Между двумя революциями - Лев Борисович Каменев

3 миллиона голосов и 100 мандатов представляют собою большую активную силу, нежели 4 миллиона голосов с безнадежным меньшинством в 50 мандатов». Ведь именно по поводу людей, рассуждающих подобным образом и у которых «Дело жизни» заимствует свою тактическую мудрость, еще на Магдебургском партейтаге тот же Бебель говорил: «Мы имеем в своих рядах много таких национал-либералов, которые ведут чисто национал-либеральную политику, которые хотят вести партию в национал-либеральный лагерь, к братскому союзу с той самой партией, с которой мы несколько десятилетий боремся на жизнь и смерть… Мы должны их выгнать, они не должны оставаться в партии!»

Эти слова Бебеля очень мало понравились социал-демократическим национал-либералам («октябристам», по-русски), и они не преминули при первом же случае объявить Бебеля «устаревшим», а ревизионистов – представителями «здорового чувства самой массы». Принимая сторону Мауренбрехера в его походе против взглядов Бебеля, «Дело жизни» не считало нужным скрыть, что оно сознательно становится на сторону ревизионистов.

«Как бы ни относиться к ревизионизму вообще, – продолжает цитируемая статья, – нельзя не признать, что в основе этого устремления в сторону реализации (непосредственных, материальных успехов) лежит здоровое психологическое чувство самой массы избирателей».

Это ничего, конечно, что в порыве своей войны с Бебелем «Дело жизни» уступило ревизионистам право представительства германских пролетарских масс.

Суть в том, что перед нами опять типичный образчик оппортунистического выступления, живая иллюстрация родства душ наших ликвидаторов с реформизмом. Конечно, Бебель принципиально прав и «спорить с классической точкой зрения немецкой социал-демократии никто не будет», но… с другой стороны, Бебель – «стар», у «партии в целом, у ее молодых деятелей – несколько иная психология», в ревизионизме есть «здоровое чувство».

Но раз так, то, конечно, тактика устаревшего Бебеля должна уступить место «здоровому чувству» «молодых» ревизионистов с их «деловыми» соображениями, с их практикой соглашения, с их «национал-либеральной» политикой…

Покуда этого достаточно. Вряд ли можно сомневаться в том, к каким элементам современного западноевропейского рабочего движения тянется наша новая партия. Туда ей, впрочем, и дорога. Пожелаем ей лишь побольше идейного мужества, столь выгодно, несмотря ни на что, отличающего автора статьи в «Деле жизни» от претенциозного фальсификатора, г. Мартова.

Ликвидаторы и рабочее движение[272]

Когда я, два года тому назад, в специальной брошюре, на основании ряда теоретических заявлений и практических шагов нынешних руководителей «Луча», указывал на то, что они идут прямым путем к идее открытой рабочей партии в современной России, мне пришлось выслушать немало попреков в преувеличении грехов ликвидаторов. Мне говорили: ваши указания на то, что ликвидаторы являются сторонниками новой открытой партии, явно пристрастны, заглавие вашей брошюры «Две партии» не выражает действительного положения дела, а лишь отражает ваше полемическое увлечение. Теперь эти времена, когда свое стремление к открытой легализованной партии ликвидаторы пытались припрятать подальше от критического взора, прошли. Лозунг открытой партии стал явным, громко высказываемым лозунгом целого течения, органом которого является «Луч».

Как возник этот лозунг?.. Под ним ведь должно крыться известное представление и о политическом моменте и о тенденциях современного рабочего движения. Каково же это представление? Оно исходит из того воззрения, что Россия изжила уже эпоху коренных демократических потрясений.

Очищение пути капиталистического развития от абсолютистских остатков произойдет безо всякой революции, просто в силу интересов… господствующих классов… Феодализм принужден будет уступить, самоисчерпав себя… Очередной задачей является… проникновение широких кругов руководящей идеей о том, что в наступившем периоде рабочий класс должен  организоваться не «для революции», не «в ожидании революции», а просто-таки для твердой и планомерной защиты своих особых интересов.

Так в 1910 г. писал в ликвидаторском журнале «Возрождение» Ю. Ларин.

В этом откровенном и ясном изложении совершенно точно указано и общее направление развития России и специальные задачи рабочего класса. Очищение России от абсолютистских остатков – по мысли Ларина – произойдет безо всякого коренного потрясения существующих форм политической и экономической жизни и лишь в силу интересов самих господствующих классов. «Кризис, к которому в настоящее время движется русская жизнь, будет кризисом конституционным», – пояснял слова Ларина Мартов. Но раз так, то, конечно, превращаются в пустые абстракции, в «голую фразу» (выражение «Нашей зари») лозунги 1905 г. Они теряют всякую «жизнеспособность», ибо общественные отношения современной России не представляют для них питательной почвы. Они должны отмирать, поскольку в социальной жизни им не соответствует никакой материальный конфликт. Ведь отмер же в практике рабочего движения Германии и Англии известной эпохи ряд демократических требований[273]. Эти требования могли остаться в программе, могли быть предметом пропагандистских разъяснений, но они утеряли способность собирать вокруг себя активные массы и направлять их усилия.

Таково отношение к лозунгам 1905 г. тех, кто в вопросе о судьбах России придерживается вышеизложенных взглядов Ларина—Мартова.

Но если требование коренной перестройки современного политического и экономического, главным образом земельного, уклада России не может уже служить руководящим принципом рабочего класса и рабочей партии, то где же этот руководящий принцип?..

Ларин ответил на этот вопрос в вышеприведенной выписке совершенно ясно: «Рабочий класс должен организоваться для твердой и планомерной защиты своих особых интересов».

Мы подчеркнули слово «особые интересы», ибо в нем сущность дела. Совершенно ведь ясно, что Ларин противопоставляет «особые интересы» общим интересам «очищения России от абсолютистских остатков». У рабочего класса в России есть же, полагает Ларин, «особые» интересы, которые могут быть защищаемы вне какой бы то ни было связи с борьбой против третьеиюньского режима в целом. На них он и предлагает сосредоточить энергию рабочего класса, оставив в стороне всякое попечение об организации в целях общей демократизации всего режима. Рассуждающий параллельно с Лариным Мартов высказал это в такой форме:

Рабочий класс имеет полную возможность… вырвать от поднимающейся к власти буржуазии частичные уступки… Таков смысл формулы « борьба за легальность»… Эта идея должна стать «регулирующей идеей», проникающей собой все частные и частичные усилия.

Если, таким образом, до 1905 г. «регулирующей», направляющей, верховной идеей рабочего класса и рабочей партии была идея коренного изменения всей общественной обстановки, «политический вопрос в его полном виде и размере», то теперь, в 1910—1913 гг. такой руководящей, верховной идеей рабочего движения должна стать идея «частичных уступок», частично осуществляемой легализации рабочего движения.

Таков смысл формулы «борьба за легальность». Но как в 1905 г., так и в 1913 г. пролетариат остается в самом низу общественной пирамиды. Его влияние на государство поэтому и в 1905-м и 1913 гг. одинаково, прямо пропорционально общему объему политических прав всего населения. Чем больше политических прав у всего населения, тем сильнее политические позиции пролетариата.