Тайна месье Марбеля - Анастасия Волжская

Но легче — не значит правильнее.

Вместе с ужасом во мне проснулась безумная жажда жизни. Я не готова была сложить руки и покорно ждать неизбежного. Не хотела умирать.

Не хотела — несмотря ни на что.

* * *

Когда срок моего заключения перевалил за три недели, погода испортилась окончательно. Это в Риже, на равнине, зима была влажной, дождливой и мало чем отличалась от осени, а снег если и выпадал, то быстро превращался в невнятную бурую кашу под каблуками, копытами, колесами омнибусов, экипажей и автомобилей. Здесь же — везде, за исключением холма с телами, — белое покрывало плотно укрыло землю. А сегодня к снегу добавилась еще и метель. Она завывала, сдирала снежные шапки с сосновых веток, стучала в окна. На мое счастье, в такое время даже охранники предпочитали сидеть дома, и только я, закутавшись в изрядно потрепавшийся плащ, упрямо вышла наружу и долго бродила вдоль ограды, вглядываясь в снежную пелену.

Я не слишком-то надеялась, что смогу заметить хоть что-то. Полмесяца неудач и ряд могил у дальнего холма изрядно подточили мою веру в возможное спасение. И потому, когда сквозь метель я вдруг различила одинокий человеческий силуэт, который точно не мог быть охранником, почти минуту думала, что это не более чем обман разума.

Однако фигура двигалась. И судя по темным вертикальным полоскам, пересекавшим ее, человек этот находился по другую сторону ограды.

«Тьерд! Неужели?..»

Сердце подпрыгнуло. Подхватив подол юбки, я бросилась вперед.

— Помогите! Помогите!

— Лисль? — раздался сквозь метель знакомый голос. — Лисль!

Глаза защипало, и не от летящего в лицо снега.

Это был Мейнард Брисс.

Он нашел меня.

И пришел, несмотря ни на что.

— Мейнард! Я здесь! Здесь!

Я подбежала к нему, упала на колени в снег перед решеткой. Детектив, уже ждавший на другой стороне, просунул руки между прутьями, заключая меня в объятия.

Ох, как же чудесно было после стольких дней одиночества и нараставшего отчаяния ощутить наконец живое человеческое тепло!

— Как ты здесь оказался? — прошептала я, уткнувшись носом в его воротник. — Откуда?

Формальности были забыты. Я и не вспомнила, что когда-то обращалась к нему на «вы», с подчеркнуто отстраненной вежливостью. Сейчас Брисс, лохматый, взъерошенный, с покрасневшим от холода лицом и недельной щетиной, такой же темной и колючей, как меховой воротник его пальто, казался мне самым родным человеком на свете. Единственным, кому все еще было дело до судьбы белошвейки Лисль Брук.

— Ты нашел меня… До сих пор не верится…

— Магия. — Он ухмыльнулся. — Не только ты обладаешь кое-какими способностями, доставшимся от предков.

— М?

— Ладно, не бери в голову. — Брисс провел пальцем по моей щеке, смахивая снег и подступившие слезы, но не отнял ладонь, как будто хотел убедиться, что я живая. — Сейчас это не имеет значения. Как ты?

— Плохо, — ответила честно. — Меня держат взаперти, никто ничего не говорит. Марбель не приезжал, но… Кажется, будто он выжидает, когда магии во мне накопится достаточно, чтобы…

— Тьерд! — выругался Мейнард, зло ударив кулаком снег. — Похоже, все еще хуже, чем он говорил.

— Он? Какой такой он?

— Не важно, — отмахнулся детектив. — Пока не важно. Главное, что он готов нам помочь. Нужно только раздобыть доказательства того, что Марбель причастен к серийным убийствам нимфалид…

Я горько усмехнулась.

— Если твой загадочный помощник достаточно влиятелен, чтобы найти неподкупных полицейских и устроить обыск в особняке, уверена, здесь отыщется немало интересного. Я обнаружила на чердаке вещи, оставшиеся после предыдущих гостий. Цветочница из Иньи-сюр-Лак, помнишь? Она тоже стала жертвой Марбеля. Слуги обо всем знают, но никто из них за все время, что я нахожусь здесь, ни разу не покидал территорию особняка. Но это еще не самое жуткое… — Я оглянулась на дом, совершенно невидимый за пеленой метели, боясь, что кто-нибудь может появиться в самый неподходящий момент. — Мне кажется… Я нашла странные холмы в дальнем конце участка. От них веет чем-то ужасным. Как будто это могилы… Могилы таких же, как я. Этот дом — дорога в один конец, Мейнард. Я не выйду отсюда. Марбель не допустит, чтобы я покинула это место живой. Потому-то и не прячет ничего из того, что принадлежало другим жертвам.

Детектив накрыл горячими ладонями мои руки, вцепившиеся в решетку.

— Я не позволю, чтобы с тобой это случилось. Вытащу тебя из лап эльмара. Даю слово.

— Как? — Голос сорвался.

— Не могу сказать. — Он ласково погладил подушечками пальцев мои запястья. — Не важно как, не важно когда… Тебе не нужно этого знать на случай, если Марбель решит покопаться в твоей голове. Главное, продержись. Обещай, что продержишься. Ради меня.

— Как долго?

— Я дам тебе знак. Эх… жаль, конечно, что ты не в Риже. Там осуществить план было бы проще. Ну да ничего. Я мастер искать людей и налаживать связи. Справимся.

Он уже хотел отстраниться, но я удержала его, умоляюще глядя в глаза — нормальные, человеческие.

— Мейнард!

Он замер.

— Да?

— Поцелуй меня. Хочу почувствовать, что в моем мире осталось хоть что-то настоящее. Хоть что-то, что я могу выбирать по собственной воле.

На губах Брисса вспыхнула широкая шальная улыбка. Он потянулся ко мне, почти вжавшись лицом в решетку, и я с отчаянием утопающего приникла к его губам.

Это не было похоже на поцелуи эльмара. Рассудок не помутнел, и мир остался на месте. Но я вдруг впервые за бесконечно долгое время ощутила себя живой.

Сердце гулко стучало в ушах, пальцы мерзли, щеки щипало от соприкосновения с холодным железом, снежинки кололи кожу и склеивали ресницы. Но это было так естественно, так правильно, что я хотела, чтобы этот момент тянулся вечно.

Мейнард первым отстранился от меня. Взгляд его устремился куда-то вдаль за мое плечо.

— Я слышу шум, — скороговоркой прошептал он. — Кто-то идет сюда. Уходи. Постарайся не привлекать внимания. И жди… Жди меня.

— Буду. — Я прижалась к нему на одно короткое мгновение, а затем сама же с силой оттолкнула Брисса от решетки, чтобы тот, кто приближался к нам сквозь метель, не увидел второй силуэт. — Буду.

Глава 9

И я ждала.

Честно. Терпеливо.

День. Три. Шесть.

Обещанное спасение запаздывало. От Брисса не было ни