Танго над бездной. Эскалации - Александр Гельевич Дугин

Александр Дугин. Чтобы понять позицию Трампа, нужно взглянуть на его текущую ситуацию – отсюда и ответ на ваш вопрос. Во-первых, если наши слушатели внимательно следят за нами, они, вероятно, помнят мою книгу – «Революция Дональда Трампа». В многочисленных статьях я писал о движении MAGA, которое представляет собой полную противоположность идеологии коллективного Запада. Это не либералы, не прогрессисты, не глобалисты, не сторонники интервенций или гегемонии. На волне этого движения, опирающегося на огромный сегмент американского общества – простых американцев, – Трамп пришел к власти. Если бы он твердо следовал этому курсу в течение первых месяцев у власти, мы бы рассматривали его встречу с лидерами Евросоюза и Зеленским в одной плоскости.

Но несколько месяцев назад, начиная с двенадцатидневной войны Израиля с Ираном, событий в Газе и публикации списков Эпштейна, он так далеко отошел от MAGA, что многие его сторонники заявили: «Трамп не наш, он предал нас, он – часть глубинного государства». Казалось, он использовал нашу борьбу с глобалистами, сам будучи их частью. Однако любопытно, что те же инфлюенсеры MAGA – люди с десятками, а то и сотнями миллионов подписчиков, включая Илона Маска, одного из ключевых носителей идей MAGA, – сменили тон. Они говорят: «Аляска – это то, чего мы ждали. Аляска – это возвращение Трампа к MAGA, к тому, кто против интервенций, не поддерживает украинский режим и сосредоточен на внутренних проблемах Америки». Это своего рода возвращение Маска к MAGA. Но вопрос: надолго ли? Серьезно ли? Ведь Трамп уже отрывался от MAGA, и в какой-то момент казалось, что он – марионетка международного глубинного государства, актер, нанятый для продвижения политики неоконсерваторов. Теперь же Трамп демонстрирует независимость.

Картина такова: Трамп действует сам по себе. Он уже не вполне MAGA, но учитывает их интересы, поскольку это его ключевая электоральная база. При этом он не только не неоконсерватор – они требовали не встречаться с Путиным на Аляске, не приглашать его, не давать легитимности, а если и встречаться, то на унизительных для русской делегации условиях. Трамп проигнорировал эти требования, перешагнул через них.

Но не стоит забывать, что приехавшая делегация – это не просто лидеры суверенных государств, таких как Франция, Англия, Германия, Италия, – это, по сути, глобалистский клуб, враги Трампа, ненавидящие его. К этому добавляются Демократическая партия и американские СМИ, которые отвергают Трампа, используя против него все, что он делает. Есть и оппозиция внутри Республиканской партии – ее ядро, которое категорически против перемирия или мира с Россией.

Таким образом, Трамп находится в крайне неопределенной ситуации. MAGA – уже не та сила, на которую можно полностью опереться – она не смогла повлиять на Трампа по принципиальным вопросам. Если сейчас они вновь его поддерживают, то лишь потому, что он сделал шаг навстречу на саммите с Путиным. Однако в его партии есть мощные силы, выступающие против этого и поддерживающие Зеленского и Евросоюз. Есть огромная масса демократов – половина населения и американского истеблишмента, – стремящихся сорвать переговоры с Россией. Есть европейские лидеры-глобалисты и, наконец, эта мелкая фигура, «чекушка» Зеленский, которой можно было бы пренебречь, но которая все же может сыграть свою роль.

Итак, Трамп – лидер Америки, основа коллективного глобалистского Запада, формально начальник тех, кто к нему приезжает. Но он – первый среди равных, король, а не начальник, отдающий приказы подчиненным. Он не может просто сказать: «Делайте так». Вассалы – не сотрудники; их верность нужно покупать, предлагая что-то взамен. Это отношения вассалитета. Трамп, безусловно, сюзерен, но эти вассалы принадлежат особому ордену глобалистов с собственной идеологией и ложей.

Победа над ними по вопросу политики в Иране не означает, что они признали его легитимность. Он король, но не магистр ордена. Магистром может быть Сорос, Обама или кто-то еще, как в Средневековье. У Трампа есть ограничения: формально он король Запада, но Зеленский в этой феодальной цепочке – лишь низший ландскнехт их крестового похода, их политики. Приезжают же магистры ордена, способные менять королей. Трамп – король на время, стремящийся продлить свои функции сюзерена, но удастся ли это? Сохранят ли он и республиканцы преемственность курса после его непопулярных шагов? Его отношения с лидерами, приехавшими в Вашингтон, сложны и неоднозначны – это противостояние короля и ордена, как между Филиппом Красивым и тамплиерами. Магистры ордена прибыли со своей повесткой, банками, геополитикой к королю, обладающему большими, но не абсолютными полномочиями. В его окружении есть влиятельные члены этого ордена. А сторонники Трампа, опричнина MAGA, пока остаются второстепенной силой по сравнению с всемогущим орденом глобалистов, которые диктуют правила.

В этом сложность картины. Нельзя делить на хороших и плохих. Орден глубинного государства, глобалистов – это система мирового правительства, воплощение дьявола, это несомненно. Но Трамп – то ли он с ними, то ли под их контролем, то ли пытается вырваться, опираясь на MAGA, врага нашего врага, нашего объективного союзника. Эта дьявольская, либеральная, глобалистская элита – наш враг, с которым мы воюем, а MAGA – наши объективные союзники. Но они не у власти, по крайней мере не полностью. Трамп в сложном положении, и его амбиции – Нобелевская премия мира – толкают его продавливать перемирие любой ценой. После Аляски он понял, что перемирие на условиях глобалистов с Россией невозможно, а значит, Нобелевская премия откладывается. Значение Аляски в том, что Путин за три часа доказал ему: Россия не уступит условиям этого ордена абсолютного зла. Трамп, похоже, это осознал. Хочет Нобелевскую премию? Пусть убеждает их.

Они настроены только на войну, и не только руками Украины. Я убежден, они готовы воевать и своими силами. Это часть плана глубинного государства. Глобалисты считают Россию главным, абсолютным врагом и будут делать все, чтобы продолжать конфликт и достичь своих целей. Мы стремимся к денацификации и демилитаризации Украины, они – к нашему стратегическому поражению. Мы не отступаем от своей цели, они – от своей. Трамп между двух огней, с третьей задачей – получить Нобелевскую премию мира. Для него поражение России не самоцель, не идея фикс. Но для глобалистов – Урсулы фон дер Ляйен, Мерца, Макрона, Шольца – это винтики их машины, функционеры глобалистских лож, продвигающих свою повестку.

Наши противоречия с ними абсолютны, на 180 градусов. У Трампа – на 90. Он может склониться в нашу сторону не из симпатии, а из собственных интересов, позиции реализма или даже чтобы нанести нам больший урон. Мы считаем, что хуже прямой конфронтации с Западом ничего нет, но это не так.