На больших скоростях - Дмитрий Митрофанович Калабухов

называемый усовершенствованный пантограф не годится в условиях работы вскрышного разреза. Возражения подкреплялись расчетами и выводами. Инженеры, авторы предложения, встали, что называется на дыбы. Техническому совету разреза пришлось снова заняться предложением инженера Кириллов оказался прав.

— Ну, а теперь посмотрите мое предложение, — подал Кириллов бумаги Зеленину, когда бой с инженерами был выигран.

В разрезе очень сильное запыление воздуха. Компрессоры же, установленные на электровозах, высокопроизводительные. Они перерабатывают до 2500 кубометров воздуха в минуту. Поэтому, несмотря на установленные фильтры, в компрессоры попадает много угольной и породной пыли, которая их быстро выводит из строя. Как правило, каждые пять месяцев приходится ремонтировать компрессоры. А это простои электровозов, большие затраты рабочей силы. Кроме того, расходы на ремонт каждого компрессора составляют более 50 рублей. Умножить эту сумму на количество машин, каждая из которых имеет по два компрессора, и станет ясно, что значит безобидная пыль.

Валентин Васильевич предложил фильтры новой оригинальной конституции. Проходя через него воздух очищается от пыли почти полностью. Срок службы компрессоров увеличился до двадцати месяцев. Вот почему сегодня по предложению Кириллова установлены фильтры на всех машинах.

Это только одно предложение машиниста. А их у него за последнее время было семь.

— Если посчитать, — говорит инженер Зеленин, — то с начала семилетки Валентин Васильевич внес в Южно-Уральский миллиард не одну тысячу рублей только от внедрения своих предложений.

* * *

Мы сидим с Валентином Васильевичем в небольшой чистой комнате маленького домика, приютившегося на одной из тихих улочек рабочего поселка. Впрочем, не совсем тихой. Почти рядом пролегает железнодорожная ветка. В комнату то и дело врывается стук составов, гудки поездов.

— Это мне не мешает, — улыбается хозяин. — Слушаю как музыку.

На столе свежие газеты с материалами июньского (1963 г.) Пленума ЦК КПСС. Разговариваем.

— Никаких у меня секретов в работе нет, — медленно говорит Валентин Васильевич. — Просто работаю Ни все. Вот… — Он отчеркивает карандашом строки из доклада Л. Ф. Ильичева на пленуме, — ясно и точно сказано.

Я беру газету, читаю: «…Каждый советский человек должен понять, что только его упорным трудом, трудом всего народа может быть воздвигнут коммунизм, построено процветающее общество. Сознательное отношение людей к труду — неисчерпаемый резерв роста его производительности».

— Могу добавить только, что если любишь свое дело, то у тебя словно крылья вырастают и никакие трудности тогда тебе нипочем. Все преодолеешь. И если бы у каждого были эти крылья, мне кажется, мы бы уже построили коммунизм.

Валентин Васильевич смотрит на часы:

— Засиделись мы с вами. Мне ведь на завод надо. Завтра должны машину свою из ремонта получить.

— Без тебя не сделают, что ли? — пыталась было остановить его жена.

— Что ты, что ты, — уже с порога ответил Валентин Васильевич.

— Вот так всегда. Беда с ним, — говорит Клава, — а на лице ее играет улыбка, добрая и светлая улыбка гордости за мужа, за его любовь к делу.

* * *

Снова, как и в первый приезд, я стою на борту разреза, любуюсь грандиозным размахом работ. Внизу ползет состав, преодолевая уклон за уклоном. Все ближе и ближе, быстрее и быстрее его бег, и, наконец, словно на крыльях, он вылетел из разреза. Человек в кабине машет мне рукой. Узнаю Кириллова. Вспоминаются его слова: «Если любишь свое дело, у тебя словно крылья вырастают».

Состав уже далеко. Даже стук колес не слышен.