Девочка для Шторма - Ольга Медная

Я вышла из комнаты, не глядя на Ганса. Мои шаги гулко отдавались в пустом коридоре. Я знала, где он. В своем кабинете.

Охрана у дверей кабинета расступилась без слов. Они знали: мне можно входить. Я была его «особым гостем», его драгоценным трофеем.

Я толкнула тяжелые дубовые двери. В кабинете царил полумрак, нарушаемый только светом настольной лампы. Шторм сидел в своем кресле, откинувшись на спинку. В руке он держал стакан с виски, лед тихо позвякивал о стекло. Он не поднял головы, но я знала, что он почувствовал моё появление каждой порой своей кожи.

— Ты редко заходишь сама, Лиза, — его голос был низким, обволакивающим, как патока. — Обычно мне приходится посылать за тобой Ганса. Что изменилось?

Я подошла к его столу, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. Каждое движение давалось с трудом, словно я шла через густую смолу.

— Мне нужна твоя помощь, — выдохнула я.

Шторм медленно поднял голову. В его глазах вспыхнул опасный огонек интереса. Он поставил стакан на стол и подался вперед, скрестив пальцы на полированной поверхности.

— Помощь? — он смаковал это слово. — Девочка, которая две недели смотрела на меня как на личного врага, пришла просить о помощи? Это должно быть что-то действительно важное.

Я молча положила мятую записку на стол. Он не спеша разгладил её ладонью, пробежал глазами по строчкам. Его лицо не изменилось, но я заметила, как на его челюсти заиграли желваки.

— Майя, — произнес он почти нежно. — Твоя непутевая сестра. Опять казино? Или на этот раз что-то посерьезнее?

— Помоги ей, — мой голос был едва слышным шепотом. — Пожалуйста.

— Я могу всё, Лиза, — он встал, медленно обходя стол. Он двигался как хищник, который точно знает, что добыче некуда бежать. — Вопрос в другом. Почему я должен это делать?

Он остановился прямо передо мной. Его рост, его мощь, его запах — всё это обрушилось на меня, заставляя инстинктивно сделать шаг назад, но я уперлась спиной в холодный край стола. Он положил руки по обе стороны от моих бедер, запирая меня в кольцо своего присутствия.

— Ты просишь за нее, — продолжал он, наклоняясь так близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах. — Но что ты готова дать взамен? Твоя благодарность — вещь эфемерная. Твоя покорность до сих пор была вынужденной. Мне нужно что-то большее.

— Ты и так забрал у меня всё! — взорвалась я, упираясь ладонями в стол. — Ты запер меня здесь! Ты приставил ко мне псов! Что тебе еще нужно?!

Шторм накрыл мои запястья одной рукой, сжимая их безболезненно, но надежно. Его глаза потемнели, в них отразилось то самое патологическое пламя, которое я видела в ту ночь нашего «наказания».

— Мне нужна ты, Лиза. Вся. Без остатка. Без этих твоих мыслей о побеге, без скрытой ненависти в глазах. Я хочу, чтобы ты приняла свою клетку. Чтобы ты перестала бороться со мной и начала бороться на моей стороне.

Он коснулся пальцами моей щеки, ведя вниз к шее. Я замерла, не в силах пошевелиться. Притяжение, которое я так отчаянно пыталась подавить, вспыхнуло с новой силой. Это было безумие — хотеть этого человека, зная, кто он такой. Но моё тело предавало меня, отзываясь на каждый его жест.

— Если я спасу Майю, — прошептал он, — ты забудешь о том, что написано в бумагах Риты. Ты перестанешь задавать вопросы. Ты будешь принадлежать мне не потому, что у тебя нет выхода, а потому, что ты сама так решила.

Я смотрела в его глаза и видела в них бездну. Он не просто хотел спасти Майю — он хотел окончательно сломить мой дух, купив мою жизнь ценой жизни моей сестры и матери. И самое страшное было в том, что у меня не было выбора.

Его ладонь переместилась на затылок, пальцы запутались в моих волосах, резко дернув голову назад. Я вскрикнула, но это был не крик боли, а стон капитуляции. Мои губы оказались в сантиметре от его.

— Да, — прошептала я, глядя прямо в его бездну. — Если это цена — я плачу её.

Шторм на мгновение замер, словно проверяя мою решимость. Это не было актом любви. Это был акт обладания.

— Смотри на меня, Лизок, — прорычал он, отстраняясь лишь на миг. — Я хочу, чтобы ты видела того, кто теперь владеет твоим телом.

Я смотрела в его лицо — напряженное, хищное, лишенное всякой маски. В этот момент он не был Штормом, великим боссом. Он был мужчиной, который терял рассудок от собственной одержимости. Он смотрел на меня так, словно хотел поглотить, растворить в себе.

— Ты моя, — шептал он между хриплыми вдохами, сминая мою грудь ладонями. — Ты никуда не уйдешь. Я сожгу этот город, если ты попытаешься скрыться.

Его патологическая потребность контролировать каждый мой вдох — всё это изливалось в этом акте близости. Я чувствовала, как под его напором рушатся мои последние внутренние бастионы. Я была разбита, растоптана, но в то же время — жива так, как никогда раньше.

Он неожиданно отпрянул от меня, оставляя меня в легком бреду, взял телефон, и через короткий звонок произнес:

— Ганс уже выехал за твоей сестрой, — произнес он своим обычным холодным тоном, хотя его голос всё еще немного вибрировал. — Через час она будет в безопасности. Но ты… ты остаешься здесь. Навсегда.

Я осталась сидеть на столе, пытаясь дрожащими руками запахнуть остатки блузки. Внутри меня было пусто и холодно, несмотря на недавний жар. Я спасла Майю. Но цена оказалась выше, чем я предполагала. Я не просто отдала ему свое тело — я дала ему ключ от своей души, и теперь он никогда не повернет его в замке обратно.

Глава 16. Грань безумия

Момент, когда Шторм сухим, будничным тоном сообщил, что вопрос с Майей решен, и теперь её сестра находится под охраной, где до неё не дотянутся ни старые долги, ни жадные руки коллекторов, Лиза впервые за долгое время по-настоящему выдохнула. Тяжелый ком, стоявший в горле неделями, наконец растворился.

Она смотрела в окно на серый пейзаж, и внутри медленно разливалось непривычное тепло. Шторм не просто сдержал слово — он сделал это без лишних условий, почти рыцарским жестом, который никак не вязался с его репутацией безжалостного дельца. В эти минуты ей хотелось подойти к нему, коснуться его руки и просто сказать «спасибо», позволив себе ту самую