Свободный философ Пятигорский - Александр Моисеевич Пятигорский

53

Раздел З. Философия в меняющемся мире

шенствованием, истину, то есть релиrиозную HpaB

    ственность,

моралью и боrосыновство

чело

    вечностью. Еще более резко, если это возможно, оценивал концепцию Толстоrо Дмитрий Серrеевич Мережковский. Уже в 1901 rоду он rоворил, что крайний аскетизм учения Толстоrо, который сам по себе есть выражение одной стороны историче

    cKoro христианства в отрыве от всех дрyrих, служит лишь маской для бессознательноrо крайнеrо MaTe

    риализма и ниrилизма. В осознании этой проблемы сразу же после pe

    волюции Бердяев, как и в своем осознании Дo

    cToeBcKoro, идет rораздо дальше. «Русская peBO

    люция,

утверждает Бердяев,

являет собой своеобразное торжество толcrовcrва. На ней отпечат

    лелея и русский морализм, и русская аморальность). Учение Толстоrо как бы придало доктринальную форму классической русской безответственности. «Именно в этом учении,

цитирую далЬШе>

бе

    рутся под нравственное подозрение ценности куль

    туры. Ко всей высшей культуре предъявляется це.. лый ряд нравственных претензий. Но человек не чувствует обязанности творить культуру». Бердяев считает, что в учении Толстоrо человек сознатель.. но противопоставляет себя культуре как тому внеш

    нему, что он берет на себя право оценивать как нравственно дурное. Таким образом, человек как бы теряется в безжизненном и безличном простран

    стве абстрактной безблаrодатной морали. ВСЯ МО" ральная сила толстовскоrо учения, по Бердяеву, направлена по существу на исправление плотской

64

Николай Бердяев и проблема Льва Толстоrо

жизни и на отрицание ее, но <эта моральная сила> не от духа, а от той же плоти. Отсюда два шаrа до KpoBaBoro революционноrо аскетизма неподкуп

    Horo Робеспьера и железноrо Феликса. «Я не знаю во всемирной истории,

rоворил Бердяев,

дpy

    roro rения, которому бьта бы так rлубоко чужда всякая духовная жизнь». И дальше: «Я не знаю в христианском мире никоrо, кто бьVI бы так чужд самой идее искупления». При всем индивидуализ

    ме своей этики, в центре которой стоит caMOCOBep

    шенствование, Толстой во имя счастливой жизни всех oTBepraeT личность и всякую сверхличностную ценносТЬ. Эта власть отрицания, этот полный рели

    rиозный неrативизм, который, по мысли Соловье

    ва, стократ хуже явноrо атеизма

вот rДе сущность толстовства. Но тут бьт еще один важнейший экзистенци

    альный момент. Толстовское учение исторически в начале хх века наложилось на традиционный KO

    ренной максимализм русской культуры и pyccKoro характера. Толстовство дало людям идеальную упрощенную философию как раз в тот катастрофи

    чески сложный период войн и революций, коrда сознание человека должно быть ориентировано прежде Bcero на то, чтобы разобраться в сложно

    стях,

И вот тут толстовство, понимаемое, конеч

    но, в самом широком смысле, произносило свое веское слово: «Да чеrо уже разбираться! Все и так ясно как божий день». А что ясно

это человеку rоворили друrие, и он сдавался без боя, ero брали rолыми руками. «Эта мораль,

rоворит Бердяев,

65

Раздел З. Философия в меняющемся мире

бессильна преобразить человеческую природу, но может ослабить человеческую природу, обесцве

    тить ее, подорвать ее творческие инстинкты». Бердяев, критикуя (скорее, rромя) Толстоrо, создает свою собственную метафизику культуры. В этой метафизике культуры есть относительное и историческое. Культура относительна в ее OTHO

    шении к Боry и боrосыновству человека. Она исто

    рична, ибо она дана нам по ступеням, в творческом развитии от явления к явлению. Ну что может быть элементарней? Не стоит и рассуждать дальше. Но в TOM

TO И дело, что эта идея совсем не проста, KO

    rда она не на бумаrе, а в страшной действитель

    ности начала хх века (что

то еще будет потом), ибо сама эта действительность как бы конструиро

    валась по принциny, прямо противоположному бер.. дяевскому. Она строилась прямо по Толстому. Все относительное, по Толстому, есть зло: такова эле

    ментарная схема. Абсолют

это природная жизнь. В начале бьто разумное понимание жизни. Так тол

    ковал Толстой еванrельский Лоrос, слово «Боr». Абсолют

это естественный человек. Культура основана на лжи и насилии. Она не просто устарела или выродилась. Она всеrда бьта такой, и потому должна быть уничтожена внутри индивида мораль

    ной рефлексией и вне ero чисто физическим тру.. дом. Из этоrо отрицания и самоотрицания BOCCTa

    новится природный человек, моралист и работник, rолый человек на rолой земле, который затем... Но Толстой не сказал, что будет затем. «Ибо,

опять цитирую Бердяева,

он как художник бьт весь об..

бб

Николай Бердяев и проблема Льва Толстоrо

ращен к кристаJUIизованному ПРОlIШому». Русская, а затем и мировая действительность затем превра

    тила эту моральную рефлексию в идейное оружие подавления всякой индивидуальной мысли, в том числе и рефлексии, и замены ее монистической КОJUIективной идеолоrией. Та же действительность превратила теоретическое отрицание культуры в практический ее поrром. Россия двадцатых rодов, rермания поздних тридцатых, китайская Культур- ная революция

все во имя Toro же толстовскоrо абсолюта простоro eCTecTBeHHoro человека, KOTO

    рому все должно быть ясно и понятно. По мысли Бердяева, Толстой не бьт первым в этой иrре на уничтожение относительноrо. Пер- вым, конечно, бьт «франко-швейцарский Толстой» Жан-Жак Руссо, идейно подrотовивший якобин- ский террор. И в этом Бердяев видит симптом са- моуничтожения культуры. Но Толстой, по ero мне- нию, бьVI стократ сильнее и последовательней как Руссо, так и Ницше. Руссо инстинктивно держался христианской релиrии. Ницше, отрицая христиан

    скую европейскую культуру, не cMor отринуть куль- туру вообще, как и Шпенrлер. Только Толстой по- шел до конца в своем абсолютном атеистическом моральном идеализме. Сам Бердяев философски Осознает проблему Толстоrо как страшную истори

    ческую попытку подмены

опять же подменыr

    Боrа учителем жизни. Но конечный вывод Бердяева опять обращен к особенностям PyccKoro духа, то есть к ТОМУ, что ле.. жит rлубже культуры, у самых ее истоков. «Русский

67

Раздел з. Философия в мсняющсмся мирс

человек,

rоворит Бердяев,

склонен все пере.. живать трансцендентно, а не имманентно». Что же означает эта терминолоrически нелеrкая фраза? Она означает, что все реальные ценности представ.. ляются русскому духу лично чуждыми, далекими

    и враждебными, потому что далекими. Он не ощу

    щает их своими, а себя внутренне причастным, l.1.lVtМaHeHтHЫM им, то есть существом, существенно с ними связанным. История, как и мир в целом,

    это слишком далеко. Отсюда духовные соблазны. Отсюда, по Бердяеву, вечные предчувствия конца мира и прихода Антихриста.

Свобода и современность. в философии Джона Дьюи

в этой беседе Пятиrорский