Брежнев. Золотой век правления - Вячеслав Вячеславович Огрызко

дали лишь краткосрочный эффект, а страну досыта мясом и молоком так и не накормили. Почему? Из-за частых погодных аномалий? Или власть выделила мало денег? Или большая часть этих денег не дошла до села? Конечно, перекосы в распределении финансов были. И воровство тоже имело место. Но Брежнев и прогрессивная часть аппарата, готовившая решения мартовского пленума, не учла другого – происшедших за последние десятилетия изменений в психологии сельских жителей. В стране, по сути, исчез класс частных собственников, в том числе и земли. Под корень были выбиты в сёлах крепкие крестьянские хозяйства. А в местное начальство прорвалась не умевшая пахать завистливая голытьба. Вернуть же за один день миллионам бывших крестьян вкус к земле оказалось делом нереальным.

5

На мартовском пленуме Брежнев продолжил кадровое обновление. Во-первых, он усилил правительство. В частности, из Минска в Москву был переведён Кирилл Мазуров: он стал первым зампредом Совмина СССР и одновременно членом Президиума ЦК. Во-вторых, Брежнев пополнил Секретариат ЦК за счёт давно ему знакомого Дмитрия Устинова, дав ему в придачу статус кандидата в члены Президиума ЦК. И, в-третьих, он наконец определился с двумя доставшимися ему от Хрущёва кадрами – секретарями ЦК Леонидом Ильичёвым и Виталием Титовым. Первого он удалил в Министерство иностранных дел, дав ему должность девятого или десятого замминистра и поручив курировать ведомственный архив (вопросы же пропаганды были переданы в ведение Петра Демичева), а второго направил в Алма-Ату вторым секретарём ЦК Компартии Казахстана, на подмогу Кунаеву.

Мартовский пленум побудил Брежнева задуматься и о распределении обязанностей в высших партийных органах, и прежде всего – в Секретариате ЦК. Он видел, как обострились отношения между Подгорным и Шелепиным. И тот и другой хотели контролировать кадры, и оба метили на место второго секретаря ЦК. Но Брежнев никому не собирался отдавать предпочтение.

Что он сделал? С одной стороны, Брежнев уступил настояниям Шелепина и поручил ему наблюдение за Отделом партийных органов ЦК, но не позволил тут же внести кандидатуры на освободившееся после перевода Титова в Алма-Ату место главного партийного кадровика. Объяснение было такое: надо сначала разработать новую структуру аппарата ЦК, а потом проводить назначения. Определённая логика в этом была. Но кому Брежнев дал задание подготовить предложения по реорганизации центрального партаппарата? Не Шелепину, а Подгорному.

В свою очередь, Подгорный попытался всех обхитрить. Он стал разрабатывать новую структуру аппарата под себя, рассчитывая продвинуть на должности заведующих реформированными отделами прежде всего свою клиентуру и тем самым расширить своё влияние в Кремле. Но лидер партии его быстро раскусил. Поэтому он, не дожидаясь внесения новой структуры аппарата ЦК, 29 апреля 1965 года провёл распределение обязанностей среди секретарей ЦК. Правда, специального постановления Президиум ЦК по этому вопросу не принимал. Тем не менее в протоколах его заседания чёрным по белому прописано, кто и что должен курировать. Читаем документ:

«Условились о следующем: 1. Тов. Брежнев Л.И. – общее руководство и Административный отдел ЦК КПСС и пока сельское хозяйство. 2. Тов. Подгорный Н.В. – лёгкая, пищевая, текстильная промышленность и финансово-плановые органы. 3. Тов. Суслов М.А. – Внешнеполитическая комиссия. 4. Тов. Шелепин А.Н. – партгосконтроль, наблюдение за парторганами. 5. Тов. Устинов Д.Ф. – оборонная промышленность и химия. 6. Тов. Рудаков А.П. – тяжёлая промышленность и транспорт. ‹…› 8. Тов. Пономарёв Б.Н. – Международный отдел. 9. Тов. Андропов Ю.В. – Отдел ЦК и вопросы СЭВ» (РГАНИ, ф. 3, оп. 22, д. 15, л. 94).

Здесь следовало бы обратить внимание на то, в каком порядке перечислялись секретари ЦК: не в алфавитном. По сути, кто-то уже тогда выстроил определённую иерархию. Понятно, что первым шёл Брежнев. На втором месте стоял Подгорный. А далее – Суслов и Шелепин. Все эти четыре секретаря входили также и в Президиум ЦК.

Что удивляло в этом списке? Отсутствие секретаря ЦК Демичева. Неужели кто-то его позабыл?

Ещё один момент. Из данного списка неясно было, кому Брежнев поручил курировать агитпроп и Общий отдел, а они ведь относились к ключевым подразделениям.

