После нас - Катерина Затула

Он был свободен. Я жила в Америке и не собиралась возвращаться. Всё случившееся укладывалось в простую и совершенно безупречную логику. Только логика почему-то не помогала.

В машине я села возле окна и смотрела на освещённые ворота соседних домов. Никита несколько минут молчал, затем положил руку мне на колено. Я опустила взгляд на его пальцы и спокойно переложила её на сиденье между нами. Он повернул голову.

— Что ты делаешь?

— Сижу в машине.

— Я заметил.

— Тогда зачем спрашиваешь?

Ответа не последовало. Никита больше ко мне не прикасался, но до самого дома я чувствовала на себе его взгляд.

В холле нас встретила Вера. Она уже переоделась в ночную рубашку и халат, однако, видимо, решила дождаться нашего возвращения.

— Алиса давно спит, — сообщила она. — Немного покапризничала, искала вас, но потом выпила кефир и успокоилась.

— Просыпалась? — сразу спросил Никита.

— Нет, Никита Владимирович. И если вы сейчас не станете поправлять ей подушку, укрывать одеялом и проверять, дышит ли ребёнок, то прекрасно проспит до утра.

Я сняла туфли и посмотрела на Веру с искренним уважением.

— Наконец-то в этом доме появился человек, способный говорить ему правду.

— В этом доме такой человек был всегда, — невозмутимо ответила она.

— Не сомневаюсь. Просто раньше он вас не слушал.

— Я и сейчас не собираюсь вас слушать, — сообщил Никита.

Он всё-таки поднялся в детскую. Я пошла следом, потому что сама хотела увидеть Алису. Дочь спала, разметавшись поперёк кровати и зажав зайца между коленями. Одеяло лежало в ногах. Никита осторожно поднял его, накрыл Алису и несколько секунд смотрел на неё. Я стояла рядом и почти физически ощущала, как меняется его лицо. Исчезало напряжение, разглаживалась складка между бровями. Возле дочери он каждый раз становился другим человеком, хотя сам наверняка этого не замечал. Я наклонилась, легко поцеловала Алису в тёмные кудри и вышла первой.

В спальне сняла серьги, положила их на комод и потянулась к застёжке браслета. Никита появился в отражении зеркала через несколько минут. Закрыл дверь, снял пиджак и бросил на кресло. Галстук ослабил ещё в машине, верхняя пуговица рубашки была расстёгнута. Я продолжила заниматься браслетом, не глядя на него.

— Нам нужно поговорить.

— Мне нужно снять платье и лечь спать.

— Снимай. Разговору это не помешает.

Я взяла телефон и направилась к гардеробной. Никита не попытался преградить дорогу, но пошёл следом.

— Для тебя имя Ксении не было новым.

Я остановилась возле зеркала и посмотрела на него через отражение.

— Ну да, я слышала такое имя раньше. Имя не редкое.

— Ты знала, кто она, ещё до того, как я вас представил.

— Какая наблюдательность.

— Откуда?

Я потянулась к золотой застёжке на шее, но сразу не справилась. Никита подошёл сзади и отвёл мои пальцы. От его прикосновения кожу обдало теплом. Застёжка тихо щёлкнула, платье немного ослабло, но осталось на плечах.

— Телефон твой прочитала, — ответила я. — Нашла вашу переписку между твоими дикпиками, которыми ты поддерживал романтику на расстоянии.

Его руки замерли возле моей шеи. Он скривился и посмотрел на меня в отражении.

— Я не отправляю женщинам дикпики.

— Очень зря. Неудивительно, что она решила проверить, жив ли ты.

— Катя, это не смешно.

— А я разве смеюсь? Ты спросил — я ответила.

Никита развернул меня к себе.

— Ты не читала мой телефон. Там и нет ничего.

— Тогда не задавай вопросы, если заранее решил, каким должен быть ответ.

— Кто тебе рассказал?

— Никто.

Он молча смотрел на меня. Я выдержала его взгляд и первой отворачиваться не собиралась.

— Мира?

Лицо, видимо, всё-таки выдало меня, потому что Никита коротко выдохнул.

— Понятно. Ксюша — близкая подруга Миры. Значит, ты услышала от неё.

Я медленно приподняла брови.

— Ксюша?

— Что именно тебя удивляет?

— Ничего. Ксюша, Ксюшенька… Девять дней на Мальдивах, а нежность сохранилась до сих пор.

В его глазах появилось раздражение.

— Не цепляйся к имени.

— Даже не собиралась. Называй как привык.

Я повернулась к зеркалу и снова взялась за платье, лишь бы не видеть его лица. Пальцы вдруг стали непослушными.

— Между нами не было отношений, Катя.

— А что было?

— Секс. Иногда мы проводили вместе время. Ничего больше.

Слова прозвучали спокойно, почти сухо. Наверное, именно поэтому от них стало ещё неприятнее.

— Девять дней на Мальдивах — это теперь называется «иногда проводили время»?

— Называй как хочешь. Моей женщиной она никогда не была.

Я замерла, продолжая держаться за тонкую ткань, и несколько секунд смотрела на его отражение.

— А я была?

Вопрос прозвучал тише, чем мне хотелось. Без насмешки, за которой можно было спрятаться, и потому слишком откровенно.

Никита застыл. Раздражение исчезло с его лица так быстро, словно его никогда не было. Он смотрел на меня, и в этом коротком молчании я успела пожалеть, что спросила.

— Была, — наконец произнёс он. — Даже тогда. Я просто не называл этого вслух.

Что-то болезненно дрогнуло внутри. Я отвернулась и окончательно расстегнула платье. Позволила ему соскользнуть с плеч, осторожно переступила через собравшуюся у ног ткань. Подняла платье, расправила и повесила на вешалку. Осталась перед Никитой в чёрном белье, но впервые за долгое время его взгляд не опустился ниже моего лица.

— Я прекратил с ней всё в тот день, когда узнал, что ты вернулась. Больше её не видел и не отвечал на сообщения.

— Прекрасно. Мне не нужны подробности.

— И после твоего возвращения я с ней не спал.

Я медленно подняла на него глаза.

— Какой реакции ты от меня ждёшь, Никита? Для полноты отчёта спросить, как она была в постели? Кто из нас лучше? Раз ты закончил с ней, значит, я победила? Что именно принесло мне первое место?

Никита резко перехватил меня за запястье, оборвав поток слов.

— Перестань.

— Что именно? Я ни о чём тебя не спрашивала. Я прошу закрыть эту тему, а ты зачем-то продолжаешь предоставлять мне подробный отчёт.

— Потому что вижу, что ты думаешь.

— Не приписывай себе способность читать мои мысли, — невесело усмехнулась я.

— Для этого не нужно их читать. Ты убрала мою руку ещё в машине, не смотришь на меня и теперь не позволяешь к себе прикоснуться.

Он говорил