Ничего хорошего. От начала войны до похорон Навального. - Олег Владимирович Кашин

даже с какой-нибудь натяжкой, хоть чуть-чуть был бы доволен происходящим. Все все видят и, опять же как будто впервые, понимают (или не понимают) происходящее примерно одинаково, и даже имитировать уважение к этому президенту, к этой власти, к этому государству не получается. Гибель летчиков, история с уголовным делом, вмешательство Лукашенко – есть вещи, интерпретация которых не зависит ни от отношения к войне, ни от каких-то других политических особенностей наблюдателя. Омерзительность случившегося абсолютна, оправданий, в общем, нет, а если бы и были (ну вот это вялое – «зато не дали скатиться в гражданскую войну»), потерялись бы среди того, что уже после нагромоздила власть, наказавшая невиновных, наградившая непричастных и еще устами Путина объяснившая, до какой степени все сложилось хорошо.

У украинцев, в свою очередь, чуть ли не самый весомый за почти полтора года повод думать о зраде – нетрудно поверить западным утечкам насчет того, что союзники в тот день звонили в Киев и требовали не пользоваться возникшей ситуацией, то есть пределы, в которых война ведется по-настоящему – существуют, и за них выходить нельзя, а что это за война такая в специально отведенных для этого местах? Это уже не война, это уже договорняк, если пользоваться терминологией российских алармистов. Вода настолько мутная, что нельзя даже представить, чтобы кто-то мог ловить в ней рыбу – все одинаково застыли на берегу, всем нечего ловить.

Для хорошего настроения в любом случае нет поводов, зато впервые есть такая возможность бороться с плохим, ничего для этого даже не делая. Ты патриот и тебе грустно – но либералу тоже грустно, и он не будет смотреть на тебя надменным взглядом победителя. Ты антивоенный и антипутинский гражданин, который грешным делом думал, что сейчас у Путина все рухнет, и завтра начнется новая, возможно, даже хорошая жизнь – ну, не началась, грустно, но зато кислые физиономии тех, кто привык разговаривать с тобой от имени родины, выглядят даже вдохновляюще. С какой стороны ни подступал бы повод для грусти, он теперь один на всех. Понятно, что это временно, и понятно, что это редкая, если не уникальная ситуация, но пока она есть, ею стоит воспользоваться. Даже у Кадырова не получается делать вид, что ему весело и хорошо – когда такое было? Корова сдохла у всех соседей одновременно, и теперь кажется, что это вообще была одна и та же корова, одна на всех, а когда плохо всем – это значит, не плохо никому, и какой бы иллюзией ни были эти сложившиеся к началу семнадцатого месяца войны равные для всех условия, исторический минимум морального духа сам по себе оказывается потенциальным фактором и для будущих политических сюжетов, и для непонятных пока надежд; собственно, без чужого торжества, особенно без торжества несимпатичных людей, надеяться оказывается проще. Наши шансы на то, что все будет хорошо, прямо пропорциональны их шансам на то, что они не будут жарить свою ковбаску на разрушенном Крещатике.

30 июня 2023

Когда в Европе сжигают Коран, в Москве открывают шампанское. Дипломатическая озабоченность, медийная взволнованность, религиозный гнев – не то чтобы для таких вещей в наших условиях обязательно был нужен реальный повод, но когда он есть, как-то и приятнее, и спокойнее, и профессиональный лжец из телевизора уже как будто и не лжет (Коран-то реально сожгли), и профессиональный лицемер на трибуне как будто и не лицемерит, и даже Кадыров, называя украинцев сатанистами, теперь в состоянии объяснить, что он имеет в виду – украинцам помогает Запад, на Западе сжигают Коран, кто сжигает Коран, тот сатанист. В общем, «грош цена такой “демократии”, если на деле она ведет к произволу и вседозволенности», – как отметил заместитель министра иностранных дел РФ Геннадий Аскальдович.

В ценностном океане Россия – одинокий Робинзон Крузо, скучающий на острове имени Великой Отечественной войны, и если мимо проплывает корабль, на котором сжигают священную книгу мусульман – у Робинзона праздник. Он не один, он часть необозримого всемирного братства, которое сейчас возмущено, и он со своего необитаемого острова шлет свое возмущение вслед кораблю, присоединяется к многоголосому хору, кричит «Аллах акбар» с русским акцентом. Чем нетерпимее западные радикалы к исламу, тем важнее ислам для российского государства, оно, даже если его никто не спрашивает, станет шарить по карманам, предъявляя всем подряд всевозможные справочки – мол, смотрите, у меня и Путин лакец, и в подразделениях «Ахмат» все носят бороду, и в Крыму будет построена самая большая соборная мечеть. В 1991 году, объясняя американскому президенту Бушу, почему Советский союз должен быть ликвидирован, российский президент Борис Ельцин говорил, что без Украины в новом союзном государстве Россия останется наедине с десятком мусульманских республик, превосходящих ее своим суммарным населением. Теперь такой аргумент никому бы и в голову не пришел, исламское большинство для российской власти теперь – не страх, а мечта, и в погоне за этой мечтой она готова страдать из-за сожженного Корана громче и яростнее, чем даже сами мусульмане в исламских странах. Русского мира не вышло – что ж,поиграем в исламский. В «той самой» дербентской поездке Путину подарили экземпляр Корана, привезенный из Мекки, Путин сказал, что в России на Коран посягать нельзя, и Песков уточнил, что это очень важные слова «на фоне того, что происходит в Швеции». Хотя можно не уточнять – совсем недавно Коран сожгли и в России, и волгоградского парня, который это сделал, вопреки всем законам и приличиям официально отправили на расправу в Чечню – где он сейчас, жив ли еще, что с ним там делают?

Привычки и темперамент верующих мусульман и в самом деле подразумевают совсем другой, чем у нас, болевой порог при соприкосновении религиозных чувств с оскорбительным контекстом, и в чем трудно сомневаться – в том, что те, кого в свое время задела книга Салмана Рушди, или карикатуры на пророка, или сжигаемый Коран, не притворялись, а действительно чувствовали себя глубоко уязвленными. Но когда рядом с теми глубоко уязвленными пытаются встать наши запредельные циники, за годы знакомства не раз давшие понять, что любые ценности для них не более чем политтехнологический инструмент, и что нет никакой веры, кроме той, которую провозгласят по телевизору – вообще-то их нынешние кривляния, когда они делают вид, что возмущены случившимся в Швеции, должны быть так же оскорбительны для честного мусульманина, как и сжигание Корана, ведь человек, в каких-то своих подлых целях делающий вид, что разделяет твои ценности, ничем в