Реставратор 3 - Николай Некрасов

с душой. Но из-за того, что пришлось сильно поработать, чтобы из обычного дома такой храм сотворить, не все нормы могли быть соблюдены. И паникадило оказалось чуть крупнее нужного, и закрепили не его не как обычно, когда оно свисает, а на четыре стороны на крепких цепях.

— Это добавляет особенной красоты вашему храму, — похвалил я. — Прекрасная задумка и реализация.

— Да, — женщина похлопала меня по предплечью, радуясь, что я разделяю ее восторг. — И давно пора почистить его как следует, и обновить позолоту. Справитесь?

Мы с Михаилом переглянулись. Обоим было бы интересно поработать здесь, очень уж понравился нам и храм, и старушка, и само паникадило, но…

Но времени на эту работу у нас не было. Да и наша помощь здесь не требовалась.

— Скажу вам честно, — начал я. — Очень хотел бы сказать «да», но, увы. Несколько крепких рабочих снимут его быстрее и качественнее, чем мы с помощником. Да и отчистить его — работа кропотливая, но не требующая реставрации. А покрыть потертости сусальным золотом сможет и начинающий семинарист за тарелку супа.

Бабушка слушала с серьезным лицом, на котором отражалось понимание.

— Настоятель не поскупится по оплате. За еду у нас никто здесь не работает. «Трудящийся достоин пропитания», — она подняла указательный палец.

— Абсолютно с вами согласен! — кивнул я. — Но за работу взяться не сможем, уж поймите.

— Понимаю, соколики, понимаю. Не буду скрывать, что мне грустно это слышать, но вы, пожалуй, правы.

— Тогда подпишите нам документ.

Бабушка сперва запротестовала, доказывая, что не имеет полномочий, но мы заверили: подписи ответственного лица будет достаточно для Синода, и подпись самого настоятеля не потребуется.

Храм мы покинули с ноткой легкой светлой грусти, но с весьма радостным чувством выполненного долга.

— Ты домой? — уточнил я, когда вышли за ворота.

Михаил покачал головой:

— В мастерскую. Из-за этих разъездов не успеваю кое-что доделать.

— Можешь доделать завтра, — предложил я.

— Уж больно задача интересная.

Я только пожал плечами:

— Ладно, — ответил, вынимая из кармана телефон, чтобы вызвать такси. — Раз уж тебе так нравятся переработки…

— Мне нравится само ремесло, — с трепетом ответил товарищ.

— Вот как? — радостно спросил я, и парень кивнул. — А чего ж тогда занятия прогуливал, что на летнюю практику угодил?

— Да шалопай я, — признался он. — Ремесло нравится, но усидчивость хромает. Да и ребята некоторые… — он замялся. — Задираются иногда. Я же из простой семьи, хоть дар и имею. По крови аристократ, по финансам — акробат. Кручусь, верчусь, никак не раскручусь!

Словно в доказательство своих слов, он вывернул пустые карманы.

— Ну, это мы будем потихоньку исправлять. Премия у вас была первая, но не последняя. А репутация, талант и рвение обязательно сделают свое дело. Дай срок.

Он кивнул, и в легкой задумчивости продолжил.

— Есть предметы, которые словно бы просят о помощи, — начал он. — Чувствуешь, как материал устал, как краска держится из последних сил… И я очень хочу помочь таким вещам обрести вторую жизнь. Получить новый шанс. Хочу заниматься этим, сделать своей профессией.

— Похвально, — оценил я. — И у тебя интересный взгляд на процесс. Мне это нравится.

— Он у меня с детства. Дед был столяром. И умел починить всё что угодно: стулья, рамы, шкафы. Он всегда говорил, что любой предмет проживает свою жизнь. За годы получает свою историю. И эта история порой бывает интереснее и богаче, чем у многих людей.

Я невольно кивнул. Потому что сам считал точно так же.

— И если она сломалась, — продолжил парень. — Это не значит, что ее жизнь закончилась. Я тогда в это не очень верил. Думал, дедушка просто любит красиво говорить. А потом взял в руки первую икону… вот тогда и понял, что он прав.

— Хороший у тебя дед, — тихо сказал я.

— Хороший, — согласился Михаил.

Беседу прервала машина такси, которая остановилась у тротуара.

— Ладно, едем, — хитро улыбнулся я. — Посмотрим, что там за сложная задача.

* * *

— Ну? — не отрываясь от ноутбука, спросила Настя, едва только мы вошли в гостиную.

— Первый объект берём, — ответил я. — В остальном — не наш профиль.

Я положил на стол перед секретарем два отказа. Девушка взяла бумаги, пробежала взглядом по строкам и кивнула:

— Мне нужен еще отчет по первому объекту, — не отрываясь от своего занятия, произнесла она. — Примерные сроки, объем работ, материалы…

— Я уже составил, — ответил Михаил. — Правда, черновой вариант, но…

Настя подняла взгляд и посмотрела на него с легким удивлением. Парень же достал из кармана блокнот, открыл на нужной странице и положил перед секретарем.

— Очень черновой, — ответила девушка, взглянув на лист. — Но я доделаю, не переживай.

Она отложила бумаги и вернулась к ноутбуку:

— Послезавтра у вас еще несколько объектов, — деловито произнесла, окинув нас взглядом, и добавила: — Один очень срочный. Так в заявке помечено. Впрочем, так каждая вторая заявка промаркирована. Наверное, чтобы ехали быстрее.

Я тяжело вздохнул:

— Почему нельзя прилагать к таким заявкам фото? Чтобы хотя бы приблизительно знать, с чем нужно будет иметь дело?

Настя пожала плечами:

— Сие мне неведомо.

— Город?

Девушка покачала головой:

— Исторические пригороды. Но в этот раз мне удалось договориться, чтобы Синод выделил вам транспорт.

Я удивленно нахмурился:

— С чего это вдруг они согласились?

Девушка пожала плечами:

— Наверное, они не хотят оплачивать счета за такси, — просто ответила она. — Кофе готов.

— Спасибо.

Я прошёл на кухню, где на столе и правда стоял кофейник. Я налил в чашку напиток, сел за стол и сделал глоток. Из гостиной слышался приглушенный голос Насти. Секретарь уточняла у Михаила какие-то детали к срокам.

Я же откинулся на спинку кресла, думая о том, что услышал от одержимой. Завтра нужно будет поискать информацию про Померанцева. Хотя…

Сделал глоток горячего кофе, поставил кружку на стол. Демонам нельзя верить. Эти существа созданы для того, чтобы обманывать людей. С другой стороны, проверить информацию было несложно. Возможно, он подкинул реальную наводку, а не просто забавлялся и хотел запутать. Значит, завтра нужно будет посетить архивы и почитать про Померанцева.

Я взял кружку, встал из-за стола и вышел в гостиную. Некоторое время стоял, прислонившись к косяку и наблюдая, как Михаил и Настя пытаются работать сообща. Довольно отметил, что в их взаимоотношениях был внушительный прогресс. Во всяком случае, ссориться они стали гораздо меньше.

— Михаил, как освободишься, спускайся в мастерскую, — попросил я. — Покажу кое-что, пока есть время.

— Я его не держу, — ответила за помощника секретарь. — Сама как-нибудь разберусь в его каракулях.

Парень, к моему удивлению, даже не стал спорить. Просто улыбнулся, встал и произнес:

— Уже