Ненужная жена красного дракона - Виолетта Весна

— Малгрей будет говорить, — сказал Райгар.

— Я знаю.

— Его воспоминания могут открыть вещи, которые снова ранят.

— Тоже знаю.

— О моём отце. О вашей матери. О Мирене. О Серебряной ветви. О Золотой.

Элиана посмотрела на север, где небо уже не серебрилось, но оставалось холоднее остального горизонта.

— Моргрейн вернётся.

— Да.

— Четыре ветви захотят круг.

— Да.

— Совет придётся собирать заново.

— К несчастью.

— Род Вейр нужно восстановить.

— Помогу, если позволите.

Она повернулась к нему.

— Не как хозяин.

— Нет.

— Не как тот, кто решает, какие земли мне безопасны.

— Нет.

— И не потому, что чувствуете вину.

Он помолчал.

— Вина будет со мной долго. Но помогать я хочу не только из-за неё.

— А из-за чего?

Райгар посмотрел на огни города.

— Потому что Пепельные холмы должны принадлежать не мёртвому договору, а живым людям. Потому что Лиара Вейр заслужила, чтобы её дом не заканчивался словом «долг». Потому что, если вы однажды решите делать из него место, где девочки растут свободными, я хочу, чтобы Альтарон первым признал это законом.

Элиана молчала.

Слишком хорошо.

Опасно хорошо.

— Вы научились говорить так, что трудно спорить, — сказала она наконец.

— Это проблема?

— Большая.

— Я могу сказать что-нибудь невыносимое для равновесия.

— Не надо.

Он посмотрел на неё.

— Как скажете.

Тишина стала мягкой.

Элиана достала кольцо.

Райгар увидел и замер.

— Я не прошу ответа.

— Знаю.

— Элиана

— Молчите немного.

Он замолчал.

Она смотрела на кольцо в своей ладони.

— Я думала, что если надену его, это будет означать, что всё прошлое стало меньше. Что письмо перестало болеть. Что я простила Теренса. Что больше не боюсь потерять себя рядом с вами. Что я готова быть женой так, как этого ждёт двор.

Райгар не двигался.

Даже дышал осторожно.

— Но это неправда, — сказала она.

— Я всё ещё помню. Всё ещё злюсь. Всё ещё не знаю, как прощать быстро. И не хочу становиться удобной женщиной только потому, что война закончилась.

— Я не хочу удобную женщину, — тихо сказал он.

Она подняла бровь.

— Уверены? Иногда я очень утомительна.

— Я заметил.

— И упряма.

— Это спасло город.

— И могу уйти.

Боль промелькнула в его глазах, но он не отвёл взгляда.

— Да.

Элиана медленно выдохнула.

— Вот поэтому.

Она надела кольцо.

Не на палец, который ей выбрали бы по свадебному обычаю.

На средний палец правой руки — рядом с тонкой алой линией клятвенной нити, рядом с потемневшим следом браслета, который ещё не исчез полностью.

Райгар смотрел так, будто боялся поверить.

— Элиана.

— Это не ответ на всю жизнь, — сказала она быстро.

— Не окончательное прощение. Не клятва покорности. Не обещание, что я никогда не уйду.

— Что это?

Она посмотрела на кольцо.

Красное золото и серая линия поймали свет городских фонарей.

— Это мой выбор остаться сейчас. Смотреть, что мы сможем построить без лжи. И позволить вам заслуживать дальше.

Райгар закрыл глаза.

Когда открыл, в них было столько чувства, что она почти пожалела, что сказала «молчите немного» только раньше, а не сейчас.

— Тогда я буду заслуживать каждый день, — произнёс он.

— Не обещайте красиво. Делайте.

— Да.

— И если начнёте превращать страх в приказ