Ненужная жена красного дракона - Виолетта Весна

— Впечатляющий список, — сказал Кайрен.

— Я бы добавил дурной вкус в союзниках.

Малгрей улыбнулся.

— Я не убивал старого князя.

Нож памяти зазвенел слабо.

Не ложь.

Зал зашептался.

Райгар напрягся.

Малгрей посмотрел на него с удовольствием.

— Видите? Правда не всегда удобна даже победителям.

Элиана сказала:

— Но вы привели убийц к нему.

Нож молчал.

Правда.

Малгрей перевёл взгляд на неё.

— Я открыл дверь тем, кто уже хотел войти.

— А Лиара?

— Ваша мать сама пришла в храм.

Нож молчал.

Элиана сжала руки на коленях.

— И вы использовали её силу.

— Да.

Нож молчал.

В зале кто-то ахнул от его спокойствия.

— Почему? — спросила Элиана.

Малгрей медленно повернулся к ней всем телом.

— Потому что этот мир построен на лжи о равновесии. Драконы говорят о долге, когда хотят власти. Люди говорят о верности, когда боятся быть сожжёнными. Женщин вроде вас называют хранительницами, чтобы красивее звучало слово «ключ». Я решил хотя бы быть честным в желании открыть дверь.

— Вы честно хотели стать владыкой?

— Я хотел, чтобы мир перестал притворяться.

Райгар сказал:

— Нет. Ты хотел быть тем, кто держит кнут, и назвать это правдой.

Нож молчал.

Малгрей усмехнулся.

— Вы многому научились у жены.

— Да, — ответил Райгар.

Одно слово.

Без стыда.

Малгрей посмотрел на Элиану.

— Вы думаете, победили меня, потому что оставили живым? Ошибка. Мёртвые становятся легендами. Живые — вопросами. Я стану вашим.

— Нет, — сказала Элиана.

— Вы станете примером.

Он прищурился.

— Казнь?

— Вы слишком хотите красивого конца.

Кайрен оживился.

— Я внимательно слушаю.

Элиана посмотрела на Ольвена.

Старый магистр кивнул и развернул серый свиток.

— Есть древнее наказание для тех, кто исказил клятвы четырёх долей. Редко применялось. Почти забыто.

— Обнадёживает, — пробормотал Кайрен.

Ольвен продолжил:

— Отнятие права на тайну.

В зале стало тихо.

Малгрей впервые потерял улыбку.

— Нет.

Элиана смотрела на него.

— Да.

Ольвен произнёс:

— Все украденные им воспоминания, все поддельные клятвы, все имена сообщников, все спрятанные пути, все использованные страхи будут извлечены и записаны в открытом архиве. Он сохранит жизнь, но больше никогда не сможет владеть тайной. Всё, чем он правил, станет доступно тем, кого он обманул.

Малгрей побледнел.

— Вы не посмеете.

Элиана встала.

— Вы убили мою мать не клинком, а тем, что украли её право оставить правду дочери. Вы разрушили жизнь Райгара тайной. Использовали Мирену через молчание. Теренса — через страх. Совет — через полуправду. Орден — через ложные обещания. Вы питались скрытым.

Она подошла ближе.

— Поэтому наказание справедливо. Вы будете жить в мире, где ваша сила стала чужим знанием.

Нож памяти зазвенел.

Не ложь.

Малгрей рванулся, но цепи удержали.

— Моргрейн вернётся! Золотая ветвь не останется в стороне! Серебряные предадут вас при первом удобном снегопаде! Вы думаете, круг спасёт мир?

— Нет, — сказала Элиана.

— Но он даст миру место, где можно говорить правду до того, как начнут гореть города.

Райгар поднялся рядом с ней.

— Приговор принят.

Герцогиня Верта медленно встала.

На мгновение Элиана подумала, что та будет возражать. Но герцогиня склонила голову.

— Дом Верта признаёт приговор.

Один за другим остальные дома повторили.

Некоторые искренне.

Некоторые из страха.

Но страх перед правдой