Монархия в XXI веке - Константин Валерьевич Малофеев

властей, то монарх находится в некотором смысле вне системы разделения властей. Суть этого положения дел емко характеризуется формулой «монарх царствует, но не правит». Таким образом, монарх является символическим или конституционным главой государства, тогда как реальная политическая власть осуществляется другими институтами.

Порядок взаимодействия парламента и монарха при парламентской монархической форме правления имеет свои особенности. Следует отметить, что основой такого взаимодействия являются как конституционные нормы, так и конституционные обычаи. Так, например, монарх часто открывает новую сессию парламента, выступая с речью, в которой излагает программу правительства и приоритеты на определенный срок. Это официальное событие, в рамках которого монарх выполняет традиционную для него формальную функцию.

Также в определенных случаях правительство может обратиться к монарху за консультацией для получения его мнения о предлагаемых законах или иных значимых решениях.

Выполняя свои функции, монарх стремится к соблюдению нейтралитета и не вмешивается в работу политических институтов.

Отметим, что, как и в случае с дуалистической монархией, у парламентской существуют определенные сходства и различия с парламентской республикой. Основным общим признаком у парламентской монархии и парламентской республики является то, что и там и там основной источник власти – это парламент, формируемый выборным путем.

В парламентской монархии правительство назначается монархом из числа представителей партии (или коалиции партий) парламентского большинства, работает под контролем парламента и несет перед ним ответственность. В парламентской республике правительство обычно формируется президентом с участием парламента либо определяется по итогам парламентских выборов и также несет ответственность перед парламентом.

В парламентской монархии глава государства обычно остается на троне в течение всей свой жизни. В парламентской республике глава государства избирается на определенный срок.

Главная разница между парламентской монархией и парламентской республикой в том, что монарх – это органическая часть государства, его символ, а порядок престолонаследия и решения монарха не зависят от политической конъюнктуры и искусственно навязанных средствами массовой информации и сетью «Интернет» нарративов и идей, тогда как президент или премьер-министр – это, прежде всего, обезличенная функция, должность, на которую в теории может претендовать любой гражданин.

Е. Н. Селютина справедливо подчеркивает, что политико-правовой статус президента в парламентской республике во многом схож со статусом монарха в современной парламентской монархии. В обоих случаях роль главы государства является в большей степени символической, нежели реально сопряженной с осуществлением государственной власти, которая принадлежит правительству [Селютина 2012: 94]. И даже в тех случаях, когда за монархом или президентом закреплены существенные полномочия в сфере исполнительной власти, они могут осуществляться только по инициативе правительства.

Правовые документы, инициированные президентом в парламентской республике, обычно могут приобретать юридическую силу только через контрасигнатуру премьер-министра или иного члена правительства. При парламентской форме правления и президент, и монарх обычно не обладают правом отлагательного вето по отношению к принятым парламентом законам, а если формально и обладают, то фактически не используют его.

Анализируя позитивные стороны рассматриваемой формы правления, важно отметить, во-первых, политическую стабильность [Федорова-Кузнецова 2019; Чаркин 1994]. Парламентская монархия, как и любая другая разновидность монархии, располагает эффективными механизмами для стабилизации политической системы, а также успешного преодоления существующих вызовов и проблем. Однако поскольку власть монарха здесь существенным образом ограничена в пользу парламента, возможность использования подобных инструментов также имеет ограниченный характер и обусловлена преимущественно отношением населения к монарху как к символу единства государства, его верховному (пусть и формальному) лидеру.

Эта репрезентативная функция конституционного монарха способствует укреплению национальной идентичности и поддержке государственности со стороны подданных. Монарх выступает как неполитическая фигура, которая объединяет народ и представляет его в международном поле.

Также среди достоинств парламентской монархии необходимо упомянуть гибкость этой политической системы. Поскольку парламент является основным органом, принимающим решения, правительство может быть сформировано или отправлено в отставку в зависимости от текущей ситуации, а также политической целесообразности. При этом монарх, как символ единства нации, остается вне колебаний политической конъюнктуры.

В заключение, говоря о парламентской монархии, необходимо отметить, что в современном мире эта форма правления, скорее, стоит в одном ряду с парламентской республикой, чем с абсолютной монархией, поскольку роль монарха здесь подобна роли президента в парламентской республике с той лишь разницей, что монарх, в отличие от избираемого на определенный срок президента, обладает несравнимо большим авторитетом в глазах своих подданных и выступает в роли национального символа. В условиях, когда правительство назначается большинством парламента, атавизмом, как представляется, выглядит республиканский президент (не имеющий никакой реальной власти и появившийся в европейских республиках XIX в. как суррогат короля), а не наследственный монарх, который, хотя и не обладает значимыми полномочиями, но воплощает преемственность в истории страны и ее народа.

Глава 2

Монархические государства современности

§ 1. Абсолютные монархии

Государство Бруней-Даруссалам

Источник власти монарха. Вводная часть конституции[16] Брунея, находящаяся перед преамбулой, содержит следующий текст:

Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного. Хвала Аллаху, Господу миров. Благословение и мир Аллаха нашему пророку Мухаммеду, всей его семье и сподвижникам. МИЛОСТЬЮ АЛЛАХА, ОМАР АЛИ САЙФУДДИН СА АДУЛ КХАЙРИ ВАДДИН ИБНИ АЛЬ-МАРХУМ МОХАМЕД ДЖАМАЛУЛ-АЛАМ[17] Брунея Даруссалама и всех его зависимых территорий Султан и Янг ди-Пертуан[18], СУВЕРЕН И ГЛАВА ВЫСШЕГО СЕМЕЙНОГО ОРДЕНА, СУВЕРЕН И ГЛАВА ПОЧТЕННЕЙШЕГО ОРДЕНА КОРОНЫ БРУНЕЯ, ОРДЕНА ШРИ МАХКОТА НЕГАРА, ВЫСШЕГО СЕМЕЙНОГО ОРДЕНА (ПЕРВОЙ СТЕПЕНИ) КЕЛАНТАН, ПОЧЕТНЫЙ РЫЦАРЬ-КОМАНДОР НАИБОЛЕЕ ВЫДАЮЩЕГОСЯ ОРДЕНА СВЯТЫХ МИХАИЛА И ГЕОРГИЯ[19].

Текст присяги монарха. Отсутствует.

Статус монарха и его отношение к религиозным институтам. Часть 1 ст. 84В конституции Брунея гласит: «Его Величество Султан и Государь не может совершить ничего дурного ни в личном, ни в каком-либо официальном качестве. Его Величество Султан и Государь не подлежит никакому судебному преследованию ни в каком суде ни за какие действия, совершенные им во время своего правления или после его окончания как в личном, так и в каком-либо официальном качестве, а равно за бездействие».

Часть 1 ст. 28 Декларации о престолонаследии и регентстве[20] постановляет: «Священность присутствует в теле Его Величества и Государя и во дворцах и землях Его Величества Султана и Государя, которые Тайный совет[21], действуя от имени и по поручению Его Величества Султана и Государя, может объявить дворцами и землями, подпадающими под действие настоящей статьи, о чем публикуется заявление в “Правительственном вестнике” за подписью Секретаря Тайного совета»[22].

Султан назначает генерального аудитора (ч. 1 ст. 66), членов Комиссии по государственной службе (ч. 1 ст. 71), генерального прокурора (ч. 1 ст. 81), членов Трибунала по толкованию конституции (ч. 7 ст. 86). Все они занимают свои должности, пока это угодно монарху