История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер

оживила колонизацию, а в 1661 г., после того, как Людовик XIV стал полным хозяином Франции, а мудрый Кольбер – главным министром, королевские власти начали оказывать канадским поселениям широкую поддержку.

Колониальные затеи испанцев, французов и англичан имели то общее, что они носили довольно случайный характер, но в остальном они сильно отличались друг от друга. Испанские завоевания были связаны с покорением довольно многочисленного оседлого и трудолюбивого туземного населения малым числом предприимчивых военных, торговцев и авантюристов, стремившихся к быстрой наживе. Это означало, что Испания перенесла в Америку многие особенности феодальной системы. Несколько тысяч упорных и жестоких конкистадоров подчинили себе вскоре миллионы индейцев. Гуманные церковные деятели, подобно Лас-Казасу, пытались смягчить суровый испанский режим, но попытки эти оказались довольно безуспешными. Испанцы открыли богатые рудники, в которых они заставляли работать десятки тысяч индейцев, немилосердно их эксплуатируя. Они создали огромные ранчо, где занимались животноводством, а также производили такие тропические продукты, как сахар, ваниль, какао и индиго. Испанцы были хозяевами; индейцы, негры (которых вскоре начали ввозить в особенно большом количестве в Карибские страны и в Португальскую Бразилию) и потомство смешанной крови трех рас были крепостными и рабами. Эта система производила большие богатства, но они шли в жадные руки небольшого числа людей, тогда как массы продолжали оставаться нищими. Среднего класса там, в сущности, не возникло. Испанцы охотно становились владельцами ранчо, священниками, военными, но не любили заниматься торговлей или промышленностью. Иностранцев, в особенности протестантов, в испанские владения не пускали, и терпимости там не существовало. Не было там и представительных органов, – если не считать редких городских советов, – и вся власть, исходившая сверху вниз, была иерархической.

В то же время испанцы и португальцы распространили христианство среди миллионов дикарей, обучили туземцев новым ремеслам, более передовым методам земледелия, развели на своих землях миллионы рогатого скота; приобщили их к некоторым основам европейского образования;

создали университеты, где изучались произведения классиков и Отцов Церкви. Пусть неравномерно и лишь поверхностно – они все же распространили цивилизацию на огромных пространствах к югу от Рио-Гранде.

Французы приезжали в Америку в малом числе, и цивилизация их была обусловлена, главным образом, географическими и экономическими условиями, самодержавием французской власти и католической церковью. Их не соблазняло серебро, золото или владение ранчо, а рыба и пушнина. Они проникали на холодную и негостеприимную территорию, где жили кочевники-индейцы, из коих многие враждебно к ним относились. Чем дальше они уходили вглубь континента, тем больше пушнины они могли приобрести. Поэтому, создав ряд слабых сельскохозяйственных поселений, они стали все дальше проникать вглубь страны и устанавливать там свои посты. При этом они продвигались по главным водным путям – по рр. Святого Лаврентия, по Великим озерам, по р. Висконсин, Иллинойс, Уобаш, Миссисипи и даже Манитоба. Английские колонисты создали самоуправляющиеся общины и проявили безграничную личную инициативу, – французские поселенцы имели в лице Парижа деспотичную отечественную власть. Среди них были смелые руководители, но они никогда не научились полной самостоятельности. Англия поощряла эмиграцию людей самых различных религиозных убеждений, Франция – позволяла селиться в Канаде только католикам. Когда началось последнее сражение, английских колонистов насчитывалось в двадцать раз больше, чем французских; они уже твердо обосновались, тогда как трудившиеся на феодальную аристократию французские крестьяне-«обитатели» не имели прочных корней. Английские колонисты были находчивы и энергичны; французские – полагались на централизованную власть.

В истории Новой Франции – пять периодов. Первый, тридцатипятилетний период, совпадает с деятельностью отважного Шамплена. В 1603 г. Шамплен поднялся вверх по р. Святого Лаврентия, а в 1604 г. он помог основать Порт-Рояль (Аннаполис) в нынешней Новой Шотландии. До самой смерти, наступившей в 1635 г., он решительно действовал, пытаясь развить Канаду как французскую колонию и стремясь подтолкнуть исследование территории. Он лично достиг озер: Джордж, Онтарио и Гурон. Наконец, он стремился развить торговлю пушниной. Отличительной чертой второго периода является миссионерская деятельность группы преданных людей, представлявших францисканцев, реколлектов, урсулинов и, главным образом, иезуитов. Некоторые из них, например Исаак Жог и Жан де Бребёф, оба замученные ирокезами, проявили беспримерный героизм. В свои «Взаимоотношения» они вписали одну из самых вдохновенных страниц католической истории. Но их самое плодотворное поприще было уничтожено в 1649–1650 гг., когда ирокезы почти полностью истребили гуронов, среди которых у иезуитов был наибольший успех, а в 1654 г. племя эри также было уничтожено. С коммерческой точки зрения в этот второй период колония себя не оправдала. Показательно, что за 1660 г. во всей Канаде поселилось не более нескольких тысяч человек, да и те укрепились не очень прочно.

Третий период плодотворнее предыдущих. Новая Франция стала королевской провинцией, где, как и в провинциях Франции, были губернатор, интендант и другие должностные лица. Людовик XIV проявлял личный интерес к колонии, предоставляя переселенцам крупные субсидии, давая инструкции и советы. В Канаду прибыли новые партии колонистов. В 1659 г. в Квебек приехал первый епископ, Франсуа Ксавье де Монморанси-Лаваль, который решил, что Канада должна управляться церковью при режиме столь же строгом и суровом, как и пуританская теократия в Новой Англии. Следы его господства еще по сей день ощущаются в Квебеке, ибо при всех конфликтах с губернаторами он добивался своего и выходил победителем.

Тем не менее тщеславным клерикалам пришлось в конце концов натолкнуться на железную волю нового губернатора, графа де Фронтенака, прибывшего в Канаду в 1672 г. С этой поры начинается четвертый период. Будучи чрезвычайно одаренным и решительным человеком, он утвердил господство мирской власти над церковью, временно сломил мощь ирокезов и отбил нападение тридцати четырех судов, которые сэр Уильям Фиппс вел на Квебек во время так называемой войны короля Вильгельма (1690 г.). Этот период ознаменован также экспедициями французских исследователей на Дальнем Западе: Радиссон и Грозелье проникли за оз. Верхнее; Жолье и Маркет составили карту значительной части верхнего течения Миссисипи, а Ла Салль проплыл вниз по Миссисипи до самого устья. К концу столетия уже перед самой смертью Фронтенак начал готовить Новую Францию к отчаянной борьбе с англичанами, которой – как понимали все дальновидные люди – невозможно было избежать. Эта борьба, которая проходит через войны за испанское и австрийское наследство («война королевы Анны» и «война короля Георга») и через Семилетнюю войну, составляет пятый, заключительный период истории Новой Франции.

В этой продолжительной борьбе у французов были известные преимущества. В их руках находились посты стратегического значения. Постепенно линией фортов и торговых постов (где скупалась пушнина) они наметили огромную империю в форме полумесяца, которая через Детройт и Сент-Луис простиралась от Квебека на северо-востоке до Нового Орлеана на юге. Французы рассчитывали на то, что им удастся удержать