Джордж Харрисон. Битл поневоле - Филип Норман

Джон прервал свое музыкальное затворничество столь же внезапно, сколь и начал его, появившись в нью-йоркской студии Hit Factory, чтобы записать свой первый за пять лет альбом, наполовину состоящий из его собственных песен, наполовину – из его аранжировок к песням Йоко. Альбом, получивший название Double Fantasy, навеянное именем одного из сортов фрезии, который они с Йоко однажды видели, представлял, казалось, совершенно нового Джона – воспитание сына Шона избавило его от прежних демонов и навязчивых идей, исцелило от рок-звездного эгоцентризма, и он впервые в жизни был доволен жизнью и собой.

Выход альбома в ноябре сопровождался интенсивной серией интервью, призванных опровергнуть слухи об отшельнике в духе Говарда Хьюза, который якобы полностью облысел – величайшая трагедия для битла – и нюхал столько кокаина, что порошок разъел ему носовую перегородку между ноздрями.

Он выглядел загорелым и подтянутым, но при этом оставался таким же забавным и прямолинейно честным, как всегда. Рядом с ним в любой момент все так же присутствовала Йоко, декларируя долговечность отношений, которые весь мир когда-то осыпал насмешками.

Этот умиротворенный, позитивный Джон с его чуть ли не маккартниевскими любовными песнями для жены и сына, оказался слишком уж большим сюрпризом для его старой аудитории, так что ни сам Double Fantasy, ни сингл с него “(Just Like) Starting Over” поначалу не продвинулись особенно высоко в международных хит-парадах.

Ранним утром 9 декабря Оливия Харрисон сняла трубку: Лу, сестра Джорджа, звонила из Иллинойса, где было на пять часов раньше, чем в Британии. Она только что слышала выпуск новостей из Нью-Йорка: вчера поздно вечером, когда Джон возвращался домой из студии и они с Йоко подъехали к дому “Дакота”, кто-то пять раз выстрелил ему в спину. Он умер в приемном покое больницы Святого Луки – Рузвельта.

Первая публичная реакция Джорджа продемонстрировала его врожденную бестактность во всей красе: он рассказал, что, когда Оливия разбудила его с этой новостью, он повернулся на другой бок и снова заснул. “А когда я проснулся, это все еще было правдой”. Конечно, надо сделать поправку на шок; даже Пол, обычно безукоризненно точный в выборе слов, сказал телевизионному репортеру, что для него это был “облом”.

По настоянию Дерека Тейлора Джордж выпустил более взвешенное заявление, однако оно все еще звучало до странности безлично. “После всего, через что мы прошли вместе, я всегда очень любил и по-прежнему люблю и уважаю [Джона]. Я потрясен и ошеломлен. Лишить жизни – величайшее лишение в жизни. Беспрестанное вторжение в личное пространство других людей доводится до крайности, когда применяется оружие. Возмутительно, что люди имеют возможности отнимать жизнь у других, хотя явно не навели порядок в собственной жизни”.

В то Рождество и еще долго после него сингл “(Just Like) Starting Over” и другие треки Джона с Double Fantasy возглавляли чарты по всему миру. А осознание того, что теперь Beatles уже никогда не смогут воссоединиться, высвободило вторую волну битломании, которая больше никогда уже не утихнет.

Для Джорджа траур был дополнительно омрачен еще одним неприятным сюрпризом. В январском номере журнала Playboy за 1981 год было опубликовано пространное интервью, которое Джон дал в прошедшем сентябре, где он несколько раз упоминал Джорджа – в тоне от уничижительного до снисходительного. All Things Must Pass, его признанный шедевр, был, по мнению Джона, “нормальным”, просто “слишком уж затянутым”. Он добавил то, что Джордж уже и сам раньше признавал: судебного иска о плагиате “My Sweet Lord” легко можно было избежать, изменив пару нот, [но] “возможно, он надеялся, что Бог его как-нибудь да выручит”.

Причина этих нападок вскоре стала ясна – это была книга I Me Mine. “Он частным образом издал книгу о своей жизни, в которой я красноречиво отсутствую, то есть я в его жизни был ноль без палочки… На самом деле Джордж относился ко мне как юный пацан к старшему парню… и я думаю, он затаил на меня обиду за то, что я был как папаша, который ушел из дома… Я просто вычеркнут, как будто меня не существовало”.

На самом деле Джон упоминается в книге десять раз (и присутствует на семи фотографиях), но простые упоминания не могли смягчить его обиду на неблагодарность, которую он ощущал. Джон вспоминал, как Джордж попросил его помочь со словами к “Taxman” – “одной из его лучших песен”, – и он помог, “потому что так долго были только Джон и Пол” (монополизировавшие сочинительство Beatles). При этом он испытывал угрызения совести из-за того, что Джорджу почти не доверяли ведущий вокал и обычно он “исполнял песни, которые я выбирал для него из тех, что обычно играл на танцах… те, что проще спеть”.

“[Джон] досадовал на меня за то, что я не сказал, что он написал одну строчку в «Taxman», – скажет в ответ Джордж (хотя лишь много времени спустя). – Но ведь я также не стал упоминать, что я написал две строчки в «Come Together»… или три строчки в «Eleanor Rigby». Я думаю… у меня нашлось бы больше поводов придраться к нему, чем наоборот”.

Каким бы несправедливо обиженным ни чувствовал себя Джордж, в своем альбоме 1981 года Somewhere In England он попытался загладить вину, посвятив Джону песни “All Those Years Ago”. Обращаясь непосредственно к Леннону, он пел правильные слова: “Я всегда на тебя равнялся” (почти точная цитата Джона из интервью Playboy), “с тобой обращались как с собакой” (имея в виду нападки прессы в ходе его кампаний по борьбе за мир в шестидесятые) и “Ты представил себе все это, но у немногих были уши”.

Вопиющим изъяном песни – возможно, признак смешанных чувств, когда он ее сочинял, – был жизнерадостный быстрый темп, больше подходящий для занятий аэробикой, чем для надгробного слова. Тем не менее она дала ему его первый хитовый сингл за долгие годы – номер 2 в Америке и 13 в Британии (что Джон мог бы добавить к своему списку обид на том свете).

С этого момента убийство перестало быть опасностью, которая угрожает лишь королевским особам и политикам, или следствием рационально понятной ненависти. Убийца Джона, Марк Дэвид Чепмен, был одержимым фанатом Beatles, которому Джон за несколько часов до убийства подписал альбом и который смутно ощущал себя “преданным” в мире, в котором больше не было Beatles. Подобные собственнические чувства были обычны в среде фанатичных битломанов, хотя никогда не доходили до столь ужасающей крайности.

Дело вполне могло этим не закончиться. Сразу после трагедии Джордж тоже получил угрозу убийством от еще одного похожего субъекта из Америки, сообщившего, что он уже и пистолет купил для этой цели. Субъект был позже задержан полицией в Балтиморе, штат Мэриленд,