Клаузевиц - Рудольф фон Кеммерер

против коммуникаций противника. Театр военных действий он изображал в виде треугольника, основанием которого является база армии, откуда последняя получает продовольствие, боеприпасы и пополнение. Вершиной треугольника служит цель армии, сторонами — крайне левая и крайне правая из дорог, которые можно использовать для снабжения. По тому, насколько острым является верхний угол, можно судить о качестве плана операций. Исход войны зависит от возможности прикрыть свои коммуникации и эффективно угрожать вражеским.

Эрцгерцог Карл развивал свою теорию с акцентом на сильные оборонительные рубежи, столь популярные в XVII и XVIII веках. Он называл их «ключевыми позициями», Система таких позиций прикрывает территорию страны. Решающую роль имеет выбор «стратегических пунктов», и в этой системе сражение тоже не играет большой роли. Если же дело дошло до битвы, то эрцгерцог рекомендовал ни в коем случае не задействовать резерв, если существует возможность поражения. Резерв следует беречь для прикрытия отхода, чтобы избежать полного разгрома армии противником.

Жомини, в отличие от двух предыдущих деятелей, был первым учителем нового военного искусства, появившегося в эпоху Французской революции и Наполеоновских войн. Он решительно порывает с теорией маневров и угроз коммуникациям. В центре его внимания — победа в полевом сражении, преследование и уничтожение вражеской армии. Он также рекомендует действовать против коммуникаций противника, но не для того, чтобы дезорганизовать снабжение, а чтобы отрезать пути отхода и сделать разгром еще более полным. Жомини требовал сосредотачивать силы против одного участка вражеской позиции, чтобы иметь здесь перевес сил. Если противник сконцентрировал свою армию, нужно атаковать его таким образом, чтобы отрезать ему путь отступления и одновременно иметь свои коммуникации строго позади себя (последнее, конечно, зависит не от желания полководца, а от конкретной местности). Если фронт противника растянут, его надо прорвать и затем разбить осколки вражеской армии поодиночке (операция на внутренней линии).

Легко заметить, что эти выводы сделаны из полководческой практики Наполеона. При правильном использовании они имеют большую ценность, однако Жомини нанес большой ущерб своей теории, облачив ее в математические одеяния по примеру Бюлова. Он не ограничился тем, что подчеркнул разницу между внутренними и внешними операционными линиями, а создал целую «систему операционных линий» со множеством довольно туманных технических терминов. Он также увлекся геометрическими построениями, не имеющими большого смысла на реальной войне.

По мнению Клаузевица, попытки механическим образом на основе неких формул составлять планы кампаний не имеют смысла. О своих предшественниках он говорил, что «они стремились оперировать фиксированными данными, в то время как война — пространство неопределенности, и свои расчеты нужно строить с учетом постоянных изменений. Они принимали во внимание лишь материальное, в то время как военные действия от начала и до конца пронизаны моральным фактором. Они делали акцент на действиях только одной стороны, в то время как война — это взаимодействие двух противников».

Исходя из этого, Клаузевиц стремился показать в своем сочинении влияние интеллектуального и морального фактора на ход боевых действий; его книгу можно назвать настоящей психологией войны[40]. Мы не можем позволить себе обильное цитирование оригинала, которое позволило бы привести многочисленные примеры того, насколько опытен был Клаузевиц, насколько четкой была его логика и насколько хорошо он знал человеческую природу. Достаточно лишь перечислить те части его произведения, которые посвящены упомянутому сюжету: главы о военном гении, о боеспособности армии, ее смелости и выдержке, об опасности и физических усилиях на войне, об информации и трениях, о численном превосходстве, внезапности и хитрости, наконец, глава о покое и напряжении. Автор повсеместно демонстрирует, что активность и готовность к риску являются главными решающими факторами на войне, что нужно уметь рисковать, поскольку риск является необходимостью.

Помимо этих аргументов в пользу «рационального героизма» Клаузевиц в своем произведении просто и убедительно анализирует различные аспекты войны. В первую очередь речь идет о сражении. Уже преподавая военную науку кронпринцу, Клаузевиц подчеркивал значение решающей битвы и указывал на значение условий местности. В своем главном труде он сформулировал ряд тезисов, которые не устарели до сих пор и не смогут устареть никогда. В частности, он указывал на то, что любое сражение должно иметь цель в контексте войны в целом. Эта цель, однако, всегда остается вторичной по отношению к главной задаче — уничтожению вражеской армии. Клаузевиц подчеркивал, что отдельные подразделения следует располагать таким образом, чтобы они могли своевременно прийти друг другу на помощь и в то же время не стесняли маневров друг друга. Он описывает важнейшие составляющие сражения — столкновение физических и моральных сил, влияние захвата или потери важных пунктов на местности, воздействие угрозы флангам и тылу, использование резервов и прибытие свежих сил. Особо следует выделить ту главу, в которой он рассуждает о воздействии победы, в первую очередь на побежденного, которому нужны немалые моральные силы, чтобы продолжить сопротивление. Затем Клаузевиц рассматривает стратегическое использование победы и преследование побежденного противника; уделяет он внимание и такому сложному маневру, как отступление.

В той части своего труда, которая посвящена вооруженным силам, Клаузевиц исследует формирование и структуру армии, ее передвижение и размещение на отдых. Конечно, многие его советы уже устарели и представляют в первую очередь исторический интерес.

Оборону Клаузевиц рассматривает наиболее подробно, поскольку именно в этой области он формулировал самые оригинальные и новаторские идеи. С его точки зрения, оборона — это не просто сопротивление, а выжидание первого удара противника. Контрудар является абсолютно неотъемлемой частью обороны: «Даже если цель войны заключается в сохранении статус-кво, простое отражение вражеской атаки противоречит сущности войны. Военное ремесло — это не пассивное сопротивление. Если обороняющийся получил значительное преимущество, он должен использовать его, нанеся удар, чтобы не подвергать себя новой опасности. Быстрый и энергичный переход в наступление — сверкающий меч возмездия — является кульминацией обороны».

Клаузевиц, таким образом, выступает за стратегическую оборону в том случае, если решено дать противнику бой на своей территории. После этого возможны четыре варианта действий:

1. Атаковать противника, как только он появляется на театре военных действий.

2. Занять позицию у границы, дождаться подхода наступающего противника и атаковать его.

3. Дождаться вражеской атаки на этой позиции.

4. Отойти вглубь страны и сражаться с противником там.

Клаузевиц считал, что для обороны следует выбирать сильные позиции — однако не настолько сильные, чтобы отпугнуть противника от их атаки. Главный резерв он считал необходимым держать за центральным участком позиции, однако таким образом, чтобы он мог парировать попытку вражеского охвата. Идеальным контрударом с позиций того времени ему представлялась фронтальная атака, прорывающая вражеские линии.

Кроме того, Клаузевиц рассматривал значение крепостей, сильных позиций и укрепленных лагерей, особенности обороны