После того как Брежнев назначил кураторов отделов ЦК, стало ясно, что Подгорный уже не смог бы перекроить структуру аппарата ЦК исключительно под себя. Ему предстояло все свои намётки в обязательном порядке согласовать со всеми другими секретарями ЦК и учесть и их интересы.

Первый вариант новой схемы Подгорный вынес на обсуждение Секретариата ЦК 2 мая 1965 года. Коллеги сделали по его проекту немало замечаний. Исправленный вариант структуры центрального партаппарата Президиум ЦК утвердил лишь 13 мая.

Если старая схема включала шестнадцать отделов ЦК, Управление делами ЦК и парткомиссию ЦК (это не считая подразделений, подведомственных Бюро ЦК КПСС по РСФСР), то в новую вошли двенадцать отделов. Изменения коснулись в первую очередь бывшего Идеологического отдела. Он разукрупнялся. На его базе было решено воссоздать три ранее существовавших подразделения: отделы пропаганды и агитации, науки и учебных заведений, а также культуры. Разукрупнению подлежал и Отдел лёгкой, пищевой промышленности и торговли. Вместо него образовывались два отдела: один – лёгкой и пищевой промышленности и другой – торговли и бытового обслуживания. Кроме того, из Отдела тяжёлой промышленности выделялся в отдельное подразделение бывший сектор плановых и финансовых органов. Изменения затрагивали также органы партийного управления химической промышленностью. Вместо упразднённого в конце 1964 года Бюро ЦК по химической промышленности должен был появиться соответствующий отдел ЦК (до этого имелся Отдел химической промышленности ЦК по РСФСР).

Одновременно Президиум ЦК упразднял Отдел ЦК по промышленности, перерабатывающей сельхозсырьё, и Отдел ЦК по экономическому сотрудничеству с социалистическими странами, а также ликвидировал во всех отделах ЦК подотделы (но сохранял секторы) и инспекторские группы (исключение было сделано для Отдела оргпартработы ЦК).

Многие в партаппарате понимали, что новая схема аппарата ЦК – временная. Она должна была просуществовать до намеченного на весну 1966 года XXIII партсъезда. Так не проще ли было подождать до этого форума и не городить огород? Нет. Не проще. Брежневу понадобилась новая структура аппарата ЦК для скорейшего избавления от одиозных и нелояльных ему функционеров и укрепления отделов ЦК своими людьми (иначе его бы опередили Подгорный и Шелепин, а может, и Полянский).

В первую очередь кадровые перемены затронули бывший Идеологический отдел ЦК, которым ранее в ранге секретаря ЦК руководил Леонид Ильичёв. И смотрите, как поступил Брежнев. Он учёл интересы разных сторон, в том числе и свои. На воссозданный Отдел культуры ЦК был возвращён профессионал Дмитрий Поликарпов, которого когда-то выдвинул на руководящую работу Андрей Жданов. И это устроило как ортодоксов, так и либералов, ибо Поликарпов, во-первых, всех хорошо знал, как его также хорошо знала и художественная среда, и, во-вторых, он уже давно не бросался в крайности. В агитпроп же вернулся, но в новом качестве Владимир Степаков, в ту пору ориентировавшийся прежде всего на секретарей ЦК Шелепина и Демичева (Брежнев понимал, что эту влиятельную группу партаппаратчиков пока обижать нельзя – во избежание создания в аппарате протестных настроений, направленных лично против него). В первые же замы Степакову был определён Александр Яковлев, до этого руководивший в агитпропе сектором радио и телевидения. А кого Брежнев направил в третий отдел – науки и учебных заведений? Уже человека из своего окружения: Сергея Трапезникова, с кем судьба свела его ещё в Молдавии. Да, Первому секретарю ЦК некоторые люди нашёптывали, что Трапезников – ретроград, сталинист, душитель свобод и прочее. И это во многом было правдой. Но Брежнев исходил из другого. Во-первых, Трапезников ещё с молдавской поры был лично ему предан. Во-вторых, Брежневу нужен был человек, который мог бы приглядывать за всеми идеологическими подразделениями ЦК и своевременно информировать его о переменах в настроении аппарата. Что же касалось ортодоксии Трапезникова, то Брежнев не сомневался: секретарь ЦК Демичев при желании всегда мог бы заведующего Отделом науки ЦК поправить в нужном духе.

Из других структурных и кадровых новаций нового партруководства следовало бы отметить выделение из Отдела тяжёлой промышленности ЦК направления, связанного с Госпланом и деньгами (за которое при Хрущёве отвечали всего пять сотрудников ЦК). Брежнев согласился, что пришло время создания специального Отдела плановых и финансовых органов ЦК как минимум из 12–15 человек. Контроль за этой структурой