После нас - Катерина Затула

— Именно так, — подтвердил Никита.

Родин едва заметно улыбнулся, но смотрел по-прежнему на меня.

— Если тебе понадобится помощь — с изданиями, журналистами или юристами, — позвони. Такие вещи можно прекратить довольно быстро.

Ответить я не успела.

— Помощь ей не понадобится, — спокойно произнёс Никита. — Я уже всё решил.

Сергей повернул к нему голову.

— Никита, я вообще-то спросил Катю.

— А я тебе ответил.

Голос Никиты остался ровным, почти вежливым. Только ладонь на моём бедре стала тяжёлой, а пальцы медленно сжались. Прекрасно. Ещё немного — и мне придётся разливать вино между двумя взрослыми мужчинами, решившими выяснить, кто из них лучше способен управлять моей жизнью.

Родин несколько секунд выдерживал его взгляд, затем снова посмотрел на меня.

— Предложение в любом случае остаётся в силе. Номер остался тем же.

Внешне Никита оставался совершенно спокойным. Но я слишком хорошо его знала. Неподвижное лицо, тяжёлая ладонь на моём бедре и неестественно ровный голос означали только одно: Азаматов был в бешенстве. Родин не просто напомнил о прошлом. Он предложил мне помощь, попросил позвонить напрямую и между делом уточнил, что его старый номер по-прежнему действует. Никита прекрасно понял: когда-то я уже знала этот номер и могла пользоваться им без всяких формальностей.

— Спасибо, Серёжа, — сказала я прежде, чем Никита успел что-то добавить. — Буду иметь в виду.

На скуле Азаматова дёрнулась мышца.

— И поздравляю с дочерью, — продолжил Сергей. — Жаль, что узнал о ней так же, как все остальные. Судя по фотографиям, у тебя растёт удивительно красивая девочка. Тебе идёт быть мамой.

— У нас, — холодно поправил Никита. — Это наша дочь.

Замечание прозвучало настолько не к месту, что я медленно повернула к нему голову. Родин же ничуть не смутился. Лишь перевёл взгляд на Никиту, и в уголках его глаз появились едва заметные морщинки.

— Я знаю, Никита. Именно поэтому и говорю: у вас получилась очень красивая дочь. Взяла лучшее от обоих.

— Спасибо, — ответила я, с трудом удерживаясь от улыбки.

Ладонь Никиты по-прежнему лежала на моём бедре. Теперь уже не просто касаясь — заявляя права собственности на меня, Алису и, вероятно, весь стол вместе с рестораном. Сергей спокойно встретил его взгляд.

— Никита, похожа на тебя.

Уголок губ Никиты едва заметно дрогнул. Даже ревность не могла полностью перекрыть удовольствие от очередного подтверждения сходства с Алисой.

— Очень, — согласился он.

— Надеюсь, характером в Катю.

— С характером там всё в порядке, — сухо произнёс Никита.

Родин тихо усмехнулся. Знакомый низкий смех вызвал странное ощущение. Не тоску и не желание вернуть прошлое. Скорее удивление от встречи с человеком, занимавшим когда-то достаточно большое место в моей жизни, а затем почти бесследно из неё исчезнувшим. Сергей посмотрел на руку Никиты, по-прежнему лежавшую на моём бедре, затем снова на меня.

— Значит, вас можно поздравить?

Сердце неприятно толкнулось о рёбра. Вопрос был совершенно естественным. Мы сидели вдвоём в ресторане возле его дома. Никита только что сообщил, что я вернулась навсегда, назвал Алису нашей дочерью и держал меня так, будто опасался, что Сергей может забрать прямо из-за стола. Любой человек сделал бы тот же вывод. Я почувствовала взгляд Никиты, но повернуться к нему не смогла.

— Нет, — слишком быстро ответила я. — Нас не с чем поздравлять. Мы не женаты.

Слова прозвучали слишком быстро. Значительно быстрее, чем требовал простой вопрос. Лицо Родина почти не изменилось. Только в глазах появилось что-то похожее на осторожное понимание.

— Я не совсем это спрашивал, — мягко произнёс он. — Я имел в виду, вы вместе?

Я застыла. Щёки мгновенно обдало жаром. Прекрасно, Аверина. Человек задал простой вопрос об отношениях, а ты немедленно сообщила, что Азаматов до сих пор на тебе не женился. Ещё и таким тоном, словно только об этом и мечтаешь. Какое унижение. Жалуюсь бывшему любовнику на нынешнего, который поселил меня у себя, трахает на всех доступных поверхностях, но по-прежнему держит в неопределённом статусе. В горле болезненно сжалось. Ещё немного — и я действительно расплачусь прямо за столом, окончательно превратив вечер в фестиваль женского достоинства.

— Да, — твёрдо произнёс Никита. — Мы вместе.

Я наконец повернулась к нему. Он смотрел на Родина спокойно и прямо, не оставляя ни ему, ни мне возможности истолковать ответ иначе. Ладонь медленно прошлась по моему бедру, словно одновременно успокаивая меня и подтверждая собственные слова. На моё идиотское «мы не женаты» Никита, кажется, вообще не обратил внимания. Не усмехнулся, не посмотрел выразительно и не спросил, с чего вдруг речь зашла о браке. Слава богу. Возможно, в этот раз вселенная решила не добивать меня окончательно.

Затем Никита откинулся на спинку кресла. Его лицо стало совершенно невозмутимым. Настолько, что облегчение мгновенно испарилось. Мне немедленно захотелось оказаться как можно дальше и от ресторана, и от обоих мужчин.

— Сергей Викторович, — негромко произнёс он.

Всего лишь имя и отчество. Но предупреждение прозвучало отчётливее, чем если бы Азаматов открыто приказал ему замолчать. Родин несколько секунд выдерживал его взгляд, затем слегка кивнул.

— Не моё дело.

— Именно.

Я сжала губы. Прекрасно. Два взрослых мужчины обсудили мою жизнь, обменялись территориальными сигналами и самостоятельно закрыли тему. Родин снова посмотрел на меня.

— В любом случае рад тебя видеть, Катя.

— Я тоже рада.

И это была правда. Сергей никогда не причинял мне боли. Относился с заботой и почти трепетной нежностью, ничего не требовал и всегда старался защитить. Он даже был готов жениться на мне. Просто к тому времени у него уже была целая прожитая жизнь: первый брак, взрослые дети, сложившиеся привычки и прошлое, занимавшее слишком много места. А мне было двадцать пять. Я хотела не вписываться в чужую семью, а создать собственную — с детьми, общим домом, первыми праздниками и будущим, которое мы начали бы строить вместе. Тогда я, разумеется, ни за что не призналась бы в подобных банальных мечтах даже самой себе.

Теперь я хотела от Никиты именно этого. Только по-прежнему не знала, хотел ли он того же — или ему было достаточно женщины в своей постели, дочери в соседней комнате и удобного семейного «почти».

Сергей ещё долго смотрел на меня, словно догадывался, куда именно успели увести меня собственные мысли. В его взгляде промелькнула знакомая