Цена предательства: Месть по нотам - Lana Rubi

— Здравствуй, Морвен. Я тоже рада тебя видеть. Если позволишь, у меня к тебе есть одно важное дело.

— Конечно, я весь во внимании, — тут же отозвался герцог, готовый, кажется, по первому её слову перевернуть весь Эбонхолд вверх дном.

— О-о-о, видишь ли… это очень личное, — заговорщически прошептала Эн.

Она сделала это намеренно, чуть понизив голос, но так, чтобы её слова отчетливо долетели до ушей стоящего рядом Дориана. Эн разыгрывала этот спектакль безупречно, филигранно уводя подозрения кузена в сторону. Ей нужно было, чтобы все вокруг, и в особенности этот дотошный генерал, думали, будто вся эта поездка связана исключительно с её собственными секретами и нуждами.

— Личное?.. Кхм, — Морвен забавно растерялся и слегка поперхнулся, явно не ожидая, что у неприступной Эниры может быть к нему какое-то тайное, интимное дело. В его глазах на секунду вспыхнула робкая, безумная надежда. — Что ж… Хорошо. В таком случае мы обсудим это сразу после ужина.

— Как тебе будет удобно, — Эн довольно улыбнулась и, обернувшись, незаметно подмигнула мне.

Мол, смотри и учись, Виктория. Рыбка заглотила наживку, а грозный генерал молний остался в дураках, считая нас просто парой сентиментальных подружек.

— Дориан, — Морвен наконец вспомнил, что перед ним стоит не только любимая женщина, и обернулся к генералу. — Я ждал, что ты приедешь, и, если честно, даже знаю по какой причине. Но давай обсудим твои государственные дела позже.

— Хорошо, — сухо и как-то слишком отстраненно ответил генерал.

Дориан медленно перевел свой тяжелый, пронзительный взгляд на меня. Морвен безошибочно проследил за направлением мыслей друга и тоже повернулся в мою сторону.

Я внутренне замерла, приготовившись к худшему. Но глаза хозяина замка тут же расширились. В них не было ни капли брезгливости, отвращения или фальшивой жалости, к которым я уже успела привыкнуть в дороге. Это был чистый, благоговейный трепет гениального творца. В его глазах горел искренний, жадный, почти детский интерес ученого, который увидел перед собой редчайший, уникальный шедевр природы. Мне впервые за долгое время стало по-настоящему приятно. Я почувствовала себя не покалеченным монстром, а загадкой, которую этот человек мечтает разгадать.

— А это что за удивительное создание? — Морвен восхищенно выдохнул, но тут же спохватился и вопросительно перевел взгляд на Эн.

— Это моя близкая подруга Виктория, — быстро перебила его целительница. Она ловко шагнула вперед и, собственническим жестом взяв раскрасневшегося герцога под руку, мягко увлекла его за собой. — И как ты сам только что пообещал, Морвен, сразу после ужина мы всё-всё с тобой обсудим. И только наедине.

Она вела его по широкому коридору, уводя на второй этаж, и мы послушно последовали за ними. Гвардейцев генерала со всеми почестями расположили на первом, гостевом этаже, нам же с Эн и Дориану выделили роскошные покои на втором. Я шла замыкающей, стараясь держаться подальше от шагающего рядом генерала, и буквально с открытым ртом рассматривала стены. Каждое приспособление в Эбонхолде казалось мне чудом: странные медные раструбы, из которых доносился шепот очищающих заклинаний, загадочные крутящиеся диски на дверях… Я даже близко не подозревала, для чего всё это нужно.

Мои личные покои вообще повергли меня в ступор. Едва я переступила порог, как комната сама подстроилась под меня.

Мягкий, теплый свет лился прямо из изящных настенных ниш, где вместо свечей или факелов покоились крупные полупрозрачные кристаллы. Стоило мне провести ладонью мимо специальной руны у двери, как их сияние послушно приглушалось, создавая уютный полумрак.

Но настоящим потрясением стала примыкающая к спальне уборная. В моем родном Доркалуме даже в богатых домах слуги таскали ведра с горячей водой, а здесь царила чистая магия плоти и стихий. Вода лилась в глубокую мраморную чашу прямо из раскрытой пасти декоративной медной ящерицы. Никаких труб! Стоило нажать на едва заметный изумрудный камень, как из воздуха материализовалась чистейшая, идеально горячая вода, от которой поднимался густой пар с ароматом хвои. А когда я закончила умываться, вода сама с тихим шипением ушла вглубь артефакта, оставив чашу абсолютно сухой и чистой.

Это было невероятно. Дико. И так непривычно для доркалумской беженки.

…

Я поспешно смыла с себя дорожную пыль, наслаждаясь живительным теплом магической воды, и быстро переоделась. С собой у меня было всего несколько самых простых, скромных платьев. Без всяких изысканных шнуровок, корсетов и сложных застежек, с которыми моим пока еще слабым, исхудавшим пальцам было бы попросту не совладать. Сердце в груди глухо и неровно стучало. Мне дико, до дрожи не терпелось поскорее встретиться с Морвеном с глазу на глаз, поговорить с ним без посторонних ушей и наконец получить четкий ответ: сможет ли он помочь мне? Дарует ли он мне новую, безупречную внешность для моей будущей мести?

Ведомая этим жгучим нетерпением, я бесшумно выскользнула из покоев и спустилась по широкой лестнице на первый этаж. Но едва мои ступни коснулись паркета просторного холла, как до моих ушей донеслись приглушенные, но эмоциональные звуки чужого разговора, доносившиеся из глубин коридора.

Я вовсе не собиралась намеренно подслушивать чужие секреты. По крайней мере, я попыталась себя в этом убедить. Но дикий инстинкт выживания, обострившийся до предела после пережитого предательства, заставил меня замереть на месте. Воровато оглядевшись по сторонам и убедившись, что в огромном холле я совершенно одна и никто меня не видит, я сделала несколько мягких, крадущихся шагов по направлению к кабинету герцога.

В кабинете, судя по долетавшим до меня громким, раздраженным голосам, вовсю шел нешуточный спор между хозяином замка и Дорианом. Я прильнула к прохладной стене у самой двери. Из обрывков фраз и резких реплик, которые мне без особого труда удавалось перехватывать, передо мной начала проясняться истинная, весьма интригующая причина визита «местного генерала».

Как выяснилось из долетавших до меня фраз, Морвен Галахад был слишком ценной фигурой для всей Империи Арканум, чтобы Корона могла лишить его своего высочайшего покровительства из-за эгоцентричного затворничества. Этот человек создавал мощнейшие артефакты, способные в разы усиливать и без того грозную природную силу драконитов, и варил поистине уникальные зелья регенерации, спасавшие жизни высшим военным чинам.

Но была у молодого герцога и куда более глубокая, тайная страсть — запретные биомагические эксперименты над людьми, и не только над ними. Он был буквально одержим идеей создать «супер-драконита», искусственно и очень ювелирно совмещая