Между двумя революциями - Лев Борисович Каменев

заставить господ либералов и промышленников перейти от слов к делу. И лодзинские промышленники и либеральные политики надеются теперь своими разговорами о свободе коалиций успокоить расходившиеся волны рабочего движения. Они надеются, что «свобода коалиций» даст им «социальный мир». А московские заводчики-металлурги, кроме того, надеются еще, что, свалив все на «политику», они получат возможность быть тем более неуступчивыми в области «экономики». Все это, конечно, либеральный самообман. Борьба политическая отнюдь не исключает требование уступок и в области экономической. Московские хозяева-металлурги, отказывая в удовлетворении экономических требований, ссылаются на политический характер движения. Они забывают, видимо, что уже 8 лет тому назад рабочее движение умело совместить и бороться одновременно и за те и за другие требования. «Дни свободы» были и днями самой высокой заработной платы и самого короткого рабочего дня.

II[278]

Указания и соображения, сделанные в предыдущей статье и которые должен будет подтвердить всякий наблюдатель русской жизни, вызвали, однако, понятное недовольство ликвидаторов.

Напр., г. Евг. Маевский в «Н. р. газ.» поместил по этому поводу длинную статью, которая – по существу дела – могла бы быть гораздо короче, если бы выкинуть из нее всю брань и неправду, ее наполняющие. Брань мы оставим в стороне, неправду устраним, а доводы г. Маевского разберем.

Касаясь моей статьи, г. Маевский приписывает мне мысль о том, что будто бы лозунг «свободы коалиций» есть лозунг либеральный. Г-н Маевский сказал неправду.

Приведя заявление либералов и промышленников о необходимости «свободы коалиций», я писал следующее: «Для того чтобы вырвать эти признания из уст русской буржуазии, понадобилось полтора миллиона стачечников… Стачечное движение миллионов рабочих сумело навязать либералам требование свободы коалиций». Хорош «либеральный» лозунг, который надо «навязывать» либералам и «вырвать» у либералов при помощи миллионов стачечников…

Дело не в том, «либеральный» или не «либеральный» лозунг «свобода коалиций», а в том, что к вопросу о необходимости и о завоевании свободы коалиций можно относиться по-либеральному и не по-либеральному. Когда Меньшиков из «Нового времени» пишет, что для предотвращения «рабочего бунта» (его выражение) надо удовлетворить «справедливые» требования рабочих, – это есть отношение к вопросу с точки зрения растерявшегося полицейского держиморды.

Когда либералы и промышленники рекомендуют современному правительству «свободу коалиций» как средство успокоить рабочие массы, когда они рассматривают ее как частичную поправку к режиму, – это есть либеральное отношение к вопросу. Когда передовые рабочие внушают своим товарищам, понявшим или приблизившимся к пониманию настоятельной необходимости свободы организаций, мысль о связи этого требования с пересмотром всех основ современного режима – это марксистское отношение к вопросу. Лодзинские фабриканты утверждают, что свобода коалиций нужна для «социального мира», «Речь» утверждает, что она становится настоятельной необходимостью для русской крупной промышленности. Рабочие сознают, что она нужна им для успешного ведения своей классовой борьбы.

Оказывается, «свобода коалиций» всем нужна и для всего нужна: и рабочим и капиталистам, и для мира и для борьбы. Однако еще очень недавно господа либеральные промышленники и слышать не хотели о свободе рабочих организаций. В этой свободе они видели для себя прямую угрозу. А теперь они утверждают, что именно свобода коалиций есть залог мира и спокойствия на фабрике, лекарство против «перемежающейся лихорадки», захватившей промышленность. Чем вызвана эта перемена? Я утверждаю: именно потому, что рабочее движение не ограничилось частными требованиями, буржуазный либерализм стал мало-помалу выдвигать на очередь частичные требования – между прочим, и свободу коалиций как средство успокоения рабочих масс.

«Нет, – отвечает г. Маевский. – Затяжная приостановка предприятий – вот что заставило представителей промышленности заговорить о свободе коалиций».

Остроумное возражение.

Теперь спросим г. Маевского, а чем вызвана «затяжная приостановка предприятий»?..

Затяжная приостановка предприятий, вызвавшая разговоры либеральной буржуазии о свободе коалиций, вызвана всеми условиями господствующего в стране режима.

Этим же объясняется характерное для современного движения переплетение в нем экономических и политических мотивов.

«Свобода коалиций» в устах либеральной буржуазии явилась ответом на движение, затрагивающее гораздо более широкий круг явлений общеполитической жизни и затрагивающее их гораздо глубже, чем это думают либеральные сторонники реформы в духе свободы коалиций.

Последствия движения 1912—1913 гг. для рабочего класса г. Маевский в той же статье рисует так: «Сотни стачек, которые прошли нынешним летом, подвели тысячи отдельных и разрозненных рабочих групп вплотную к вопросу о свободе «коалиций». Почему именно к вопросу о свободе коалиций? Почему только к вопросу о свободе коалиций? Все данные о настроении рабочих, все факты их общественных выступлений, их собственные заявления в рабочей печати, наконец, те формы, которые принимает движение, указывают, что «тысячи рабочих групп подошли вплотную» не к вопросу о свободе коалиций, а к общему вопросу о свободе своего классового движения. А этот вопрос о свободе классового движения пролетариата, во-первых, не исчерпывается свободой коалиций, во-вторых, касается не той или другой стороны политического режима, а затрагивает всю область социально-политического уклада России. Либеральный капитал, вынужденный признать необходимость свободы коалиций, рассматривает ее как стоящую на очереди реформу. Марксист-рабочий так по-реформистски смотреть на нее не может. Великий обман либеральных разговоров о свободе коалиций в том и заключается, что либерал говорит о свободе коалиций как о поправке к господствующему режиму, как о реформе, которая может быть дарована политически и социально господствующим классом. Этот обман легко вскроется, если спросить лодзинских фабрикантов или либеральных газетчиков о том, как же они думают добиться «настоятельно необходимой для крупной промышленности» свободы коалиций. Конечно, и те и другие – конституционалисты, в том смысле, что они стоят на почве третьеиюньской конституции. Для них вопрос о свободе коалиций есть вопрос о внесении в Думу, затем в Государственный Совет законопроекта, касающегося этого вопроса.

Но мы знаем очень хорошо, чего можно ожидать от этих учреждений в деле рабочего и общеполитического законодательства. Что же господа либералы и промышленники собираются делать после того, как Дума и Госуд. Совет отвергнут их либеральный закон о свободе коалиций? Ничего не собираются делать! Вот поэтому-то либеральные разговоры о свободе коалиций и представляют собой, в конце концов, лицемерную и бессильную болтовню. И этот же характер бессильной болтовни неизбежно приобретает вопрос о свободе коалиций всякий раз, когда он ставится отдельно от общего вопроса, когда он ставится по-реформистски, по-меньшевистски.

Разница же между либеральной и марксистской политикой в том, между прочим, и заключается, что либеральные политики охотно считают политической деятельностью свою бессильную болтовню о реформах, в то время как для марксиста политика неизбежно и неразрывно связана с деятельностью масс.

А относительно этой деятельности масс сам г. Маевский сообщает нам, что ему «неизвестно, чтобы русский рабочий класс пережил движения», связанные с лозунгом свободы