Аполлинарий Михайлович Васнецов - Лидия Алексеевна Беспалова

Надо отметить определенную закономерность постановки и решения Васнецовым этой интереснейшей задачи. Художник на всем протяжении своей жизни был склонен к научной деятельности. Начиная со сбора геологических коллекций в юности и кончая многолетней работой в «Комиссии по изучению старой Москвы», Васнецов всю жизнь умел совмещать в своей творческой индивидуальности и художника и ученого-исследователя. Это, как отмечал и сам художник, было первой закономерной причиной его работы над старой Москвой.

Нельзя не поставить увлечение далеким прошлым столицы в связь с длительной и плодотворной деятельностью мастера в области эпического пейзажа. С этой точки зрения, поиски Васнецова в работе над картинами из истории Москвы предстают перед нами с совершенно новой стороны.

Стремление найти в настоящем черты далекой старины неизбежно должно было привести художника при работе над городским пейзажем к попытке показать не только настоящее столицы, но и проникнуть в ее далекое прошлое.

Как мы увидим дальше, работа развивалась у Васнецова по двум основным направлениям: с одной стороны, это создание больших полотен эпического характера, как, например, «Улица в Китай-городе», «На рассвете у Воскресенских ворот» и т. п., с другой стороны — полужанровых, но опять-таки в основе своей пейзажных картин и рисунков, воссоздающих древний, ныне не существующий пейзаж столицы. Очевидно, что и первое и второе направления поисков художника непосредственно связаны с его желанием показать многовековую жизнь Москвы средствами пейзажной картины.

Здесь выступает одно обстоятельство, на которое следует обратить внимание, чтобы уяснить, почему Васнецов в работе над историческим пейзажем иногда изменял эпической, монументальной живописи и «размельчал» свое искусство на создание протокольно точных пейзажей-жанров, вроде серии его акварелей, находящихся ныне в Музее истории и реконструкции Москвы. Нам кажется, что это было вызвано беспрецедентной, совершенно оригинальной спецификой его работы в новом жанре.

Московский Кремль. Соборы. 1894

Летний кабинет кн. Голицына. Эскиз декорации к опере «Хованщина». 1897

Когда Васнецов писал пейзажи родной природы, не тронутой человеком, он мог в сегодняшнем ее облике образно дать почувствовать зрителю эпическую древность. Она сквозила и в сглаженных временем вековых отрогах гор, и в огромных седых великанах-деревьях, и в медлительном течении воды, и, наконец, в самой дикости и пустынности пейзажа, невольно вызывающей мысль о бесконечном существовании природы.

Иное дело при изображении населенного людьми оживленного города. Здесь почувствовать древность было труднее. Многие старые башни, здания и другие постройки давно были разрушены и существовали только на планах да в виде обломков камня или неожиданно выглянувшей из-под штукатурки детали давно заложенного проема окна. А те постройки, которые уцелели, настолько были в большинстве своем перестроены, перекрашены, изменены и «цивилизованы», что показать их многовековую древность представлялось трудной задачей.

И все же старина была тут, вокруг художника, на улицах и в переулках современной Москвы и особенно в Кремле. Ее нужно было только суметь найти. И Васнецов со свойственным ему энтузиазмом приступает к поискам «натуры». Делая свои протокольно исторические зарисовки, художник как бы создает для себя ту натуру, которую уничтожил новый город. Раз он не мог ощутить древность непосредственно, как ощущал ее в дремучих лесах Урала, значит, он должен был разглядеть ее при содействии карт, остатков строительного камня, кирпичной кладки и, наконец, собственного воображения.

Скит. Эскиз декорации к опере «Хованщина». 1897

Васнецов осознал, что для создания подлинно эпического городского пейзажа необходимо изображать Москву того времени, когда ее здания еще были в массе своей древними. Так появились эпические монументальные полотна Васнецова, написанные им в 900-х годах и изображающие главным образом Москву XVII века.

И если его некоторые акварели, посвященные старой Москве и содержащие документальное проникновение вглубь веков, ценны прежде всего с точки зрения археологической достоверности, то большие картины художника представляются нам единственной в своем роде попыткой показать в пейзаже эпическую древность русской столицы не только какой она была в XVII веке, но и убедить зрителя, что на изображенных строениях лежит отпечаток целого ряда исторических событий, пережитых городом: монгольское иго, пожары, мор, войны — все этапы развития города, выросшего на берегу извилистой речки, называемой Москвой, и ставшего к XVII веку столицей огромного государства Российского.

Наконец, была и побочная причина, облегчившая художнику его трудную работу. Имеется в виду метод работы Васнецова над пейзажем-картиной. Подробно этот метод будет разобран позже, сейчас лишь отметим, что, пожалуй, из всех пейзажистов того времени Васнецов больше других работал над пейзажем «по представлению», лишь подкрепляя его «справками», извлеченными из этюдов. У Васнецова нет ни одной картины, которая была бы полностью заимствована с этюда, написанного с натуры. Эта привычка к «сочинению» пейзажа безусловно помогла художнику создавать пейзажи-картины на темы старой Москвы.

Москва при Иване Грозном. Красная площадь. 1902

Поселившись в Москве в 1878 году, Васнецов долго жил в Кокоревском подворье, напротив Кремля. Художник много бродил по городу, знакомясь с его историческими памятниками. Современная Васнецову Москва получила отражение в упомянутых ранее этюдах Нескучного сада и Воробьевых гор, а также в картинах «Московский Кремль. Соборы» (1894, Третьяковская галлерея), «Беклемишевская башня» (1896), «Кремль» (1897, Кировский художественный музей) и немногих других.

В пейзаже «Московский Кремль. Соборы» изображен вид на Кремль из-за Москвы-реки. Взгляд художника привлекают Кремлевские соборы, расположенные на высоком холме за каменной стеной с башнями. На переднем плане — часть реки и набережная, по которой едут кареты, кажущиеся очень маленькими. Лишь оживляя строгую композицию картины, они не останавливают внимания зрителя. Характерно почти фотографическое изображение архитектурных памятников, четкая линия контуров и тонкая выписанность деталей. Преобладают светлые краски. Найдено красивое сочетание белых соборов с золотыми главами куполов и свежей зеленью холмов. На фоне серо-сизого неба еще более выделяется белизна церквей.

Но в изображении современной художнику Москвы не чувствуется любовного проникновения в старинную архитектуру, которым отличаются картины, посвященные старой Москве.

Начало работы Васнецова над старой Москвой относится к 1891 году, когда художник выполнял иллюстрации к «Песне о купце Калашникове» для юбилейного издания сочинений М. Ю. Лермонтова. Нужно было дать несколько рисунков на темы «Москва в XVI веке. Вид на Кремль из Замоскворечья», «Возвращение Иоанна Грозного с поединка на Москве-реке между купцом Калашниковым и Кирибеевичем» и «Красная площадь».

Васнецов отнесся к этому заданию с исключительной добросовестностью. Ему пришлось основательно заняться историей и археологией Москвы, изучить планы