Журнал «Юность» №02/2026 - Журнал «Юность»

Надя. Давай я сяду на отказы? Паша. Ты же ненавидишь отказы. Надя. Мне кажется, мне понравится.

Сцена 5

Надя пересаживает цветы. Она стоит на кухне, вся в земле, вокруг нее выкорчеванные растения. На улице гудит сирена. Надя пересаживает цветы. Сирена замолкает, начинает работать автомобильная сигнализация.

Фрагмент 3

Один день была перекрыта улица, и всё. А рядом с улицей – большой торговый центр, он работал, и не было никаких ограничений. С другой стороны – а что они, эти ограничения? Я попыталась пойти домой по обычной дороге, а там сидят два парня и говорят мне, что пройти нельзя. Я растерлась, спросила: «А как мне попасть домой?» Хотя понятно было, что просто другой дорогой. «Берегите себя», – сказали они мне. Я пообещала, что буду, но я не знаю, как это сделать. Хотя нет. Знаю.

Сцена 6

Надя сидит на кухне, смотрит на пересаженный цветок. По коридору ходит Денис, он собирает и выносит вещи. Надя никак не участвует в этом процессе. Денис заходит на кухню и внимательно смотрит на Надю.

Денис. Как человек за пару дней может стать такой сукой?

Надя. Не знаю. Может, я всегда и была сукой. Денис. Ты понимаешь, что я сейчас уйду и не вернусь?

Надя. Конечно, понимаю. Я в себе, Денис. Денис. Я не понимаю, что случилось.

Надя. Может быть, тебе это со Светой попробовать обсудить?

Пауза.

Денис. При чем тут Света?

Надя. Ты закончил?

Денис. Надя, я не хочу тебя терять.

Надя. Не забудь оставить ключи.

Фрагмент 4

Получается, что твоя жизнь тебе не принадлежит. И ты реально никогда не знаешь, что произойдет с тобой в следующий момент – и вроде бы всегда знала об этом, но, когда наконец-то сталкиваешься не со знанием, а именно с пониманием этого обстоятельства, становится жутко и плохо. И все твои ритуалы, работы, любови, друзья – какой во всем этом смысл? С другой стороны, кроме этого и нет ничего. Но сколько в этом по-настоящему твоего? Наверное, это единственный по-настоящему важный вопрос. По крайней мере, для меня. Сейчас.

Сцена 7

Надя сидит с Женей на балконе. На улице бушует дождь.

Надя. Реально похоже на апокалипсис.

Женя. Красиво.

Надя. Да.

Женя. Я в ноябре, наверное, уеду.

Надя. До ноября еще надо дожить.

Пауза.

Женя. Я хочу тебя поцеловать.

Надя. Я тоже хочу, чтобы ты меня поцеловал. Но я не уверена, что это хорошая идея.

Женя. Почему?

Надя. Ну, знаешь, апокалипсис. Непонятно, сколько в этом желании желания, а сколько страха.

Женя. Можем подождать.

Надя. А мы не опоздаем?

Женя. Может, и опоздаем. С другой стороны, куда теперь торопиться.

Надя обнимает Женю за плечи, Женя обнимает Надю. Дождь очень сильный, через открытые окна он заливает пол балкона и попадает на их голые ступни. Им холодно, но очень приятно.

Конец

Воронеж, июль 2025 года

Татьяна Млынчик

Родилась в Ленинграде в 1987 году. Писательница, автор романов «Необитаемая» (2024) и «Ловля молний на живца» (2021), ведущая подкаста «Два авторских». Рассказы публиковались в «Дружбе народов», «Прочтении», «Незнании», других литературных журналах.

Стеклянный парик

Сосулька пролетела прямо у Веры перед носом и впилась в сугроб. Но даже попади она Вере в макушку, та не заметила бы: так сильно спешила на встречу с командой. Редакция литературного журнала «Сологуб» собиралась в бистро на улице Некрасова. Возможно, чуть более изысканном, чем могла себе позволить редакция иного литературного журнала. Вера специально выбирала такие места. Ей казалось, деликатесные блюда и разноцветные коктейли в изящных бокалах выступят дополнительным способом отблагодарить ребят, ведь постоянных зарплат предложить им она не могла. На входе Вера стряхнула с волос колючую снежную пудру, у нее забрали куртку и проводили за столик у окна, круглый, под бархатным розовым абажуром. Там оживленно беседовали двое: литературный редактор Витя и редактор отдела публицистики Анжела. Вера заняла место, опустив на стол серебряный ноутбук.

– Сашки нет? – приветливо спросила она.

– Похоже, в снегу застряла. – Витя кивнул на окно. – Пишет, что опаздывает.

– Меня чуть сосулькой не убило, – подхватила Вера. – Уже заказали?

– Я салат, – сказала Анжела. – А Витька по напиткам вдарил. – Она указала на пузатый бокальчик с темно-красной жидкостью.

– Выяснилось, что тут наливают настоящий порто. – Витя сделал небольшой глоток.

Вера подумала: может, сразу бутылку, и так поздравить их с наступающими праздниками?

Витю она привлекла к сотрудничеству в «Сологубе» еще до основания издания. Вообще-то в идее собрать литературный журнал она утвердилась, именно когда Витя, которого она не знала лично и номер которого раздобыла через знакомых, с лету ответил, что готов вписаться в проект. Он был литературоведом, вел почти десятитысячный канал о современной прозе, мелькал на лекциях, сборищах и казался Вере довольно неприступным. Такие пишут диссертации в Пушкинском доме и чураются DIY-изданий с дизайном в швейцарском стиле, которое замыслила Вера. Но оказалось, канал не приносил почти никакой прибыли, зарплата в универе была смешной, а гонорары за лекции – хаотичными. Витя явно заинтересовался Вериной идеей. У нее были небольшие накопления, отложенные с зарплаты на постоянной работе в строительной компании. Их Вера пустила на разработку дизайна, сайт, а остаток отложила на первые несколько гонораров. Работать журнал должен был на основе платной подписки, донатов, а в будущем, возможно, рекламных проектов и инвестиций, которые Вера рассчитывала привлечь. Но, как и большинство подобных проектов, «Сологуб» двигался на энтузиазме команды, всеобщей приверженности литературе. Вера предупредила ребят, что первые полгода она сможет выплачивать гонорары, а дальше все будет зависеть от источников финансирования, которые пока непонятны. И все согласились. Анжела была замужем за айтишником и сказала, что на нее вообще можно не тратиться. Еще в команде был дизайнер Артем, живший в Ульяновске, и юная аспирантка Саша, которую сейчас все и принялись ждать. Веру злила эта проволочка, и она нетерпеливо листала винную карту. Сейчас ее интересовало только обсуждение итогов опен-колла, конкурсного отбора рассказов, который «Сологуб» объявил два месяца назад. Вслепую были выбраны пять рассказов, которые предстояло опубликовать в первом бумажном номере.

– На днях столкнулся с Дашевским из «Белых ночей», – сказал Витя. – Поведал ему про наш слепой отбор. Так дед расхохотался. Сказал, мы чудики. Им и в голову подобное не приходило.

– Конечно, – буркнула Вера. – «Белые ночи» ведь публикуют одних друзей Дашевского.

– Да я