О природе ниббаны. Беседы о медитации - Махаси Саядо

освободился от оков совокупностей, а также человеческих страстей лишь после достижения париниббаны. Несмотря на это, он не стремился ни к долголетию, ни к смерти. Я говорил вам на прошлой неделе, что арахант вообще не стремится к продолжению жизни или приближению смерти, хоть и с нетерпением ждет париниббаны.

Ниббана без остатка

Ниббана без остатка (anupādisesa nibbāna) является уничтожением страстей вместе с совокупностями. Соответствующим образом это было истолковано в Itivuttaka, где говорится, что таково достижение почтенного бхиккху, который достоин уважения и почитания в силу того, что он избавился от пристрастий и загрязнений, практикуя все то, что надлежало практиковать, осуществляя все, что следовало осуществить, сбросив с себя бремя совокупностей, разорвав оковы существования, освободившись посредством обретения всей полноты знания, отвергнув ощущения как непривлекательные (неприятные) и, наконец, достигнув покоя и безмятежности в течение жизни.

Важный момент, который здесь следует отметить, состоит в том, что ощущение прекращается вместе с достижением париниббаны араханта. Обычный человек и даже опытный практикующий не могут от него избавиться. Они склонны принимать это как нечто приятное, и поэтому у них возникает привязанность к ощущениям. Будучи привязанными к ощущениям, они держаться за них даже в момент сознания смерти. Таким образом, это продолжается как возникновение связанного с перерождением сознания. В результате возникает новое становление. Для араханта, с другой стороны, прекращение ощущения начинается уже во время жизни. Здесь можно вспомнить аналогию с угасанием пламени в связи с прекращением. Это угасание начинается уже во время жизни. И поскольку ощущение было погашено, нет никакой возможности для нового возникновения становления после париниббаны араханта.

То, что было сказано относительно ощущения, также распространяется с некоторыми вариациями и деталями на восприятие, ментальные формации и сознание, которые прекращаются, когда прекращается ощущение. Вместе с материей они представляют собой совокупности, в зависимости от возникающих результатов. Вместе с отрицанием совокупностей и результатов в итоге арахантами осуществляется уничтожение без остатка субстрата существования.

Две заслуживающие внимания строфы

В Itivuttaka [8] есть две ключевые строфы, в которых говорится о двух элементах ниббаны.

Duve imā cakkhumatā pakāsitā,

nibbānadhātū anissitena tādinā.

Ekā hi dhātu idha diṭṭhadhammikā,

sa-upādisesā bhavanettisaṅkhayā.

Anupādisesā pana samparāyikā,

yamhi nirujjhanti bhavāni sabbaso.

“Ye etadaññāya padaṃ asaṅkhataṃ,

vimuttacittā bhavanettisaṅkhayā.

Te dhammasārādhigamā khaye ratā,

pahaṃsu te sabbabhavāni tādino’ti.

Не опираясь [на ложные воззрения в результате страстных желаний], при полном обладании невозмутимостью [по отношению к приятным и неприятным чувственным объектам], при осуществлении мудрости глаз, Будда ясно продемонстрировал два элемента ниббаны. Один элемент sa-upādisesa nibbāna является прекращением загрязнений с остатком субстрата существования, и это совершенно очевидно здесь и сейчас. Это означает разрывание оков существования.

Anupādisesa nibbāna становится явственной лишь после париниббаны. В этом элементе уничтожение становления является полным. Зная эти два элемента как бесформенные и несотворенные силой сознания Пути, араханты освобождаются от становления. Постигнув сущность Дхаммы и достигнув невозмутимости по отношению ко всем хорошим и плохим чувственным объектам, они наслаждаются угасанием формаций.

В моем последнем обсуждении anupādisesa nibbāna была показана как место нахождения элемента покоя. Об этом говорится фигурально, поскольку на самом деле у этого нет местоположения. Также это не является причиной и результатом. В комментариях sa-upādisesa nibbāna описывается как разрушение и отсутствие вожделения без указания на какое-либо местоположение, причину или результат. Не будет совершенно правильным сказать, что Путь и его Плод, склоняющие к ниббане, являются причиной и что прекращение загрязнений в этих двух элементах является результатом. Также может быть отмечено, что покой, к которому Путь и его Плод склонны, является обычной ниббаной, тогда как рассматриваемые здесь два элемента являются сверхобычной ниббаной. Оба они являются одним и тем же, и оба они обладают атрибутом покоя (santi), одной из характеристик ниббаны.

Ниббана находится вне времени, и поэтому будет одинаково некорректно спрашивать, ведет ли Путь в момент прекращения загрязнений к ниббане в процессе ее установления в настоящем времени или же он устремляется к будущей ниббане с уничтожением совокупностей уже после париниббаны араханта. В данном случае ниббана находится за пределами концепции времени.

Рассмотрим скрытые предрасположенности (тенденции), способствующие формации страстного желания, ненависти и неведения. Обычные люди обладают ими в избытке. Они возникают, когда есть благоприятные условия, и они не могут быть отнесены к прошлому, настоящему или будущему. И поскольку они вне времени, то их прекращение также вне времени. Рассмотрим также явление прекращения. Оно не является событием, и оно не возникает. Нельзя сказать, что оно возникло, возникает или будет возникать. Оно не имеет связи со временем, и, строго говоря, мы не утверждаем, что прекращение было завершено. Оно происходит в момент, когда появляется сознание Пути. Когда загрязнения прекращаются, опирающиеся на них совокупности теряют свою возможность возникать. Это явление в данном случае является вневременным. Поэтому бессмысленно спрашивать, склоняется (ведет) ли сознание Пути к настоящему или к будущему.

Где бы круговерть происхождения (uppāda), пребывания (ṭhiti) и растворения (bhaṅga) ни действовала, наилучшей Дхаммой является медитация на Плод Пути. Когда достигается абсолютное, вместе с исчезновением этих трех аспектов мыслительного момента, реализуется ниббана. Это высочайшая стадия. Когда араханты выходят из медитации ниббаны во время достижения результатов Путей, они выражают свою радость в виде следующих фраз:

Susukhaṃ vata nibbānaṃ, sammāsambuddhadesitaṃ.

Asokaṃ virajaṃ khemaṃ, yattha dukkhaṃ nirujjhatī’ti.

Все страдания уничтожаются в ниббане, где нет печалей, страстей и опасности. Определенно, блаженство – это ниббана, которую продемонстрировал Полностью Просветленный.

Таким образом, араханты стремятся к этому блаженному состоянию anupādisesa nibbāna, в котором материя, ум и ментальные формации угасают. И поскольку они избавляются от круговерти страдания, становление не возникает.

Пусть все, кто слушает, относясь уважительно к этим рассуждения о ниббане, достигнут ее за короткое время благодаря знанию Пути и его Плода.

Sādhu! Sādhu! Sādhu!

Часть III

Это было передано на восьмой день стареющей луны Тавтхалин, в 1326 году б. э. (29 сентября 1964 года).

История Бахия Даручирия

Разъяснив два элемента ниббаны, теперь, продолжая эти рассуждения, я обращаюсь к строфе (udāna), произнесенной Буддой, когда арахант Бахия Даручирия достиг anupādisesa nibbāna.

Bāhiya Sutta

Yattha āpo ca pathavī, tejo vāyo na gādhati.

Na tattha sukkā jotanti, ādicco nappakāsati.

Na tattha candimā bhāti, tamo tattha na vijjati.

“Yadā ca attanāvedi,