Безопасность Российской империи. Проблемы, дискурсы, практики в XVIII–XIX веках - Коллектив авторов

très vraisemblable qu’il lui en aura parlé pendant sa maladie en occupé comme il a dû l’être de ces idées, et l’un des passages de sa lettre à la margrave qu’on m’a montrée peut y trouver son explication: il était tout à fait unintellegible pour moi». LATH – HStA Weimar. HA A XXV Korrespondenzen. R 170 (Мария Павловна – Марии Федоровне). Bl. 38‘ (25.01./06.02.1826). Письма Елизаветы Алексеевны к матери опубликованы в: Елизавета и Александр. Хроника по письмам императрицы Елизаветы Алексеевны. 1792–1826 / Ред., перев. и аннотации Д. В. Соловьева и С. Н. Искюля. М., 2013. Среди имеющихся там писем из Таганрога (1825) едва ли возможно отыскать то, о котором говорила Мария Павловна, тем более что, во-первых, неясно, есть ли оно там вообще, а во-вторых, тревогой пронизаны все письма, относящиеся к периоду болезни Александра. Однако, например, 8 (20) октября 1825 года Елизавета Алексеевна сообщила матери, что государь желает вернуться в Петербург «по возможности позднее и, во всяком случае, не ранее нового года». По ее словам, это подняло ей настроение на весь день (Там же. С. 124).

292

«Diebitsch est donc à Petersbourg, il doit être également informé de ce qu’avoit sçu notre ange» (LATH – HStA Weimar, HA A XXV Korrespondenzen. R 170 (Мария Павловна – Марии Федоровне). Bl. 38’–39).

293

Ср., например: Архангельский А. Александр I. М., 2000. С. 457–458.

294

«Vous avez daigné me parler de la conduite si digne de Nicolas, je la bénis comme Vous, elle appartient au parfait modèle que nous avions sous les yeux. Mais Chère Maman je ne Vous cache pas que je m’attend à quelque chose d’aussi noble de la part de Constantin qui voudra respecter ce que celui que nous pleurons avoit indiqué: déjà le bruit de refus de sa part d’acçepter la couronne se répand depuis Berlin et Dresde. L’on dit qu’il a fait partir Michel porteur de ses volontés, qu’il n’a pas quitté Varsovie de sa personne; – je pense qu’ils vont s[?] distinguer l’un à l’envi de l’autre et se montrer dignes tous les deux également et de l’admiration publique et de la mémoire de celui que nous chérissions. Puisse cette lutte généreuse ne cause à Votre cœur que de mouvemens de satisfaction et pas de difficulté que Vous n’ayez pas nullement à régler par un choix diffiçile des destinées si importantes [?], qu’elles se déroulent d’elles-mêmes et que Vous n’ayez plus qu’à sanctionner!» (LATH – HStA Weimar. HA A XXV Korrespondenzen. R 169 (Мария Павловна – Марии Федоровне). Bl. 197 (10./22.12.1825). Эмоциональное состояние Марии Павловны здесь, похоже, особенно сильно сказалось на ее почерке; местами его очень трудно разобрать. После известия о смерти Александра Константин Павлович попросил младшего брата Михаила Павловича передать вместе с другими бумагами два письма к Марии Федоровне и Николаю, ср.: Pienkos A. T. The Imperfect Autocrat. P. 82.

295

«Je crois voir la main de Dieu dans cette complication, laquelle devoit mettre au jour d’une manière si illustre et si neuve deux caractères que la Russie devoit apprendre à respecter l’un comme l’autre quelque fût l’issûe de la lutte généreuse, car il importoit à la patrie après une perte aussi éminente que celle qu’elle a faite qu’elle pût avoir [зачеркнуто: la Confiançe] et l’Estime [?] que la Confiançe des actions [?] donne seule dans ceux qui lui restoient: c’est encore une protection Divine pour ce païs et nous devons le reconnoitre» (LATH – HStA Weimar. HA A XXV Korrespondenzen. R 169 (Мария Павловна – Марии Федоровне). Bl. 203‘ (16./28.12.1825).

