Rus Lietuvos. Великое княжество Литовское от рассвета до заката - Андрей Юрьевич Дворниченко

единство в многообразии. Как там афиняне, спартанцы и прочие считали себя греками при наличии реальных различий между ними, так и здесь все были «Даждьбожьи внуки» — русские, хотя обретались в микрокосме своего города-государства.

Последующая история усилила различия между восточными славянами. Не последнюю роль сыграли внешние влияния: будущие белорусы испытали сильное влияние балтов и поляков, а будущие украинцы — мощное воздействие тюркской и монгольской степи. У них сформировались свои разновидности не только повседневного народного языка, но и письменного церковнославянского. Идёт процесс формирования белорусской и украинской народностей.

Не менее сложна история литовского языка и этноса. Литовский этнос, как мы уже говорили, дальше Чёрной Руси не пошёл. Язык же развивался всё время на основе симбиоза местных говоров и чужеродных влияний. Государственным языком был славянский язык, который называют старобелорусским (или староукраинским). Язык, кстати, русскому понятный и весьма симпатичный. Почитайте послания тех времён, обычное обращение там: «Милый (дорогой) пан и т. д.». До появления литовской письменности литовский этнос улавливается исследователями с большим трудом...

Национальное самосознание, как это бывало и у других народов Европы, стало возводить литовскую знать к Древнему Риму, что получило отражение и в белорусско-литовских летописях. Этногенетическая легенда возводила происхождение литовцев (вполне в духе европейской традиции) к некоему Палемону, приплывшему из Рима — потомку не кого-нибудь, а самого Августа-Кесаря. Впрочем, в московском летописании, наоборот, появление княжества связывали с деятельностью беглого конюха московского князя. Звали этого служку Гедимином! В этой изначальной идеологической войне историку ориентироваться непросто...

На территории ВКЛ начиная с XV в. стали жить поляки. Собственно, они оказывались здесь и раньше, но именно в это время наблюдается значительная миграция носителей польского языка на территорию Полесья и других районов. Со временем в ВКЛ появилось значительное количество татар. Мы видели, что часть татарского населения зачастую оказывалась близкой тому или иному литовскому князю. Ядром литовских татар стали татарские семьи, которые были приведены Витовтом в Литву в 1397 г. Татары исповедовали ислам суннитского толка, строили мечети, которые обслуживались муллами (имамами). Интересно, что, хотя основное богослужение велось на арабском языке, но в ходу были и другие языки. Люблинский сейм 1569 г. подтвердил права татар на строительство мечетей.

Одновременно с татарами Витовт переселял сюда и караимов. Они и сейчас живут в Тракайском районе Литвы. Эта интересная народность ведёт свое происхождение из Хазарского каганата. Их язык тюркского происхождения, кыпчакской подгруппы. Они считаются последователями древней секты саддукеев и исповедуют разновидность иудейской религии: признают Ветхий завет, но отвергают Талмуд.

В конце XIV в. появились и поклонники Талмуда, а также Торы — евреи, которые перебирались сюда из Германии и Польши. Они здесь жили своими общинами — кагалами. В 1495 г. великий князь литовский повелел изгнать евреев из ВКЛ, но вскоре обнаружилось, что от того государству приключился реальный вред, и евреев вернули в ВКЛ. Они вносили свой весомый вклад в экономическую, религиозную и культурную жизнь ВКЛ.

Немцы стали селиться на территории Великого княжества со времён Гедимина, пригласившего их с целью ускорения экономического развития страны. Приезжали рыцари, купцы, ремесленники. Ещё одним этносом в этническом многоцветье ВКЛ были цыгане. Как известно, эта этническая группа происходит из Индии, которую покинула в начале нашей эры. В 1501 г. князь Александр официально разрешил цыганам селиться в государстве, даже даровав им некоторые привилегии. Цыганский язык здесь являет особый диалект в ряду цыганских говоров. Отметим ещё раз, что ВКЛ отличалось завидной толерантностью в национальном отношении.

9. Культурное развитие

Великого княжества Литовского

Культуру ВКЛ нужно рассматривать не только в статике, но и в динамике. Период раннего военно-служилого государства — время, когда в сложных отношениях оказались собственно литовская и древнерусская культуры. Литовская культура в своей основе продолжала оставаться языческой, испытывая тогда сильное влияние православной восточнославянской культуры византийского круга. Литва — редчайший для Европы случай, когда языческая религия существовала в условиях общества, которое уже перестало быть племенным. В литовском язычестве, как и в восточнославянском, можно выделить разные пласты: от древнего фетишизма до создания уже некоего подобия пантеона божеств. Подобно славянской «Матери — сырой земле», у литовцев была Жямина, а человеческую судьбу определяли Аушрине (Утренняя заря) и Вею Мотина (Мать всех ветров). Подобно славянскому Лешему, литовский Пушнайтис облюбовал своим прибежищем лес, а Лауксаргис, как древнерусский Полевик, охранял поля. За человеческую жизнь были ответственны Лайме (счастье) и Гильтине (смерть), а хороших людей-тружеников поощряла покровительница пчёл Аустея.

Военный строй породил новых богов. Ближайшим родственником славянского Перуна, как, впрочем, и скандинавского Тора, был Пяркунас, Кальвялис был связан с огнём, Андевис — с Луной и священной рептилией, которая до сих пор популярна в Литве, ужом. Считалось святым делом выставлять для ужей перед домом блюдца с молоком. Литовцы поклонялись своим богам в подобающих для того священных местах, но каста жрецов у них не сложилась, в отличие от соседей-пруссов.

Язычники-литовцы слагали эпические повествования о Гедимине и славном граде Вильнюсе, о Кейстуте и его жене — прекрасной Бируте. Мы знаем о древнем сутартинесе (многоголосые полифонические песни), о музыкальных инструментах: канклес (типа русских гуслей), бирбине (свирель) и др.

Древнерусская культура продолжалась фактически без всякой дискретности, лишь медленно преобразуясь в условиях Великого княжества Литовского, постоянно подпитывая культуру литовцев. В XIV–XV вв. основным типом каменного зодчества становится укреплённый замок. Мощные стены этих сооружений в Мире, Луцке, Тракае и других местах и сейчас будоражат воображение. Как одинокий рыцарь, встаёт из озёрной воды островной Тракайский замок, завораживая гармонией своих пропорций и удивительным слиянием с окружающей территорией. Церковная архитектура, сохраняя приверженность древнерусским традициям, всё больше «скрещивалась» с западными (католическими) влияниями, приобретая от этого ещё большую самобытность. В живописи есть прекрасные образцы древней иконописи, но со временем получает распространение и светский, по сути дела, портрет.

Литература шла традиционным славянским путём. Видным представителем церковного красноречия был Григорий Цамблак, а, скажем, «Хождение в Царьград» Игнатия Смолянина мало отличалось от подобной литературы в соседнем Московском государстве. О традиционных восточнославянских летописях уже шла речь. Но вот деятельность знаменитого первопечатника Франциска (Георгия) Скорины уже трудно представить вне западного контекста. Зарождается письменность на литовском языке, правда, не в самой Литве, а в соседней Пруссии, где М. Мажвидас издаёт «Простые слова катехизиса». В начале XVI в. появляется и школа, в которой преподавание велось пусть и на самом низком уровне, но по европейскому образцу.

В этом же столетии ВКЛ испытывает всё большее влияние Запада и, к вящему удовольствию современных литовских историков, становится своего рода периферией западноевропейского культурного пространства. При этом