Выжить и Заработать - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Едкое и вонючее, едкое и вонючее… На полке скучал вишневый сок «Моя Работа», самый дешевый, тот, который по химозности перебивает бензоколонку. Идет. Рядом энергетик «Flash», кислотность у него такая, что банка изнутри, по-моему, плачет. Тоже берём.

Для верности я плеснул уксуса из бутылки с надписью «столовый 9%», потому что если уж растворять, то с гарантией.

Все это я слил в пластиковый стакан на пол-литра. Бурда получилась цвета заката над промзоной. Пахла соответственно.

Комок плоти отправился в стакан.

Плюх. Штука опустилась на дно, полежала… и начала растворяться. Медленно. Позорно медленно, по краешку, как сахар в холодном чае.

— Да что ж ты будешь делать…

— Денчик! — оживился Толик. — А давай толянухи плеснем! Столовую ложку! Для пикантности! Мой рассол, он, знаешь, любую химию разгоняет! Рейвер вон попробовал и…

— И умер, Толик.

— Не от рассола же! Рассол ему понравился! Он сказал «событие»!

— Нет. Я не буду добавлять в коктейль для древней милфы жидкость, в которой ты… э-э-э… живешь. Это негигиенично даже по меркам этой ночи.

И тут в дверь очень вежливо постучали. Три раза. Костяшками.

Я поднял глаза к ночному окошку и увидел ее.

Многозубая стояла за бронестеклом во всей красе: алый плащ, вишневые губы, скулы, об которые можно точить ножи. Поймав мой взгляд, она мило улыбнулась. Во все пятьдесят зубов, которые блеснули в свете УФ-ламп, как витрина ювелирного.

И помахала мне ручкой. Игриво так, перебирая пальчиками.

Я натянул ответную улыбку. По ощущениям, получился оскал утопленника, но я старался. Жестами показал: одну минуточку, сейчас подойду, у нас тут переучет.

И нырнул за прилавок, вне поля ее зрения.

— Толик, — прошептал я. — Ладно, ты прав. Где там ложка…

— О-о-о! — банка аж завибрировала от гордости. — Другой разговор! Заходи, черпай! Только укроп не тронь! У меня с ним отдельный разговор…

Столовая ложка мутного рассола отправилась в стакан. И дело сразу пошло как по маслу!

Бурда зашипела. Тихо, ровно, с каким-то причудливым отливом: по поверхности побежали зеленоватые искорки. Комок плоти на дне растворялся на глазах, таял, как кусок масла на сковородке. Пульсация замедлилась и стихла. Тихий плач тоже.

Я усилием воли отправил и этот факт в нижний ящик головы.

Через полминуты в стакане плескалась однородная жидкость глубокого гранатового цвета. И пахла она… неожиданно приятно. Вишней, специями и почему-то грозой. Ни намека на хтонь, уксус или, упаси боже, Толика.

— Ну⁈ — гордо булькнула банка. — Что я говорил? Толянуха — это скрепа! Это основа любого купажа!

— Толик, ты сегодня заслужил пива в рассол, — я кивнул совершенно искренне.

— Запиши на мой счет! То есть на свой! Короче, ты понял!

Для завершения образа не хватало детали. Коктейльного зонтика в ассортименте «Продуктов 24» отродясь не водилось, поэтому я взял с витрины «Чупа-Чупс» с колой и воткнул его в стакан палочкой вниз. Красный шарик закачался над гранатовой поверхностью, как поплавок.

Готово. Коктейль «Веретейский тупик». Подача авторская, послевкусие, надеюсь, летальное.

Я поставил стакан под прилавок, рядом с банкой Толика («Слышь, а чего это оно на меня смотрит?» — «Оно не смотрит, Толик, у него нет глаз». — «У меня тоже много чего нет, но я же смотрю!»), стянул перчатки и пошел к двери.

Многозубая ждала. Терпеливо, не выказывая раздражения, что само по себе настораживало. Дождь стекал по ее алому плащу, не смачивая ткань, капли просто скатывались, как с раскаленной сковороды.

