Аполлинарий Михайлович Васнецов - Лидия Алексеевна Беспалова

века уже были выстроены кирпичные стены Кремля с башнями (в конце XV века) и сооружен водяной ров. На картине видна стена рва, расположенная ниже кремлевской стены. Постройка водяного рва усиливала оборону Кремля, делала его недоступным для врагов. Над площадью возвышается закрытый лесами собор Василия Блаженного, выдающийся памятник древнерусской архитектуры. Показывая строительство собора, начатое в 1554 году в честь победы Ивана Грозного над Казанским ханством, художник как бы уточняет этим время действия.

У кремлевской стены тесно сгрудились деревянные дома с небольшими домовыми церковками, тоже деревянными. И эта деталь характерна именно для XVI века, так как позже, в XVII веке, деревянных строений у стен Кремля почти не встречается, они заменяются каменными постройками.

Главное внимание в картине Васнецов уделил показу архитектуры Красной площади во второй половине XVI века, но он раздвигает рамки задач чисто архитектурного пейзажа и знакомит зрителей с жизнью того времени. Художник умышленно изображает не спокойно торгующих москвичей, но взбудораженных каким-то известием горожан, считая это более характерным для эпохи Ивана Грозного. Синие, сгущающиеся облака и тревожное освещение картины еще более усиливают беспокойный характер колорита произведения.

Самое большое количество картин было посвящено Васнецовым изображению Москвы XVII века.

«История Русского государства в XVII веке характеризуется резким обострением классовой борьбы. В Москве, как столице государства, классовые противоречия проявлялись с особенной силой, и в течение XVII века она не раз становилась центром крупных народных движений, находивших отзвуки по всей стране»[59].

Начало XVII века, прежде всего Смутное время, привлекает художника, всегда пытавшегося связать архитектурный пейзаж того или иного времени с жизнью народа. Все картины из этого цикла отличаются драматизмом, присущим событиям того времени. К теме Смутного времени Васнецов возвращается неоднократно и в последующие годы.

Одной из лучших картин, изображающих старую Москву начала XVII века, является «Улица в Китай-городе. Начало XVII века» (1900, Русский музей).

Территория Китай-города, примыкавшая к восточной стене Кремля и включавшая в себя Красную площадь, занимала обширное, густо застроенное пространство. «Если Кремль был административным и политическим центром Москвы, то Китай-город по праву может быть назван центром городской народной жизни; здесь она кипела ключом»[60]. Китай-город был оживленным торговым районом. Улицы «за торгом» (Красной площадью) были заняты купечеством, крестьянскими и боярскими домами, среди которых теснились церкви и монастыри.

Москвичи строили свои дома так, как было им удобно, совершенно не считаясь с планировкой, иногда выдвигая угол дома за ограду. К основному срубу при надобности пристраивали новый сруб. Красоту и изящество постройкам владельцы придавали сообразно своему вкусу резными украшениями, фигурными кровлями, преимущественно остроконечными, чтобы с них быстрее стекала вода и не задерживалась сырость.

Такое градостроительство создавало нагромождение построек разного типа и вида с окнами разных размеров, расположенными на различной высоте, с крышами разного наклона и высоты, с несколькими входными дверями и лестницами. Дома менее зажиточных людей были несколько скромнее в смысле украшения и количества помещений.

В «Улице в Китай-городе» Васнецов не просто любуется своеобразной экзотикой Китай-города, причудливыми деревянными домами, церковками и уютными запутанными уличками. В картине чувствуется настоящий драматизм, приближение социально-исторических событий, разрушивших искони установившийся порядок жизни старой Москвы.

«Будет большой ошибкой, — писал Васнецов, — считать жизнь старой Москвы скучной, монотонной и не одухотворенной. Город жил полной страстей жизнью. Масса народа гудела как улей и волновалась подчас бурно и жестоко; стоит вспомнить народные бунты, чтобы убедиться в том»[61].

Уличная решетка. Ночь. 1903

Зловеще резкий контраст зеленовато-оранжевого заката и темного взволнованного города на первом плане подчеркивается тревожным, будто настороженным силуэтом куполов Василия Блаженного, колоколен и звонницы, вырисовывающихся на фоне неба.

Невольно хочется подойти поближе, чтобы рассмотреть, что же происходит в этом городе, где, так и кажется, сейчас гулко ударит набат и «красный петух» побежит по причудливым кровлям теремов.

На тесной улице Китай-города царит необычное волнение. Она вся кишит вооруженным народом, напоминая растревоженный улей. Воины в красных кафтанах спешат из переулка, размахивая оружием. На перекрестке возле старой восьмиугольной часовни кто-то держит речь или читает перед столпившимися горожанами подметную грамоту о положении в столице, которые были столь распространены в начале XVII века. Из темного извилистого переулка прибывают все новые толпы людей, на некоторых можно различить тускло поблескивающие шлемы и кольчуги. Один из горожан забрался на звонницу и уже раскачивает за веревку большой черный колокол.

Старый город взволнован неожиданными тревожными вестями: может быть, войной с иноземцами, может быть, слухом о новом самозванце, а может быть, жестоким царским указом.

Трудно утверждать, какое именно событие хотел изобразить Васнецов в «Китай-городе», но несомненно то, что эта картина является глубоко народным произведением. Художник не только изображает архитектуру Москвы XVII века, но и воссоздает историческую особенность эпохи, непосредственно связывая содержание картины с жизнью народа.

В пейзаже нет и в помине умиротворенности старины, характерной для ряда других картин старой Москвы, написанных Васнецовым. Напряженная цветовая гамма, резкий контраст светлого неба и почти черной земли, преобладание вертикалей в рисунке (кресты, купола, башни, частокол), неспокойный зубчатый силуэт городских построек и отдельные пятна красно-оранжевых тонов кафтанов и шапок — все это создает ощущение беспокойства и предчувствия неминуемых грозных событий, нависших над древней столицей.

Васнецова в этой картине интересует не только архитектурный пейзаж, его внимание привлекает облик города, изменяющийся в зависимости от множества событий, происходящих в нем и вокруг него. Отсюда высокий горизонт, что дает возможность передать не выразительные лица героев, а выразительное лицо города.

От названий картин Васнецова, состоящих обычно из конкретного названия пейзажа и указания столетия — «Улица в Китай-городе. Начало XVII века», «На рассвете у Воскресенского моста. Конец XVII века» и т. п., — можно отбросить все, кроме указания столетия, так как по существу именно век, конкретный период истории, выраженный в своеобразии архитектурного пейзажа, является сюжетом картины. Композиция, колорит, освещение способствуют раскрытию облика изображаемой эпохи.

Улица в Китай-городе. Начало XVII в.

В картине «Улица в Китай-городе» эмоциональное воздействие на зрителя прежде всего оказывает не жанровая сцена, не люди на улице, а драматический пейзаж, заставляющий зрителя проникнуться определенным настроением, дающим ему возможность глубже почувствовать важность происходящих событий.

Несмотря на трудность передачи посредством городского пейзажа не только особенностей архитектуры, но и исторической эпохи, Васнецов справился с поставленной задачей, приблизив пейзаж «Улица в Китай-городе» к исторической картине.

Китай-городу посвящена и другая картина-акварель Васнецова — «На крестце в Китай-городе» (1902, Исторический