296

В документах, с которыми мы здесь ознакомились, самым явным указанием на это является на данный момент отрывок (датированный Варшавой, 13(25).12.1825) из письма Константина к Марии Павловне, который она цитирует в письме к Марии Федоровне от 31.12.1825: «Quant aux événemens de Petersbourg je ne Vous en parle pas, Vous les saurez certainement par la voïe de ma Mère: – ils auront beau me proclamer Empereur que je ne le serai pas. Vous savez ma résolution et Vous avez été témoine du suffrage qu’y a donnée notre adoré défunt et ma Mère» (Ibid. Bl. 205 (19./31.12.1825). Мария Павловна прокомментировала это письмо следующим образом: «Je dois conclure que son parti est irrévocablement pris et qu’il restera fidèle à ses engagemens: – il sera un sublime Exemple de piété fraternelle et de respect à la parole donnée, et il est bien plus grand en persistant dans son refus que même sur le trône» (Ibid. Bl. 205‘). Кстати, она утверждает, что молчит обо всем этом в Веймаре, но при этом видит, насколько это всех занимает («Içi je me tais sur tout cela; mais j’apperçois combien fortement l’on en est occupé». Ibid.). Даже после 21 года проживания в Веймаре и целого ряда кризисов и конфликтов, в том числе в отношениях с Александром I, в ней все еще преобладала ее преданность России; к тому же она, вероятно, не хотела создавать лишнего беспокойства.

297

Ibid. Bl. 203‘–204 (16./28.12.1825): «De graçe Chère Maman faites moi mettre au fait avec Exactitude de ce qui s’est passé le 27 Nov./9 Deç.: après l’arrivée de la fatale nouvelle, je n’ai à cet égard que des données incomplettes, et seroit-il possible que Mr Willamoff (личный посланник Марии Павловны при петербургском дворе. – Ф. Ш.) copiat pour moi le papier contenant la renunçiation de Constantin et celui que notre Cher Empereur avoit écrit pour l’accompagner, que j’entends appeller son testament».

298

В пользу такой трактовки говорят также сведения, полученные из источников в издании 1926 года, согласно которым Мария Павловна лично присутствовала при разговоре, в ходе которого Николай узнал о договоренности по поводу престолонаследия, ср.: Междуцарствие 1825 года / Ред. С. Сыроечковский. С. 49–62 (Воспоминания Михаила Павловича о событиях 14 декабря 1825 года), здесь С. 51; Там же. С. 148–157 (Из переписки Константина Павловича с Марией Федоровной (26.11./14.12.1825), здесь С. 149 (Константин – Марии Федоровне, Варшава, 26.11.1825 [ст. ст.]): «Покойный государь благоволил одобрить мое решение, и то же сделали и вы, дорогая и добрая матушка, в самых лестных для меня выражениях в присутствии моей сестры Марии». Мария Павловна находилась в Петербурге с 22.11.1821 по 01.06.1823, ср.: Müller-Harang U. Maria Pawlowna – Reisetätigkeit // «Ihre Kaiserliche Hoheit» Maria Pawlowna, Zarentochter am Weimarer Hof. Ausstellungskatalog Weimarer Schlossmuseum / Hrsg. v. der Stiftung Weimarer Klassik und Kunstsammlungen. Berlin, 2004. S. 244–245.

299

«Il est beau de voir les sentimens qui règnent en Russie, et d’observer avec quel calme et quel silençe ces tristes tems se passent. Que Dieu bénisse la Nation!» Ibid. R 170. Bl. 2‘ (21.12./02.01.1825). Здесь Мария Павловна ссылается на «русскую газету» («gazette russe»), в которой было объявлено о предполагаемом скором прибытии Константина в Петербург, ср.: Ibid.