Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак

— Будем считать, что да. Братец Тук, — один взгляд на главного алко-сомелье снял подозрения, — братец Тук не командует.

— Господин, я попрошу! По мне, может, и не скажешь, но в Волантисе я организовывал храмовую стражу и не понаслышке знаю, что такое самому вести людей в бой!

— Братец Тук, стенка на стенку в пределах города — не то же самое, что организация людей в походе. Так, парни, когда мы приобретём Безупречных, вам придётся провести с ними экспресс-курс молодого разведчика и с ними вместе быть в патруле. Ваша задача только что усложнилась. Справитесь?

— Куда денемся, — ответ Эурона успокоил.

— А почему именно Безупречные, я, господа, могу узнать?

— Потому что, Сирио, у Безупречных есть одна черта, которая выделяет их на фоне всех остальных людей.

— Потому что они не отступают в бою?

— Нет. Они не кинут.

— Слушай, Марк, а у меня возник вопрос, который, возможно, поставит всю экспедицию под угрозу провала.

— Какой, Джорах?

— А ты уверен, что там ещё осталось достаточно, чтобы награбить?

— Ладно, успокою я вас ещё раз. Брат Тук!

— Да, сир!

— Ты, как житель Волантиса, должен был быть в курсе обо всех возможных экспедициях в Валирию, так?

— Именно.

— И сколько их было?

— Ни одной.

— А сколько экспедиций упоминается в храмовых записях?

— Ни одной. В Волантисе считают полуостров проклятым местом.

— Именно. Братец Тук, запрет на алкоголь временно снимается.

— Спасибо, сир! — обрадованный спутник тут же отсел от нашего столика, чтобы пойти и спокойно гробить печень.

— Но хорошо, ладно. Просто допустим, что за четыреста лет никто в Валирии не побывал. Но там ведь были извержения вулканов. Ты не допускал мысли, что после таких катаклизмов там ничего целого не останется?

— Так это же замечательно, что именно извержения и произошли! Нам больше добра достанется!

Вот тут на меня посмотрели все со скепсисом.

— По-моему, после извержения ничего целого не остаётся, — замялся Сирио.

— Не совсем, Сирио. Объясню на пальцах. Если Рок, как ты говоришь, был такой силы, что похоронил под собой весь полуостров, то случился бы ледниковый период — такой, какой был в Вестеросе восемь тысяч лет назад.

— Нашествие Иных, а не...

— Да, Джорах, мы верим в Иных. Продолжим. Так вот, Четырнадцать Огней — это, я так понимаю, вулканы, где валирийцы выращивали драконов. И они должны были выбросить в атмосферу столько пепла, что он заволок бы небо над всем Вестеросом и Эссосом. И тогда это было бы не трагедией отдельного полуострова, а мировой катастрофой, потому что люди не смогли бы выращивать себе еду. Но вспомним уроки мейстера Квиберна по истории и поймём, что массового вымирания в тот период истории не было. Значит, и катаклизм накрыл только отдельно взятый полуостров. А значит, там было всего лишь локальное землетрясение, которое, скорее всего, не затронуло большую часть региона, и там наверняка остались районы Валирии, не затронутые Роком.

— То есть вся экспедиция основана на чистой догадке, которую вы пытаетесь выдать за правду?

— Ну, в принципе, да, Эурон.

Грейджой лишь пожал плечами и хмыкнул:

— Сойдёт. — И допил местное вино. Очень вкусное, кстати говоря.

Но что мы вообще делали в богатой части города, где цены заоблачные, а местные посетители больше платят за понты, чем за сервис? Мы ждали нашего героя-любовника.

Сир Барристан уже не мальчик, ему сорокет недавно стукнул, а я как врач знаю: если внизу чешется, то не нужно подавлять, а надо пойти и почесать. Желательно с тем, кто захочет вам почесать. А сир Барристан у нас человек строгих моральных взглядов и устоев: ни грамма в рот, ни сантиметра в жопу. Он, конечно, иногда и посещал Шёлковую улицу в Гавани, по его же словам, но там это было чисто механическое действие.

А тут на него запала молодая девушка, что увидела рыцаря из легенд, о котором она, ещё будучи маленькой девочкой, слышала рассказы. И будет крайне неудобно, если рыцарь из её влажных фантазий... оконфузится. Вот мы и сидели впятером, рассказывая, как удовлетворить женщину сорокалетнему мужику. К моему удивлению, о том, что такое клитор и что с ним надо делать, от меня впервые узнали все пятеро. Особенно мне понравилась задумчивая фраза Джораха: «Теперь понятно, почему тётя так кричит».

Но что-то там наш рыцарь задерживается. Может, надо было дать ему отварчика бахнуть, чтобы девочка разочарованной не осталась? Нет, в принципе, пойти и сварганить я ещё могу успеть, но мы тут уже почти шесть часов сидим, вечер активно приближается к ночи, а ночевать здесь я не хочу — жаба задушит двадцать серебряных за комнату на ночь платить.

А, нет, вышел. Наш герой-любовник вынырнул пружинящей походкой из специальной комнаты для уединений. Хотя вид у него был не как у человека, приятно проведшего время с неистовой, молодой и приятной глазу девой, а как у парня, которому эту деву пришлось заменить в пассивной роли. Когда он сел за наш столик, Эурон молча налил нашему штатному отрядному проституту.

— Итак, сир Барристан, все эти достопочтимые люди собрались здесь, чтобы услышать ответ на вопрос: дама удовлетворена?

— Сир Иувар, я пока прошу вас вежливо изменить тон.

— Простите. Так что насчёт сделки?

Глотнув прилично так из кубка, рыцарь продолжил:

— Госпожа Тиалла согласна стать нашим подставным чемпионом, если вы сможете довести её до финала. — Ещё раз прилично отпив, сир Селми скривил рожу: — А после мне придётся снова поступиться своей честью по окончании турнира, вне зависимости от его результата.

— Сир Барристан, я не совсем вас понял.

— Джорах, не тупи. Селми ещё раз её трахнет после турнира, — ответ Эурона заставил рыцаря забыть о своей постыдной участи и махом опрокинуть в себя второй кубок.

— Слушайте, сир Барристан, я вас безмерно уважаю, но не совсем понимаю. От вас просят не убивать младенцев и не грабить мирняк. Да и цель экспедиции хоть изначально и финансовая, но, когда я говорил, что она поможет всем людям, я не кривил душой. Я реально хочу помочь всем, если это возможно. Так зачем так убиваться?

— Вам меня не понять.

— А вы попробуйте. Хуже от этого не станет.

Рыцарь посмотрел на меня и допил вино, чтобы связать