людская память имеет свойство мифологизировать всё, выходящее за рамки обычного. Во многих публикациях, особенно периода 50—60 гг. XX века, его называли «висконсинским волком», и прямо утверждалось, будто Гейн был вампиром, пил кровь и употреблял в пищу мясо женщин, имел половые контакты с трупами и прочее. Но это неправда. С достаточной надёжностью доказано, что Гейн никогда не занимался каннибализмом ни в каком виде и не совершал сексуальных посягательств не только в отношении тел умерших, но также и живых людей.

Долгое время существовала версия о том, что маленький тщедушный Гейн не смог бы в одиночку в течение ночи раскапывать и закапывать могилы, вытаскивать оттуда тела и тому подобное, а потому якобы он имел помощника или даже не одного. История эта вроде бы подкреплялась рассказами одного местного дурачка, утверждавшего, будто Гейн брал его с собою ночью на кладбище, где он помогал Эду в его манипуляциях. Но это тоже миф чистой воды, который подвергся должной проверке и не получил подтверждения. Все упомянутые рассказы дурачка явились фантазиями, рождёнными в его голове всеобщим ажиотажем. Этот человек не только не смог указать ни одной могилы, якобы раскопанной им вместе с Гейном, но он даже путался в кладбищах, где якобы всё это происходило, и каждый раз называл другое.

Необходимо отметить, что Гейн был довольно сильным мужчиной, в этом не раз могли убедиться врачи лечебницы в Ваупуне, наблюдавшие за тем, как он в одиночку ворочает каменные блоки.

Ныне практически не подвергается