— Доброй ночи, сударыня, — сказал я в переговорную решетку. — Рад видеть постоянного клиента.

— Взаимно, мой хороший, — промурлыкала она. — Какая насыщенная у тебя смена. Столько гостей, столько событий.

Ее янтарные глаза смотрели мимо меня. Она глядела через мое плечо, в глубину зала. Туда, где между стеллажами, раскинув руки в кружевных перчатках, лежало неподвижное тело в зеленом дождевике.

— Проветриваете зал? — светски осведомилась она.

— Плановая уборка.

— Понимаю. — Улыбка стала шире, зубы во втором ряду тоже решили поучаствовать. — Милый, пусти-ка меня внутрь. Я хочу воспользоваться услугой «Ночной приют». Погода нынче отвратительная, а у тебя тут так… уютно.

Формально придраться было не к чему: дождь лил стеной, метеоусловия соответствовали. Но правила есть правила, и они сегодня были единственным, что стояло между мной и тремя рядами зубов.

— Конечно, — сказал я. — Только сначала нужно пройти проверку по временным правилам. Ничего личного, регламент. Подышать на стекло, поморгать, вытереть ноги…

Она рассмеялась. Мягко, грудью, и от этого смеха у меня заныли пломбы.

— А зачем, солнышко?

Янтарные глаза встретились с моими, и взгляд ее вдруг стал теплым. Ласковым. По-матерински ласковым, как у мамы, которая несет ложку «за папу» и не примет отказа.

— Не бойся, — нежно сказала Многозубка. — Больно не будет.

[БАЗА ДАННЫХ ТЕРМИНАЛА: СКРЫТЫЙ АРХИВ]

ДОСЬЕ СИСТЕМЫ: ОБЪЕКТ #042-RED

Кодовое имя в базе: «Алая Сударыня» / «Многозубая Улыбка»

Условное прозвище (от персонала): «Многозубая», «Красная Шапочка для взрослых», «Мечта стоматолога».

Штраф за неправильное обслуживание — ампутация головы кассира (вычет из зарплаты не производится в связи со смертью материально-ответственного лица).

ВНЕШНИЙ ВИД И ПУБЛИЧНАЯ ФОРМА

Выглядит как мечта любого московского мажора, помноженная на бюджет небольшого европейского государства. Идеальная фигура, скулы, о которые можно точить ножи,

губы цвета переспелой вишни (или свежей артериальной крови).

Одежда: Неизменный алый плащ идеального кроя. (Примечание сканера: Материал плаща не идентифицирован. Отторгает воду, грязь и ультрафиолет. Предположительно, соткан не на ткацком станке, а выращен).

Под плащом — черный топ и два упругих аргумента, из-за которых стажеры забывают должностные инструкции.

Ольфакторный фон: Тяжелый, гипнотический аромат дорогих нишевых духов, на дне которого всегда отчетливо свербит запах старой меди, ржавчины и крови.

Аномальные маркеры:

Глаза. Радужка цвета плавящегося янтаря, зрачки способны менять форму с человеческой на вертикальную «кошачью». При зрительном контакте вызывают эффект паралича (гипноз хищника).

Ротовой аппарат. Способен к неанатомическому расширению (эффект «змеиной челюсти»). Содержит от 3 до 5 рядов полупрозрачных игловидных зубов, уходящих глубоко в глотку.

Физическая сила: Экстремальная. Способна поднять 75-килограммового логиста одной левой за воротник жилетки, даже не сбив дыхание.

ПОКУПАТЕЛЬСКИЕ ПРЕДПОЧТЕНИЯ

«Леденцы красные» из Нижнего Ящика. (Кристаллизованный гемоглобин? Застывшие эритроциты? Директор отказывается комментировать состав, ссылаясь на коммерческую тайну). Хрустит ими, как стеклом.

Сигареты «Полночь Вавилона».

Токсичный квас (в подарочной таре). Жидкость, разъедающая всё живое, используется ею